Легкие отношения (СИ)
− Случилась добрый доктор.
− Господи, ты ревнуешь. — Я произнес это как утверждение, потому что чувство было ясным как день. От реакции Мо по моему телу разлилось тепло. Она молча стояла на тротуаре и хмуро смотрела на меня. — Детка?
− А что, есть повод? — спросила Моника, выдернув руку из моей хватки и скрестив их на груди.
− Нет. — Я уже вовсю улыбался, так забавно она выглядела, когда ревновала. — Ты ведь знаешь, что ты моя единственная.
Я подошел ближе и обнял свою злючку. Она не упиралась, но и не обняла в ответ.
− Тогда какого черта она тебя целует и хватает за руки? Мне кажется, это выходит за рамки профессионального отношения врача к пациенту.
− Мы знакомы с Лорен миллион лет. Она была моим массажистом еще со времен колледжа. Между нами никогда ничего не было, − приврал я. Думаю, история о нашей с Лорен ночи вряд ли бы обрадовала Монику. А если бы она еще узнала, что в этой оргии участвовала еще и девушка Лорен Сара, она бы точно не поменяла своего отношения к Лорен на положительное.
− И что? Ты видел, как она на тебя смотрит?
− Как?
− Как на добычу, − буркнула она и я рассмеялся.
− Милая, она лесбиянка, − шепнул я ей на ухо.
Моника резко вскинула голову.
− Правда?
− Ага. И счастлива в браке со своей женой уже лет пять.
Моника выдохнула и сразу расслабилась.
− Ну что, мы пойдем на массаж?
Она только кивнула и, взяв меня за руку, повела обратно к салону.
После массажа мы весь день снова провели на диване. Моника постоянно отключалась. Вот она смотрит фильм и обсуждает его со мной — а через минуту уже спит. Я начал волноваться о ее истощении. Когда я предложил ей ненадолго уйти в отпуск, она только отмахнулась от меня и сказала, что утром будет в порядке. Больше всего я переживал, потому что в шесть утра улетал в Бостон и не мог быть рядом с ней, чтобы убедиться в том, что ее самочувствие наладилось.
Утром я, поцеловав жену, улетел на встречу с застройщиком. Я написал Мо несколько сообщений в понедельник, но не получил ответа. Сидя вечером в номере, я не выдержал молчанки и позвонил ей. Моника ответила хриплым голосом.
− Привет.
− Детка, что с твоим голосом?
− Мне кажется, я приболела.
− Приболела? — взволнованно произнес я, вскочив с постели.
− Ага. Я сплю целый день. А еще меня трижды вырвало.
Мое сердце забилось чаще. Я даже боялся вслух произносить свое предположение, чтобы не спугнуть Монику.
− Ты была у врача?
− Нет. Думаю, это переутомление. Я отосплюсь и все встанет на свои места.
− Милая, не шути со здоровьем.
− Все будет хорошо, — вздохнула она. — Как твоя поездка?
− Думаю, закончится раньше, чем ожидалось. Похоже, мы быстро подпишем контракт и я вернусь домой.
− Звучит здорово, − вяло пробормотала она.
− Мо, меня беспокоит твое состояние.
− Я буду в порядке, правда.
− Ты всегда так говоришь, когда не уверена в своих словах.
− Как?
− Ты добавляешь вот это «правда», − заметил я. После пары минут тишины, я отозвался. — Ладно, Мо, отдыхай, я завтра позвоню.
− Ага. Люблю тебя, Морган.
− И я тебя, детка.
Я положил трубку и уставился в окно. Даже самому себе я боялся признаться в своих подозрениях. Неужели Мо была беременна? Это все меняло. Я собирался стать отцом, самым лучшим отцом на свете. Я простоял у окна долгое время, фантазируя о том, каким будет мой сын. Как буду баловать его и любить. Как он будет похож на меня и совсем немного на свою красавицу маму. В отражении окна я увидел свое лицо с растянувшейся на нем улыбкой. Я стану папой!
Но моим мечтам не было суждено осуществиться как по щелчку пальцев. Утром мне написала Мо и сказала, что ночью ее забрала скорая. У Моники был кишечный грипп. Я получил около десятка сообщений с примерно одинаковым содержанием: «Я умираю». Отличались они только дополнениями:
«Спрячь мой вибратор перед похоронами»
«Надень на мои похороны тот красивый темно-синий костюм, он тебе идет»
«Я умру не от гриппа, а от отвратительного куриного бульона, который мне принесла Рене. Кажется, эта женщина думает, что я составила завещание в ее пользу».
