В тени Рюджина (СИ)

— Пока об этом не шла речь, — твердо отвечал ему Минато. — Он не шиноби, и полиция Конохи не может заключить его под стражу.
— Тем более приказа убивать брата он не отдавал, — это, похоже, высказалась Утатане. — Конфликт ниндзя вышел за рамки дозволенного. Только и всего.
— Только и всего?! — не выдержав, вспылила Цунаде. — У тебя мозги усохли, что ль?! Они убили дайме!!! И они — подчиненные этого ублюдка, мечтающего занять трон! Морщины на лице так глубоко проросли, что уже на мозг давят?!
— Во-первых, ублюдком был как раз этот твой «дайме», — скрипуче, едва сдерживая ярость, ответила Кохару. — Во-вторых, старость не порок. Я не ты, чтобы бежать от морщин. Поди уже продалась своему дружку-предателю, Орочимару, за милую мордашку?
Я удивленно хмыкнул, поразившись наглости Утатане. Мало того, что она бросается такими обвинениями, так еще и делает это перед Цунаде. Этак можно и помереть ненароком, встретившись с кулаком Принцессы Слизней.
— Слова Сенджу эмоциональны, но правдивы, — вновь взял слово Фугаку. — В деревне был убит дайме. Мы уже выставили себя никчемными, так теперь еще и не покараем виновных? Стража на воротах. Где она была, когда началась драка? Их капитан, Абураме Шикуро. Где он был? Почему при появлении полиции он оказался в рядах людей принца? Мне не нравится это, но я прихожу к выводу, что некоторые жители Конохи начинают забывать законы шиноби.
— На эти вопросы в Анбу найдут ответы, Фугаку, — с нажимом ответил Минато.
— Это не дело Анбу, Хокаге-сама, — настойчиво произнес Учиха. — Полиция Конохи еще что-то значит в твоих глазах? Мы обязаны выяснить мотивы зачинщиков и участников конфликта. Быть может, брат все же заказал жизнь брата.
— Доверять расследованию Учиха, которым так дорог занявший трон бастард? — надменно вопросила Утатане. — Таких дураков еще нужно поискать. Под пытками и гендзюцу любой начнет клеветать на кого угодно. Даже на законного наследника престола! Со смертью одного выродка, теперь уже никто не будет сомневаться, что трон нашел своего истинного правителя.
— Истинный правитель был убит подручными жадного до власти брата, — решительно заявил Фугаку.
Да уж. У них там разгорается нешуточная драма. Чудесное продолжение раннего утра, когда на Кушину было совершено нападение. Про него я узнал одним из первых и сразу же сообщил Микото. События, последовавшие за ним, мне успели передать от лазутчиков в Конохе.
Кажется, мои попытки активизировать лояльное мне ядро шиноби в деревне привели к серьезному росту напряженности между разными группировками. Это несложно было предсказать. Сложнее было спрогнозировать, во что они выльются, и смогу ли я отыграть хотя бы половину того, что проиграл со смертью Мадоки Каго, предыдущего дайме.
Думаю, пока еще есть шанс, и стоит повысить ставки.
Наконец, протолкавшись сквозь шиноби, я едва не вывалился из толпы на свободное пространство улицы. Как и предполагал, оказался сразу возле мило беседующих Минато, Фугаку, Цунаде и Утатане. Мое появление ими незамеченным не осталось.
— Охеми? — первой среагировала Цунаде, удивленно кликнув меня. — Ты был в отряде дайме?! Проклятье! Ты был с ними! Утатане! Эти ублюдки могли прикончить Охеми!!!
— Спокойнее, Цунаде, — мягко, но настойчиво попросил Минато, не сводя глаз с мальчишки, которого я вел за собой. — Охеми, это же тот, о ком я думаю?
— Не знаю я, о ком вы думаете, э… Хокаге-сама, да? А Сарутоби-то уже… Того этого, да? Ну, не важно. Я вам тут это, — простецки шмыгнув носом и наивно хлопнув ресницами, максимально открыто произнес я, — дайме привел, вот. Жив, здоров он.
  
