По битому стеклу (СИ)

— Все, уела. Прости, погорячился, — пошел он на попятную. — Хотел, как лучше, получись, как всегда. Хочешь, на колени встану?
— Хочу уже пойти к себе в номер, лечь спать пораньше. Все-таки, никак не могу привыкнуть к смене часового пояса.
— Обиделась? — спросил Плетнев.
— Нет, просто устала.
— Точно не обиделась?
— Господи, конечно, нет. Извини, что не оценила твою заботу. Но доверять свои волосы здешним мастерицам я пока не готова. Сама справлюсь.
На следущий вечер, в условленное время я спустилась в банкетный зал.
Плетнев поначалу настаивал, чтобы мы пришли вместе, но я заметила ему, что приехала сюда не в качестве его второй половины, а в качестве финансового аналитика и его помощника, и, как взрослый человек, вполне способна передвигаться самостоятельно.
В общем, я вошла в банкетный зал и огляделась. Народу — не продохнуть, все-таки международная конференция. Но Плетнева было видать издали.
Во-первых, надо отдать ему должное, выглядел он превосходно. А во-вторых, его окружала стайка ослепительно сверкающих дам. В прямом смысле сверкающих. Такие наряды я встречала только в коллекциях известных дизайнеров и, рассматривая их, всегда задавалась вопросом: неужели кто-то решиться такое надеть? Красиво, бесспорно, но от обилия камней, переливающихся в свете люстр, буквально слепит глаза. А если учитывать, что таких дам тут собралось большинство, очень хотелось зажмуриться и отступить. Ну, или свалить по-тихому, тут кому что ближе. Но русские не сдаются. Не могу я оставить начальника на растерзание азиатским красоткам.
Пока я любовалась Плетневым в окружении драгоценных камней и решала, как лучше поступить — броситься отбивать его у неприятеля или сделать вид, что меня это совершенно не касается, начальник заметил меня и очень выразительно посмотрел. Выразительно и умоляюще. Кажется, кому-то срочно нужна помощь.
Я сделала вид, что не поняла его пылких взоров и вопросительно подняла брови. Плетнев нахмурился, в буквальном смысле выкрутился из захвата какой-то особо настырной дамы и быстро двинулся мне навстречу. Ладно, мы своих в беде не бросаем.
Я шагнула в его сторону.
— Господи, ты просто отрада для моего утомленного взора, — выдал Плетнев заковыристый комплимент и привычным жестом взял меня под локоть.
— В смысле, не сверкаю, как безумная новогодняя елка? — насмешливо уточнила я.
— В смысле, что выглядишь превосходно.
Я опустила глаза на свое новое платье. Права оказалась Мири, когда настояла на том, чтобы я его купила. Блеска на этом банкете хватало, а вот с изысканностью чувствовались серьезные проблемы.
— Сегодня ты не отойдешь от меня ни на шаг, — решительно сообщил мне Плетнев.
— Опасаешься нападения здешний красоток?
— Опасаюсь ослепнуть от здешнего блеска. И вообще, знаешь, какие они настырные? Прилипли, будто пиявки.
— Значит, все-таки боишься нападения.
— Ядвига, я не могу драться с женщинами, — огорченно ответил Плетнев.
— Ладно, сегодня буду тебя охранять, хоть это и несправедливо — у тебя тут где-то бродит собственная служба безопастности, это их хлеб.
— Убедила, — подхватил мою иронию начальник. — Прилетим в Москву, добавим тебе служебных обязанностей.
— Даже так?
— Не переживай, зарплату тоже увеличим.
— Вот спасибо, благодетель.
— Всегда пожалуйста.
А потом мы вынуждены были прервать столь увлекательную беседу. Все-таки в зале мы были не одни, многие из присутствующих выразили желание пообщаться с Плетневым. Он с удовольствием поддерживал беседу, но моего локтя не отпускал.
Спустя пару часов, когда я ощутила, как сводит судорогой губы, постоянно растянутые в приветливой улыбке, Плетнев вывел меня на балкон и, ткнув пальцем в башни Петронас, предложил:
— Пошли туда?
— На башни? Они еще открыты?
— Успеем.
— Но туда же нужны билеты.
Плетнев похлопал себя по нагрудному карману.
— Билеты есть.
— А как же банкет?
— Мы свое дело сделали, теперь пусть развлекаются без нас. Пошли скорее, пока нас еще кто-нибудь не поймал. Ядвига, ну будь человеком, — взмолился Плетнев.
 