«Милый, ты сильно дорожил той своей пижамой черной? Я спала в ней… И, в общем, Рене ее выкинула»
«Я знаю, что ты спишь, но болеть, когда тебя нет рядом, отстойно(»
«Даже не читай предыдущее сообщение и не вздумай из-за меня бросать работу»
Если после первого сообщения я хмурился, то остальные меня позабавили. Я потер середину груди, в которой медленно умирала не воплотившаяся в жизнь мечта. Я утешал себя тем, что у нас еще есть время, чтобы осуществить все задуманное.
Я нажал на кнопку вызова и Моника после второго гудка ответила хриплым «алло».
− Детка, − мягко произнес я, чтобы она могла почувствовать мою любовь через километры. — Привет.
− И тебе привет, мистер Стайлз, − слабо пробормотала она в ответ.
− Как ты себя чувствуешь?
− Как будто умираю.
Я тихо рассмеялся.
− Да, я это уже понял. Какой из твоих вибраторов спрятать перед похоронами и, кстати, зачем?
− Я передумала, Морган. Ты должен их выбросить. Не будешь же ты давать их пользоваться своей новой молодой красивой жене. − Моника порывисто вздохнула. — А знаешь, я передумала умирать. Кем бы ни была эта сучка, мой муж ей не достанется. Так что придется мне съесть еще, как минимум, одну порцию поганого супа Рене.
Я хохотал. Обожал в своей жене эту черту. Что бы ни происходило вокруг и как бы дерьмово ей не было, она всегда находила то, над чем можно было посмеяться.
− Милая, неужели суп и правда такой отвратительный?
− Я оставлю тебе порцию и ты сам попробуешь.
− Спасибо, но, думаю, закажу суп с доставкой. Какой бы ты хотела?
− Что? Ты правда закажешь для меня суп?
− Конечно, детка. Я — тот, кто должен заботиться о тебе. Помнишь: «в болезни и здравии…»?
− Да, − выдохнула она. После небольшой паузы Мо добавила: − Не хочу быть стервой, но… когда ты вернешься?
− Сразу после разговора с тобой закажу билет и прилечу первым же рейсом.
− А на когда у тебя назначена следующая встреча?
− Мо, я должен был еще пробыть здесь два дня, но прилечу сегодня.
Она шумно выдохнула.
− За какие святые дела ты мне достался, Морган Стайлз?
Я улыбнулся.
− За твой потрясающий покладистый характер.
Мо фыркнула, а потом серьезно заговорила.
− Ты останешься на свои два дня и закончишь то, ради чего полетел туда. Не волнуйся, со мной будет Рене. Она от меня не отходит…
− Тогда где она сейчас?
− Тихо выскользнула из комнаты, когда услышала, что я говорю с тобой. Но я серьезно. Я спросила тебя, чтобы… ну, не знаю… убедиться, что я важна для тебя? — неуверенно закончила она.
− Мо, что за глупости? Конечно, ты важна. Откуда такие мысли?
− Нет, я… ну, наверное, это просто болезнь на меня так влияет.
− Или то, что ты надумала своей хорошенькой головкой, а потом поняла, что это бред, но отступать от намеченного плана было уже поздно. — Она закашлялась, чем подтвердила мои подозрения. — Выкладывай, Мо. — потребовал я.
− Ничего такого…
− Моника, немедленно выкладывай.
− Я просто… ну, подумала… что ты подумал… что я беременна. — Последние слова она выпалила на одном дыхании.
− Я подумал, − отозвался я. — Но это не повод таить все в себе. Дальше.
− Ну, и подумала, что ты расстроишься, что у меня грипп. В смысле, расстроишься, что я больна, а не беременна.
Моника снова тяжело вздохнула и притихла в ожидании ответа.
− Мы ведь собирались быть честными друг с другом? — спросил я. Дождавшись ее хмурого «угу», я продолжил. — Я действительно мечтаю о ребенке. И правда вчера обрадовался твоей болезни. Ну, я обрадовался не самой болезни… ты поняла. Конечно, меня расстроил тот факт, что у тебя грипп, а не беременность, но у нас все еще впереди. Главное, чтобы ты поправилась и тогда мы можем снова попытаться.