Легенда Клана 7. Миротворец (СИ)
— Красиво его уложишь, чтобы быть максимально крутым? — хмыкнула помощница.
— Нет. У меня есть другой вариант. — я подошёл к тусовке: — Друзья, что тут у вас происходит?
— О! Байкер-шоу! — хохотнул Хенсон и подошёл в плотную ко мне: — Чего? Героя решил построить? Давай! У меня шестой дан по кёкушинкай.
— Хорошо. — я вытащил значок ДКБ: — А у меня шестой дан по отмазу за избиение наглых студентиков. Скажу, что вы сами напали.
— А-а-а… — вся уверенность юноши тут же пропала. Он разинул рот и с ужасом глазел на значок.
— Рот закрой. Тепло не трать. — сухо произнес я и спрятал значок обратно.
— Простите, офицер… — он тут же вытянулся по струнке и склонил голову, как типичный ОЯШ.
— Вольно, солдат. — усмехнулся я.
— Угу… — Хэнсон выпрямился и вместе с компанией поспешил ретироваться.
— Фу… Марк! Это был кринж. — с осуждением покачав головой, произнесла Эрис.
— С… Спасибо… — девушка едва заметно улыбнулась, а поток ветра вырвал из моей руки договор купли-продажи и буквально впечатал ей в лицо.
— Ох… — я поспешил убрать дорогущую бумажку: — Простите!
— Нет… Что вы? — Мэрис смущенно отошла, а затем пулей устремилась к подоспевшему поезду.
Получена ачивка: «Гроза Студентиков»
+ 200 000 к «типичный герой бояръ-аниме»
Девушка заняла свободное место и окинула меня взглядом напоследок. Затем поезд довольно быстро умчался дальше.
— Марк! Твою ж дивизию! — возмутилась Эрис: — Ну ты погляди, а?
— Что там?
— На договор посмотри! — недовольно фыркнула помощница.
— А? Ох, ё… — на договоре, ровно в том месте, где должна была стоять печать продавца, красовался след от помады. Прям такой ярко-красный поцелуй!
— Как думаешь, Невзоров будет в бешенстве или в ярости? — усмехнулась Эрис.
— Ой, не нагоняй раньше времени!
* * *Городская оранжерея — воистину великое произведение искусства! Самый почётный экземпляр нашей городской архитектуры. Выглядела она, как огромный конус из стекла. Целью оранжереи было сохранить виды земных растений и деревьев, которые по каким-либо причинам не смогли прижиться на Марсе. Жемчужиной внутреннего парка была роща из настоящих секвой. Величественные и очень огромные деревья, от высоты которых пробирала дрожь.
— Куда? — проскрипела бабуля на входе: — Три чейнкойна за вход, молодой человек.
Сперва я хотел вытащить значок, ибо мой хоть и запасной, но не менее жуткий шлем её нисколько не смущал, но затем подумал, что оранжерея — годная идея. Такое надо поддерживать!
Внутри всегда было довольно шумно и многолюдно. Юные марсиане, и тоскующие по былому величию земной флоры дубликаты — толпой осаждали оранжерею почти каждый день.
Мимо меня прошла уставшая женщина средних лет с шильдиком гида. Валенсия… Какое необычное имя.
— Извините… А, вы случайно не подскажете, где я могу найти Уилла Кимли? — поинтересовался я, преградив ей путь.
— Уильям? — женщина-гид остановилась и слегка напряженно посмотрела на меня: — Он всегда в одном и том же месте.
— Да, ладно? Даже не уходит?
— Не уходит. — наконец-то Валенсия улыбнулась: — Боюсь, что и не сможет уйти. Он вон там… Видите огромный секвоядендрон? Это Генерал Шерман Второй.
— Второй? — озадаченно переспросил я.
— Да. Первый Генерал Шерман остался на Земле.
— Ого… — я взглянул на огромное дерево: — Значит, Уилл Кимли там?
— Ага. Обойдите дерево и увидите его. Он всегда там сидит.
— Хорошо… Спасибо. — я кивнул шлемом и направился к древесному гиганту.
Говорят, у большинства вида секвой крайне слабые корни. Им тяжело удерживать вес огромного ствола, поэтому при малейшем намеке на ураган, они просто падают. Печально, но что поделать.
Обойдя здоровяка, я увидел бронзовую статую… Старичок невысокого роста сидел на стуле с раскрытой книгой в руках.
— Уильям Джей Кимли… — прочитала Эрис: — То есть, Невзоров отправил нас разговаривать со… статуей?
