Цена правосудия (СИ)

Бандит пожал плечами и поступил также, правда, его арсенал обладал несколько иной формы, и вместо иссушенной ноги там был окованный железом посох. Стентор положил рог в горизонтальны отсек и отозвал хранилище.
— Теперь не страшно, аколит? — издевательским тоном спросил он, глядя в глаза Брэнду
— Нет, не страшно, — как и всегда, издёвку Стентора черноволосый пропустил мимо ушей, — пошли.
Чтобы оказаться за пределами слышимости остальных, пришлось отойти к самому краю той площадки, на которой стоял сарай-зал с ныне закрывшимися дверями.
— Брэнд, давай я сэкономлю немного времени, ты не нравишься мне, а я не нравлюсь тебе. Ты не одобряешь мои методы, а я считаю твои излишне слюняво-эмоциональными. Сейчас ты хочешь рассказать мне, что я должен испытывать сострадание по отношению к товарищам и более чутко относиться к их чаяниям?
— Нет, такого я говорить не буду, поскольку не верю в сострадание — Брэнд с лёгким удивлением понял, что сказал чистую правду, — и ты зря считаешь мои методы эмоциональными. Наоборот, я исхожу из чистой рациональности. Ты давишь на людей, демонстрируешь им свою силу и самоутверждаешься, подчёркивая своё положение лидера. Но если ты перегнёшь палку, что ты часто делаешь, то рано или поздно один из них, — парень кивнул на оставшихся позади людей из отряда, — решит, что ему нечего терять, и воткнёт тебе в спину что-то острое.
— Он и так воткнёт, Брэнд. Рано или поздно, — Стентор слушал Брэнда без гримас и ухмылок, и сейчас говорил совсем не тем издевательским тоном, к которому темноволосый привык, — господам начальникам не нужно, чтобы мы все выжили. Более того, думаю, им выгодно прямо противоположное: чтобы выжило как можно меньшее число аколитов. И когда остальные до этого додумаются, многие решат, что настало время улучшить своё положение в иерархии иными, более простыми методами. Ты в отключке валялся несколько дней, а я с ними кров делил, поверь, идеалистов и слюнтяев там нет, кроме, может быть, Кевина. Но если бы не ты, он бы и не пережил первое испытание. Так что…
Бандит многозначительно пожал плечами.
«В чём-то ты прав, Стентор, и некоторые из озвученных тобой мыслей звучат разумно — например, малое количество опыта за врагов возможно объясняется тем, что опыт раскидали на всю десятку. Но что-то мне подсказывает, что твой подход неправильный. Словно бы… не этого от нас хотят те, кто нас сюда отправил», — подумал Брэнд, глядя в глаза бандиту. Но вслух сказал иное.
— «Господа начальники», как ты выразился, закинули нас на задание и закрыли за собой дверь. Логично предположить, что пока мы задание не выполним, обратно они её не откроют. И до тех пор мы заперты друг с другом. Не хотелось бы, чтобы до кучи к обычным проблемам внутри отряда прибавилось ещё и желание у некоторых поиграть в «королевскую битву».
— То есть, ты согласен со мной?
— То есть я считаю, что если ты хочешь подавлять такие порывы у людей, запертых в небольшом пространстве, нужно использовать другие методы взаимодействия, отличные от прямого наплевательства или очевидной конфрантационности. И ты, имея несомненно куда больший опыт пребывания запертым в клетке со случайными людьми, всё это прекрасно понимаешь. Как понимаешь и всё, что из этого следует, так что несомненно ты видишь некое противоречие между твоими словами и делами.
Он посмотрел Стентору в глаза. Брэнд был уверен, что бандит прекрасно понял невысказанное: «Не заговаривай мне зубы. Ты хочешь, чтобы отряд максимально сократился в размерах прежде всего ради твоего удобства дальнейшего движения вперёд. Поэтому ты и идёшь на конфликты, чтобы первого, кто возмутится, показательно прикончить, продолжая удерживать остальных в грязи».
Бандит ответил короткой, почти незаметной улыбкой и лёгким кивком. Ну да, «я знаю, что ты знаешь, что я знаю». Невербальные сигналы, которыми обменялись мужчины, были понятны, всё, что можно сказать — сказано. Продолжать смысла не имело.
Брэнд развернулся и направился обратно к Кевину. По дороге, он задержался рядом с Миклосом и забрал его сумку и валяющееся у руки оружие.
