Влюбиться на скорости (СИ)
Я раскинул руки в стороны, а в следующий миг поймал запрыгнувшую на меня с ногами баскетболистку. Баскетболистку от Бога!
— Да, Фил, да! — кричала она у моего уха, пока я прижимал её к своему телу и кружил нас.
— Ты потрясающая, Вер!
— Да, я потрясающая! — хохотала она, и я вместе с ней. — И ты не облажался в конце!
Я престал кружиться и заглянул в блестящие глаза девчонки. Время опять замерло. С лица Веры медленно сползла улыбка, щеки порозовели. Такая красивая, сил нет...
— Ф-фил? — выдохнула она с изломом в голосе.
Чёрт.
Я быстро поставил её на землю и обратился к парням:
— Наличные или карта?
Эпизод 8. Вера
— Вера, чтоб тебя, — тяжело вздохнул Филипп, когда машина остановилась у мотосалона.
— Ой, не будь идиотом, — схватила я его за руку и потащила на выход. — Вперёд!
Мы прошли через высокие раздвижные двери и оказались в просторном и продолговатом помещении, где в несколько рядов красовались самые разнообразные мотоциклы. Здесь было столько воздуха и красоты, — блестящий разными цветами металл, — что у меня сердце от восторга замерло на секунду, а затем помчало вскачь. Вот уж не думала, что новенькие байки меня так впечатлят. Что тогда говорить про Филиппа? Его глаза блестели! Жадно так, ярко!
Я вновь схватила его за руку и потащила вдоль рядов, улыбаясь во всю ширь рта:
— Ты только посмотри! Нереальная красота!
— Да, Вер, — словно очнулся он и нахмурился. — Я только посмотрю, ясно?
Я скорчила рожицу, а затем, увидев розовый байк, сорвалась к нему:
— Какая прелесть!
— И как предсказуемо, — усмехнулся Фил, появляясь рядом. — Рассчитано как раз на таких, как ты, не разбирающихся.
— А в чём нужно разбираться? — выразительно подняла я бровь.
— Скорость, манёвренность, обтекаемость ветра... — попался он на мою уловку. — Много в чём, Вер. Но точно нельзя выбирать мотоцикл по цвету.
— И какой на твой профессиональный взгляд здесь самый крутой байк? — усмехнулась я.
— Давай поглядим, — хмыкнул он. — Ну вот, например, тот...
Я мысленно ликовала, пока мы ходили от мотоцикла к мотоциклу. Делала вид, что мне очень интересно слушать разбор от Филиппа, а сама мотала на ус то, от какой модели его прёт больше всего. Мы не уйдём от сюда без мотоцикла, и точка.
— Чёрт... — через полчаса замер Фил у полностью чёрного мотоцикла. Не сказала бы, что он выглядел по-особенному, но что-то в его лаконичности завораживало. — Когда я покупал свой первый байк, этого не было в продаже... А я так хотел именно его. Хрен бы меня обыграли на нём.
— Значит, решено! — воскликнула я. — Берём его.
Меня услышал и консультант, который всё это время тёрся не далеко от нас, пусть мы и сказали ему о том, что не нуждаемся в помощи. Парень поспешил к нам, но Фил его остановил:
— Спокойно. Девушка пошутила. Юмор у неё такой, — выразительно посмотрел он на меня в конце. — Специфический.
— Фил, — шепнула я, сделав шаг к нему, заглядывая в глаза, — только представь... Ты сможешь отыграть всё, что проиграл. Ты же хочешь этого. Ты вернёшь свой первый байк, вернёшь квартиру. Ты сможешь, я знаю.
Фил поджал губы, осторожно глянул на мотоцикл и снова на меня. Во взгляде — сомнения боролись с желанием.
Ну же! Соглашайся!
Фил снова посмотрел на байк, сглотнул:
— Да, я бы смог... Наверное. Потренироваться как следует... Впрочем, этот красавчик всё сделает сам... Чтоб тебя, Вер!
— Эй, так не разговаривают с феей-крёстной! — шутливо возмутилась я, а затем обратилась к консультанту: — Нам, пожалуйста, вот этот заверните.
Фил удручённо покачал головой, но улыбка на его лице становилась всё шире с каждой секундой. Уверена, он уже предвкушал будущие победы. И я верила в него так же, как он верил в меня, тогда на площадке.
Пока нам оформляли покупку, я потащила Фила выбирать себе шлем:
— О, а перчатки мне нужны будут?
— Тебе? — усмехнулся он. — Зачем?
