Майские грезы (СИ)

— Майя? — почти прорычал он со злостью, и девушка сквозь слёзы тут же узнала эти серо-голубые глаза, в которых сверкали молнии. — Что вы здесь делаете?
— Я… я оплатила штраф, — пробормотала девушка, пряча глаза от пристального взора.
— Причём здесь штраф? — раздражённо произнёс Матвей, развернув её к себе лицом. — Что ты делала в том чертовом переулке⁈ Кто эти подонки? Ты их знаешь?
— Сначала, подумала, что да, — собираясь с мыслями, прошептала она, все еще всхлипывая, — а потом… нет. Это были не они. То есть они, но они спутали меня с хозяйкой салона. Только она ушла раньше, и Надя с Сашей тоже. А они сказали, что их хозяйка Мария Игнатова, а потом…
Матвей ничего не мог толком понять из всего этого набора слов, поэтому молча достал аптечку и, порывшись, извлёк из неё флакон успокоительного средства, а затем дотянулся до бардачка, где у него всегда в запасе лежала бутылка с водой. Накапав лекарство в воду, он протянул стаканчик Майе, заставляя выпить содержимое полностью.
— Спасибо, — пробормотала девушка, возвращая ему стакан. — Какая гадость! — скривилась она и тяжело вздохнула. Получилось протяжно, да еще и икота после слез никак не хотела останавливаться, и девушка невольно покраснела, чувствуя себя неловко под его взглядом.
Матвей пристально смотрел в лицо девушке, ожидая продолжения рассказа. А она молчала, не зная, с чего начать, чтобы случайно не выболтать то, что ему знать не следует. Да, и как утаить от полицейского то, что она… практически преступница, которую, наверняка, уже ищут?
— Отвезите меня, пожалуйста, домой, — тихо проговорила девушка, закрывая глаза. Резко нахлынула усталость от событий, которыми был наполнен весь ее день. Может, он позволит ей не думать об этом до завтра, а она что-нибудь придумает, чтобы снова обмануть его? Хотя нет, обманывать его не станет, просто…
­­— Хорошо, — вдруг мягко произнёс Матвей, рассматривая красивое точеное личико со следами усталости и слез. Внутри против воли зрело странное чувство, от которого все переворачивалось, и хотелось защищать эту девушку от всего мира. Мужчина даже тряхнул головой, сбрасывая странное наваждение, и завел машину. Снова посмотрела на Майю, которая, кажется, практически уснула, так и не назвав адрес, куда ее отвезти. — Только завтра вы мне всё расскажете, Майя. И не думайте бежать от меня, я найду, — пригрозил мужчина, выводя автомобиль на дорогу.
— Хорошо, бежать не буду,— пробормотала она, проваливаясь в сон. Впервые за время, что она осталась с кем-то наедине, девушка забыла о тревогах и быстро заснула.
Матвей ещё раз тихо выругался и повёл машину к своему дому. Конечно, ему не составило бы труда запросить данные в отделе, где теперь проживает Майя, или взять ее паспорт, да просто разбудить ее! Но все внутри будто противилось, заставляя его действовать на эмоциях. Вот и сейчас, зачем он привез ее к себе, ведь это и без того осложнит жизнь и ей и ему?
Матвей вздохнул, глядя на спящую девушку, а затем осторожно вытащил её из машины и понёс наверх, в свою квартиру. Там уложив её на кровать, снял куртку и обувь. С удивлением обнаружил под курткой атласную блузку цвета фуксии и чёрную юбку до колен. Блузка мягко облегала девичью грудь, приоткрывая в вырезе ложбинку и легкое кружево бюстгальтера, а ее цвет выгодно оттенял молочного тона кожу. Почувствовав непреодолимое желание прикоснуться к ней, провести рукой по бархатной коже, при этом смотреть, как шоколадные глаза станет заполнять страсть, Матвей быстро укрыл девушку одеялом и вышел из комнаты.
Зашел на свою кухню, решив сделать себе кофе и подумать над тем, как круто начала меняться его жизнь с появлением в ней этой невинной обольстительницы. Ведь еще совсем недавно он и не подозревал, что можно днем и ночью думать обо одном человеке, при том не зная, где ее отыскать.