Глава 55. Цукими
 
3 сентября 49 года от начала Эпохи Какурезато
Рассевшись в тени дерева на энгаве, я с удовольствием дышал ароматами сада. Близящаяся осень еще не ощущалась, хотелось насладиться последними деньками лета в Конохе. Недалеко, на недавно скошенной поляне перед храмом, занималась своими делами ребятня. Итачи, Хибакари, сын Фугаку, Сайзо и даже Наваки и Хината занимались под присмотром Хьюга Нами, учились азам фехтования. Они даже палками еще не дрались, просто учились двигаться. А рядом со мной, на энгаве, играли в каруту Мадока Иккью и Анко. Зачитывал начала стишков, окончание которых играющие должны были найти на засаленных карточках, недавно прибывший из храма Хачидайрюо монах. И в игре, как ни странно, выигрывал пока дайме. Несмотря на более старший возраст, Анко получила все же совсем иное образование и не так хорошо разбиралась в иероглифах и литературе, как сын правителя.
 
Все мы здесь были частью охраны этого самого сына правителя, кстати говоря. Который уже вторую неделю оставался в Конохе, поэтому, собственно, ребенка окружили детьми, чтобы ему тут совсем уж тоскливо не стало, и чтобы не отвлекаться постоянно взрослым. Сейчас у них было много иных забот. Даже у монаха храма Хачидайрюо, который изначально прибыл по просьбе кланов шиноби лишь для того, чтобы совершать положенные ритуалы, в виду полного игнорирования части населения Конохи монахами храма Огня.
А занявшие умы взрослых заботы обсуждались за моей спиной, в храме Масок Узумаки. В одном из немногих мест деревни, которые были обнесены такими барьерными техниками, что были способны выдержать близкий взрыв бомбы Хвостатого.
Меня, то бишь Охеми, к обсуждению не допустили, естественно, но когда это меня останавливало? Даже если Микото поставит печать от прослушивания, я все равно остаюсь тем, кто создал эту технику. И я знаю, как ее обойти.
— Ты все еще считаешь, что мы можем решить разногласия миром? — спокойно интересовался Фугаку у недавно вернувшегося в Коноху моего старого друга.
— Да-а… — задумчиво протянул Джирайя, подбирая слова, чтобы озвучить ответ. — Я знаю Минато, он совсем не рад тому, что творится в деревне. Но сейчас он Хокаге… Не знаю. Учитель оставил ему непростую миссию, которую Минато обязан выполнить. Однако в Конохе сейчас слишком много проблем.
— Многие из них Хирузен сам ему и оставил вместе с миссией, — с горечью поддержала мужа Цунаде. — Совет Конохи и Совет джонинов склоняется к признанию первого принца новым правителем. При учителе в Конохе стало слишком много советов и советников!
— Соглашусь с Цунаде, — это уже высказался Хиаши. — При Третьем Совет Конохи начал играть слишком большую роль. Мне известно, что многие решения были приняты Хокаге-сама вопреки его собственному мнению, тогда он склонялся на сторону Митокадо, Утатане и Шимура. Теперь уже Нара. Как кажется старейшинам, Совет часто более внимательно прислушивался к Данзо, чем к Хирузену. Когда Орочимару ликвидировал Шимура, положение исправилось. Но сейчас, когда Хокаге Минато, все вновь вернулось к началу.
— Поэтому я думаю, что мой клан может быть в опасности, — подытожил Фугаку. — Минато помнит о нашей дружбе, но Коноха может стать выше нее. Например, нападение на Кушину уже было совершено. И виновные до сих пор даже не найдены. Не уверен, что их поиск даже идет.
— Миссии, — напомнила Микото. — Те из них, которые доходят до распределения, почти всегда исходят от южных провинций. Все еще открыто не признавая никого дайме, Коноха уже играет на стороне мураджи Хоно и его внука против законного правителя. Естественно, никто из нас их не берет. Скоро все, кто не согласен с мнением Совета, просто останутся без денег.
— Это еще не все. Миссии часто идут вразрез с былыми договоренностями, — добавил Хиаши. — На членов клана Такетори было совершено нападение, когда они были наняты крестьянскими общинами в восточных префектурах. Конфликт произошел с шиноби Конохи, охраняющими строительство дамбы, из-за которой были подтоплены поля крестьян.
— Выходит, шиноби помогали нанести урон полям соседей и атаковали, когда Такетори пришли урегулировать конфликт? — задумчиво пробормотал Джирайя. — Это уже прямое нарушение правил шиноби.
— Это Амацуми, — мрачно добавила Цунаде. — Пусть не сами, но они помогали нанести вред чужим угодьям — а это грех перед небом.