Я посмотрела в зал, народа стало еще больше. Толкаться в этой толпе, как минимум, до полуночи желания не возникло.
— Только быстро, — решила я. — И если нам кто-то встретиться, сделаем вид, что оглохли.
— И ослепли, — закивал Плетенев. — Побежали?
— Побежали.
Нам удалось беспрепятственно покинуть банкетный зал. Кажется, кто-то окликал моего начальника, но он сдержал слово — мастерски изображал и глухого, и слепого.
Вход на башни Петронас располагался в торговом центре «Сурия». Идти от отеля до торгового центра было минут пять, мы не стали переодеваться. Так и пошли — я в вечернем платье, Плетнев в смокинге. Поднялись на нужный этаж, смешались с группой туристов. На нас смотрели с недоумением, уж очень колоритно мы выглядели на фоне шорт и шлепанцев остальных желающих полюбоваться видом вечернего города с высоты птичьего полета.
Наконец, наши билеты проверили, и мы зашли в лифт, чтобы подняться на сорок второй этаж. Именно там располагался стеклянный мост, связывающих обе башни.
  
Глава 25
 
Какая женщина не растает, оказавшись в таком романтическом месте, как стеклянным мост, соединяющий башни Петронас? Вот и я слегка увлеклась.
Это оказалось феерическое зрелище — ночной Куала-Лумпур сиял миллионами огней. Я опустила голову вниз — прозрачный пол галереи создавал полную иллюзию того, будто я парю в воздухе.
— Впечатляет, да? — спросил Плетнев и, обняв меня за талию, притянул к себе.
— Впечатляет, — согласилась я с ним.
Откинула голову, удобнее устраиваясь в мужских объятиях.
— Если я тебя сейчас поцелую, ты очень разозлишься? — шепнул Плетнев, задевая губами ушную раковину.
— И даже драться полезу, — предупредила я.
— Не надо, — попросил Плетнев.
— Боишься?
— Нет. Просто красивая женщина не должна драться.
— А некрасивая? — спросила его.
— Не знаю.
Он разжал руки, отпуская меня. На всякий случай я шагнула в строну, увеличивая расстояние между нами.
— Я тебе говорил, что ты мне очень нравишься? — спросил Плетнев.
— Ты даже предлагал стать твоей любовницей, — напомнила ему.
— Вот я придурок.
— Да уж, не самый умный твой поступок, — согласилась с ним.
Мы стояли и смотрели на ночной город. Говорить не хотелось, но я понимала, что наступил момент, когда мне придется принимать решение. Я могу сделать вид, что ничего необычного между нами не происходит. Плетнев примет мою игру, отступит. Возможно потом он снова начнет ухаживать, но … К чему мне все это? К чему терять время, если я давно уже все для себя решила. Я должна хотя бы попытаться стать для Плетнева близким человеком, его настоящей слабостью. А значит, нужно действовать.
Прикрыла глаза, собираясь с силами. Сейчас или никогда.
Мне достаточно было пары ударов сердца и одного глубокого вздоха, чтобы решиться. А потом я резко развернулась, сделала шаг навстречу Плетневу и, обвив руками его шею, притянула к себе, вынуждая наклониться, и поцеловала. Сильно, глубоко, жарко. Так, как целует мужчину женщина, давая согласие быть с ним.
Плетнев ответил на мой поцелуй, но его руки не спешили обнимать в ответ. Он просто стоял, не делая никаких движений. И толко его рот отвечал мне пылко, страстно, головокружительно.
Пару минут мы целовались, как безумные, а после Плетнев сам разорвал наш поцелуй.
— Я могу спросить, что это было? — его голос звучал хрипло.
— Я тебя поцеловала, — ответила и отпустила его шею.
— И что это значит?
— Что я хотела тебя поцеловать. По-моему, это очевидно. Надеюсь, я не сильно тебя …. Напугала?
— Ядвига, — спросил Плетнев, внимательно глядя мне в лицо, — в какую игру ты играешь?
— А ты? — не осталась я в долгу. — Во что играешь ты?
Он не ответил, только покачал головой.