Целый месяц она снилась ему в самых откровенных снах, а теперь спала в его комнате и в его постели. Матвей вернулся в комнату, чтобы снова взглянуть на спящую девушку, а затем потопал в гостиную. Растянулся на диване и закрыл глаза. Теперь-то он точно не упустит ее, раз она появилась снова в его жизни, — поклялся он себе. Она манила его, будоражила его мысли, не давала покоя. Пусть ненадолго, но он не откажется приятно провести время с интересной девушкой. А потом… расстаться без взаимных претензий.
 
Матвей вдруг резко распахнул глаза, не понимая, с чего он вдруг так решил. На ум пришли слова Дружинина, о том, что такие девушки, как Майя, не для развлечений.
'Нет, она просто создана, чтобы дарить тепло лишь одному мужчине. И их детям, потому что устроена она иначе. Вот только… готов ли я ради нее оставить свободу и быть рядом? — задумался он. Еще совсем недавно он бы с уверенностью заявил, что для него нет ничего ценнее этой свободы, но стоило признаться, что пока он не готов отпустить ее. И что же ему делать? Незаметно проваливаясь в сон, Матвей представил ее с другим, и тут же распахнул глаза, чувствуя странную тоску внутри. Нет, он завоюет ее и…
Ему снились карие глаза, в которых была, то ли тоска, то ли ещё какое-то чувство, понять которое он не мог.
* * *
Майя проснулась с ощущением чего нового и волнительного. Как ребенок, ожидающий новогодних чудес, она никак не могла понять, как очутилась в этой красивой комнате, на широкой кровати, занимающей почти всё свободное пространство. Девушка подскочила, неожиданно вспомнив прошлый вечер, побег от нападавших мужчин, и то, как она заснула в машине майора Майского. Значит, это он привёз её в свою квартиру, и она провела ночь в его постели.
Девушка покраснела от собственных мыслей, особенно стоило ей заметить, что блузка расстегнута практически до пояса, да и юбка тоже. На месте оказалось только белье, и Майя мысленно порадовалась, что хоть с этим не попала впросак. Хотя мысли о том, что ее впервые раздевал посторонний мужчина — как и то, что это был мужчина! — она старательно гнала прочь.
А еще пришло осознание, что она не пришла ночевать домой, и надеялась, что квартирная хозяйка не поднимет шума по поводу отсутствия квартирантки. Ведь они договаривались, что Майя живет только до тех пор, пока ни с кем не встречается. Таково было условие хозяйки. Пожилая женщина потому и согласилась предоставить ей временную прописку, а теперь…
Девушка вздрогнула, понимая, чем её это грозит: её могли выписать из квартиры. Майя выглянула в окно, пытаясь определить время суток, но серое небо и моросящий дождь на фоне залитого огнями города, мешали ей сосредоточиться. Тщательно приведя себя в порядок и застегнув блузку едва ли не до самой последней, верхней пуговички, Майя вздохнула, понимая, что вид у нее не ахти, но и не появиться перед хозяином квартиры она не могла. Все же стоило поблагодарить его за помощь.
Она осторожно приоткрыла дверь, заметив спящего на диване хозяина, и закусила губу, соображая, как поступить. Большие часы на стене показывали начало седьмого утра, и Майя решила, что незаметно покинет свой нечаянный приют, а потом, как-нибудь, найдет Матвея и скажет ему спасибо. Может, он не обидится на исчезновение гостьи, хотя вряд ли это будет красиво с ее стороны?
Майя на цыпочках проскользнула в коридор, где обнаружила свои сапожки и куртку. Сумочка и лежащая на ней шапка, нашлись тут же. Быстро надев сапоги и куртку, она схватила шапку и сумку, и повернулась к двери, в поисках замка, когда за спиной раздался предательский звон ключей.
Медленно обернувшись на звук, девушка замерла, не зная, что сказать, и лишь понуро опустила голову, признавая поражение.
— Хорошо, что для таких случаев я закрываю двери на ключ, — он снова звякнул ключами, будто в насмешку над Майей. Девушка даже не нашла в себе сил возмутиться от его слов — будто она воровка, сбегающая от полицейского. — Далеко ли вы собрались, Майя Александровна?
Майя поморщилась, в его устах её имя сейчас звучало как оскорбление. Она не в силах была смотреть ему в глаза, ощущая себя неблагодарной, поэтому старательно разглядывала рисунок на полу, и чувствовала себя провинившейся школьницей перед отчитывающим за провинность директором.