— Ну как же! Я буду твоим вечным пассажиром. Должна же я следить за своим финансовым вложением. Или ты думал, что тебе не придётся брать меня с собой? На каждое соревнование. Ой, смотри какой шлем!
Я влюбилась! Ну, потому что это было жутко символично. Леопардовый! Совсем, как тот топ, что был на мне в ту дурацкую вечеринку. А ещё по низу проходил рисунок ряда острых зубов. То, что доктор прописал, верно?
Фил расхохотался:
— Блин, Верка! Его как для тебя разукрашивали. Берём!
— Берём, — тоже рассмеялась я, наслаждаясь тем, что у нас с Филом появилось что-то общее. Воспоминания, которые веселят. Которые принадлежат только нам двоим.
Плюсом мы купили и шлем для Фила, самый дешёвый, чтобы сразу уехать отсюда на мотоцикле, и защиту для меня.
— Итак, Вер, — информировал меня Филипп, когда мы остались у новенького байка одни. Ветер смешно трепал его волосы, убивая всю серьёзность на его лице. — Держишься за меня очень крепко, не жалея сил, поняла? Куда склоняюсь я на поворотах, туда и ты, ясно? Не прыгать, не крутиться. Руки на мне не разжимать ни в коем случае. Хватит улыбаться, язва, это серьёзно.
— Я всё-всё поняла, Филипп, — положила я руку на сердце. — Куда мы поедем, кстати?
— Немного обгоняем красавца, — широко улыбнулся он, ласково поглаживая металлический бок обновки так, что я даже позавидовала железяке, — а после загоним его на парковку. В доме, где моя квартира. Считаю, что не стоит светить им у вас дома.
— Тоже так считаю, — согласилась я, напяливая на себя свой новенький шлем. — Погнали?
Фил усмехнулся, вглядываясь в меня странным взглядом, тем самым от которого у меня по коже разбегались мурашки. Интересно, все девушки, на которых он смотрит точно так же, испытывают такие ощущения? Я отвела взгляд, жалея, что он смотрит так не на меня одну.
Ну почему он бабник, а?
— Погнали, — кивнул он в итоге.
Мы заняли свои места на мотоцикле, Фил завёл мотор, убрал подножку и чуть обернулся ко мне:
— Давай, язва, не стесняйся. Держись за меня так, словно я самое дорогое в твоей жизни.
— Ты самое дурное в ней! — проворчала я и обняла его за талию, прижавшись грудью к его спине. И почему так волнительно? Почему я вся дрожу? От страха? Или потому что обнимаю Его?..
А затем мы сорвались с места...
Восторг! Это чистой воды восторг! А ещё страх... Неконтролируемый, поднимающийся из самого нутра. Оба эти чувства звенят в крови, набирая интенсивность по мере того, как набирает скорость сам мотоцикл. Они переплетаются внутри в замысловатые и тревожные узоры, то останавливая сердце на несколько мгновений, то заставляя стучать его во всю прыть. Я словно лечу по воздуху! Словно всю жизнь была заперта в коробке и теперь освободилась. Очень классные ощущения, никогда таких не испытывала...
А вскоре я поняла, что Филиппу можно доверять. Словно во мне в одно мгновение что-то переключилось, и я расслабилась. Восторг пересилил страх. Я начала откровенно наслаждаться поездкой и ловить на нас восхищённые взгляды пешеходов. Ну байк у нас реально крутой! А ещё я смеялась. Открыто, громко, заливисто. Фил тоже сотрясался всем телом.
Потрясающе! Крышесносно! Офигенно!!!
Мы обкатывали байк до самой темноты. Я жалела, что этот день закончился, когда мы въезжали на подземную парковку.
— Ну как? — спросил Фил, стоило мне слезть и начать разминать полностью затёкшее тело. Даже не знала, что я настолько была напряжена всю поездку.
— Задница квадратная, — пожаловалась я чисто из вредности.
— Размять? — хохотнул Фил, тоже слезая с байка.
Мы оставили шлемы на сидении и посмотрели друг на друга. Улыбнулись почти одновременно, но быстро отвели взгляды в стороны.
— Мне очень понравилось, — выдохнула я.
— И мне. Наш красавчик даже лучше, чем я представлял. Вер? — вынудил он меня вновь посмотреть в его глаза. Зелёные, с вкраплениями цвета молочного шоколада. Те, что одинаково хорошо могут смотреть насмешливо или будоражаще. — Спасибо. Я не должен был идти на поводу у тебя, у собственных амбиций, но я искренне тебе благодарен. Я всё верну, обещаю.