— Да ну! Не может такого быть. — я внимательно огляделся, и дождавшись, пока группа школьников нафотографируется и свалит, подошёл ближе: — Хотя… если учесть, что это инопланетяне… Может быть, форма жизни такая?
— Как вариант. Нет, ну реально! Вдруг он живой и всё слышит? Мы обратимся, а он ответит прямо в голову. Ну… почти, как Войс. — предположила помощница.
— Неуглеродная форма жизни в памятнике… Блин, тянет на серию «Доктора Кто». — я внимательно оглядел статую, а затем подошёл ближе: — Извините! Уилл? Меня прислал Господин Невзоров, чтобы попросить вас о помощи… Вы как-то можете взаимодействовать с окружающей средой? Ну… Не знаю… Дайте знак?
Увы, памятник продолжал молчаливо изучать свою книгу.
— Давай потрогаем его? — Эрис подошла в плотную к Уиллу: — Я бы сама, но ты понимаешь…
— Хорошо. — я подошёл и протянул руку…
— Отставить! — возмутился голос у меня в голове. Я настолько удивился, что чуть было не сел на пятую точку.
— ТВОЮ МАТЬ!!! НЕУГЛЕРОДНАЯ ФОРМА ЖИЗНИ!!! — воскликнула Эрис.
— Сама ты — неуглеродная. — проскрипел раздраженный голос: — Сейчас группа уйдёт и открою… Умники, тоже мне.
Слышит Эрис? Неужели действительно умеет проникать в голову?
Как только небольшая группа школьников отошла чуть дальше, один из толстых кореньев приподнялся, открыв нам проход в узенький коридорчик, уходящий вниз.
— Быстрее! — возмущенно гаркнул голос: — Нас не должны увидеть…
Оглядевшись, я быстро сиганул в проход, а корень с хрустом закрылся, оставив меня в полнейшем мраке.
— Эрис! Ночное зрение.
— Есть!
Лестница, почти, как у Войс. Однако, мне было не совсем понятно, что именно ждёт впереди. Если речь идёт про инопланетян…
Спустившись, я увидел обычную бамбуковую дверь. Такие раньше ставили во всех новостройках, когда сдавали квартиры с типовым ремонтом.
Постучавшись, я приоткрыл её и заглянул внутрь. По глазам тут же ударил свет, и пришлось выключать ночное зрение, чтобы окончательно не ослепнуть.
— Чего тупишь? — недовольно спросил голос: — Заходи уже…
— Угу… — я сделал шаг вперёд и оказался в шикарной гостиной. Прямо, как домик лыжника в Альпах! Камин, шкура медведя на полу, куча картин на стенах и очень дорогая мебель из красного дерева. В центре комнаты рос ствол дерева. Он был намного уже, чем у Генерала.
— Это корень. — как будто прочитав мои мысли, сварливо отозвался голос.
— А, вы где?
— Здесь.
И действительно, как только я обошёл корень, то увидел старика в кресле-качалке. Такой, обычный дедушка с седыми волосами и сморщенной, как редька лысиной. Одет он был в клетчатые штаны от пижамы и красный свитер. Вот реально — самый обычный дед. Он… вязал шарфик, и крайне недовольно смотрел на меня.
— Сними эту уродскую каску. Терпеть не могу, когда глаз оппонента не видно. — раздраженно произнёс он, не отвлекаясь от спиц.
— Окей. — я снял шлем и положил его на тумбочку: — Так значит, вы у нас ныне покойный Уилл Кимли?
— Ага. Это так меня звали местные, когда я строил оранжерею. Конечно! Ведь Невзорову было некогда заниматься погибающими видами растений. А я говорил! Говорил, что его идеи до добра не доведут… Ох, если бы не моя любимая Шанго, то наверняка бросил бы этого балбеса. — вздохнул дед: — А ты же этот… Как его? Ужиный Княжич?
— Змеиный Король.
— Да? Жаль… Ужиный Княжич звучит круче. — вздохнул Уилл: — Кай много про тебя рассказывал. Нравишься ты ему.
— Скорее, его дочери.
— Он не отдал бы свою Жемчужину кому попало. Но… ладно. Чего там у тебя случилось?
— Вас вызывает к себе Невзоров.
— Прям таки и вызывает? — ехидно переспросил старикашка: — Молод он ещё, чтобы меня вызывать.
— Проблема касается всего Марса.
— Тю-ю-ю… А, ты нам на кой черт, тогда? — усмехнулся Уилл: — Ужиный Король же у нас гер-р-р-рой с большой буквы! Разве нет?