По битому стеклу (СИ)

Мири держала в одной руке зонтик, в другой корзинку.
— Привет! — замахала она мне зонтиком. — Я принесла тебе булочки на завтрак!
Все ясно: меня пришли допрашивать.
Естественно, это же по ее протекции Плетнев взял меня на работу. Только вряд ли она догадывалась, какое предложение мне сделал ее супруг.
К чести Мири надо сказать, что она дала мне время насладиться едой. Сидела напротив, заливалась соловьем и пристально за мной следила, ждала, когда допью чай.
С моим последним глотком она и задала вопрос:
— Что удалось выяснить?
Я медлила с ответом. Налила себе еще чая, прикидывая: а так ли мне нужно дружить с Мири?
Судя по всему, она не представляет большой ценности для Плетнева. Что-то знает? Возможно, но будет ли она со мной откровенничать, вот в чем вопрос. Готова ли я продолжать с ней приятельствовать? Но отшить Мири не позволило воспитание.
— Выяснить? — переспросила я, делая вид, что не поняла столь прозрачного намека.
— С кем он мне изменяет, — нетерпеливо пояснила Мири.
Эк ее допекло, совсем перестала стесняться. А может дело в том, что я перестала быть соседкой — приятельницей и стала сотрудницей ее мужа? Поменяла, так сказать, свой социальный статус. И эта мысль подхлестнула меня.
— Я не слежу за твоим мужем, — ответила, как могла вежливо.
Мой ответ категорически не понравился Мири. Да, не привыкла Мариночка себе ни в чем отказывать, поэтому сейчас нахмурилась и произнесла:
— Я специально устроила тебя к нему в офис.
Это ее «устроила» не понравилось мне категорически. Думаю, не тот Плетнев человек и не те у него с женой отношения, что бы он позволил Мири устраивать кого-то в свой офис.
Тем не менее, ситуация требовала объяснений, причем именно с моей стороны. Позиция Мири была мне абсолютно ясна.
— Мири, послушай, — начала я, стараясь, чтобы голос звучал доброжелательно. — Я понимаю, что это ты предложила своему мужу взять меня на работу. Я понимаю, что тебе хочется узнать, чем твой муж занимается вне стен вашего дома. Но! Во-первых, я более, чем уверена, что Виктор вряд ли взял бы меня к себе, если бы ему не нужен был толковый финансист. Даже по твоей настоятельной просьбе. И во-вторых, я не просила тебя заниматься моим трудоустройством. Я у тебя вообще ничего не просила, а значит, ничего тебе не должна.
Пока я все это говорила, Мири внимательно рассматривала меня, будто видела впервые.
— Но деньги-то тебе нужны, — хмыкнула она.
— Покажи мне того человека, которому не нужны деньги, — возразила я ей.
— Ой, да ладно, — отмахнулась она. — Я, так понимаю, твой муж променял тебя на молодую девку и оставил ни с чем. Тебе нужна была эта работа. Без меня ты бы никогда не устроилась на такое место.
— Не обольщайся, — осадила ее. — Я достаточно толковый специалист, чтобы у меня не возникло проблем с трудоустройством.
— Именно поэтому ты сидела сиднем в арендованном доме.
— Ты, правда, считаешь, что я буду тебе отчитываться, почему я сидела, как ты выразилась, сиднем? — высокомерно поинтересовалась я. — Мири, не разочаровывай меня. Ты же, вроде, неглупая женщина.
— Надо же, — удивленно произнесла она, — а я, кажется, в тебе ошиблась.
— Ошиблась, — подтвердила я. — Ты думала, что я просто брошенная клуша, проживающая деньги, доставшиеся мне от развода. Но спешу тебе сообщить — твои выводы очень далеки от действительности.
— Хорошо, — согласилась Мири. — Допустим, я действительно ошиблась в отношении тебя. Но ты же не откажешься мне помочь? Я могу заплатить тебе за сведения.
— Мири! — мне стало смешно. — Ты за кого меня принимаешь?
— За женщину, которой нужны деньги? Или, возможно, за свою подругу? Ты можешь решить это сама.
— Меня вполне устраивает моя зарплата. Кстати, в моих должностных обязанностях нет ни слова о том, что я должна шпионить за своим начальником.
— Просто дружеская услуга, — предложила Мири.
— Мири, я не хочу влезать в ваши семейные разборки. Я тебя понимаю, но ни чем не могу тебе помочь.
— Значит, ты что-то заметила? — тут же переключилась Мири. — Поэтому не хочешь ввязываться? Боишься, что Виктор узнает и уволит тебя?
 
— Господи, да что я могла заметить, если мы с твоим мужем даже сидим на разных этажах, — я всплеснула руками, до того меня удивила ее глупость. — Твой муж председатель совета директоров, а я простой финансовый аналитик. У него таких, как я, воз и маленькая тележка. Да я даже ни разу не была на директорском этаже!
— Да? А я думала…
— Не знаю, о чем ты там думала, только твой муж не похож на человека, который крутит интрижки у себя в офисе. Там железная дисциплина и строгий дресс-код.
— Я видела вчера твое платье, — возразила Мири. — До строгого дресс-кода ему было, как от нас до Парижа пешком.
— Ты что, — искренне удивилась я, — следишь за мной?
— Да просто бросила взгляд в окно, — немного нервно отмахнулась Мири.
— Из ваших окон вряд ли видно, что находится за пределами участка. Ты смотрела в бинокль?
— В подзорнуюю трубу, — огрызнулась она.
— Мири, зачем?
— Не знаю. Стало интересно.
И сказано это было так, что я поняла: ни за что не сознается.
— Интересно, так интересно, — проявила я покладистость.
— Мне нужна твоя помощь.
— Я же только что сказала, — напомнила ей, — не хочу встревать в ваши семейные разборки. Найди кого-нибудь другого.
— Да нет никакого другого! Понимаешь, нет!
— Мири, я не буду шпионить! — отказалась категорически.
— Хорошо. Но пообещай мне, если ты что-то случайно заметишь, я об этом узнаю. Ты мне скажешь, договорились?
— Мири, — я покачала головой.
— Ядвига, пожалуйста, — взмолилась она. — Я не прошу тебя следить за Виктором, но если случайно узнаешь, скажи. Мне это важно!
Надо было послать ее подальше, но что поделать, если мне, почему-то, стало ее жалко. Да и окончательно портить отношения с женой Плетнева не хотелось.
— Только если случайно, — буркнула в ответ.
— Я отблагодарю!
— Даже не думай. Просто обычная услуга с моей стороны. Исключительно из женской солидарности.
— Из женской солидарности, — повторила Мири и добавила от души: — Спасибо!
Я только и смогла, что натянуто улыбнуться. А что я ей могла сказать?
В воскресенье осталась дома, скачала приложение с занятиями по йоге для новичков и пыталась обрести душевное спокойствие, изнуряя тело асанами. Йога не оправдала моих надежд, но я не отчаивалась и вечером, в терапевтических целях, съездила в салон красоты и освежила маникюр.
Утром в понедельник Плетнев опять поехал следом за мной, а часов в десять мне сообщили, что господин председатель совета директоров срочно ждет меня в своем кабинете.
Об этом я узнала от своего непосредственного начальства. Оно, это начальство, вплыло в кабинет и громко оповестило меня о свалившемся счастье. Лица моих коллег удивленно вытянулись, а взгляды, которыми меня одарили, стали настолько пронзительными, что по силе могли смело сравниться с рентгеновскими аппаратами. Я тут же решила, что такая ударная доза облучения не пойдет на пользу и быстро покинула рабочее место. Начальник проводил меня до директорского этажа и пожелал удачи.
На этаже у Плетнева был своей, отдельный решепшн. Мельком взглянув на барышню, стоящую за стойкой, сразу же поняла опасения Мири. Да любая нормальная жена должна сходить с ума от ревности, если в компании мужа работают такие Сильфиды. Интересно, а это все у нее настоящее? Или на нее работает команда пластических хирургов?
Меня провели, вернее сказать, сопроводили, до приемной Плетнева и оставили наедине с его личным помощником. Мужчиной, кстати сказать.
— Виктор Алексеевич вас ждет, — степенно произнес помощник, стараясь незаметно рассмотреть меня со всех сторон.
Я решила, что его любопытство несомненно оправдано, тем более, что проявлял он его очень ненавязчиво, и оставила горящие взгляды без комментариев. Потянула за ручку, открыла дверь и вошла в святая святых.