 
— Эй! — возмутился парень, следивший за раненым.
— Нам это пригодится больше, — черноволосый присел на корточки и произнёс, — распорядители сказали «узнать у местных подробности». Значит, эти самые «местные» тут есть. Нести Миклоса в таком состоянии нельзя, но в посёлке должен быть лекарь. Тебе придётся ждать вместе с другом.
— А если эти вернутся, — он кивнул на пару трупов, которые не успели скинуть в космическое пространство.
— В таком случае тебе придётся защищать вас обоих, — развёл руками Брэнд, — но если мы здесь останемся, лучше не будет.
— Хорошо, я понял, — вздохнул парень, — продержусь.
«И их осталось восемь», — подумал Брэнд.
***
Остров оказался небольшим. Поселение шахтёров, словно прилепившееся к огороженному зданию плавильни, виднелось с восточного обрыва в километре от начальной площадки, почти на границе этого самого острова. Искать спуск долго не пришлось: от обрыва начиналась небольшая тропа, а видно было далеко — деревья тут не росли. Это расстояние преодолели минут за десять, не больше, и быстро нашли в поселении здание старшего. Им оказался мужик средних лет по имени Форен. Он пригласил аколитов в большой дом и предложил угощенье. Все вежливо отказались, а Стентор взял на себя роль переговорщика. Быстро и не вдаваясь в подробности он сообщил всё важное — кто они, как здесь оказались и зачем. Форен его внимательно выслушал, со значением поглаживая окладистую бороду, а потом сказал:
— Да, перестали мы товар посылать… А что делать? В шахте-то мелкие уродцы завелись. Вы, господа аколиты, таких, небось, не встречали: уродливые, с плоскими мордами и головами, драться не умеют, но числом возьмут запросто.
— Встречали, — кивнул Брэнд, — они на нас напали при появлении. Числом около сотни.
— Да? И вы их… того?
— Ну, если уж пришли мы, а не они, то само собой, — внушительно сообщил ему Стентор, поглаживая рог-копьё на поясе, — мы тут недолго, но суть уже понимаем.
— Ну ладно, понимаю. Кхм, — мужчина откашлялся, — в таком случае, задание не будет для вас слишком сложным, уважаемые аколиты. В наших шахтах завелись… нежданные гости, которых мы не можем оттуда прогнать.
— Завелись? — Брэнд изогнул бровь, — как мыши, что ли?
Староста вежливо улыбнулся:
— Чувство юмора у вас прекрасное, господин аколит. Нет, не как мыши. С мышами мы бы сами справились. А так — придётся вам.
— Допустим мы справимся, — согласился Стентор, вновь перехватывая внимание старосты, — что мы получим в награду?
— Как что? Разве благодарность господ Распорядителей — не достаточная награда?
— Зубы не заговаривай, старый. Благодарность господ нам пока даже железного ножа не принесла. Так что теперь я, кажется, понимаю, кто с нами должен расплачиваться.
Староста тяжело вздохнул и заявил:
— Грамотный… Ну ладно. Стальное снаряжение — каждому выжившему. Простое, не артефакты, но вы-то сейчас вообще в одежде.
Стентор прищурился и уже был готов кивнуть, но тут голос подал Кевин. Блондин выступил вперёд и заявил:
— Допустим, пойдёт. Но не «каждому выжившему» — одиннадцать комплектов. На наш выбор, и я предварительно осмотрю. А то, господин Форен, вам ещё придут в голову мысли о том, как бы от нас избавиться, чтобы платить поменьше, — последнее он сказал, со значением посмотрев на Стентора.
Бандит поджал губы и кивнул:
— Да, он прав. Ну как, Форен, по рукам?
— По рукам, — вздохнул староста, — что ж, звучит разумно, только…
— Только комплекты на восьмерых вперёд, — сказал Брэнд,
— Эй, об этом разговора не было!
— Теперь — был. Или хотите, чтобы мы отправились на дело с тренировочным оружием?
— Ну это же ваши проблемы, что вы так плохо снаряжённые пришли! — возопил староста, растеряв всю свою степенность.
Впрочем, на Брэнда крик не подействовал:
— Да, это наши проблемы — в смысле, наши общие. Распорядители послали нас во вполне определённом количестве, которое, очевидно, необходимо для прохождения испытания. Причём послали в деревню с мастерами и ресурсами, чтобы обеспечить нас снаряжением. Если же мы пойдём в пещеры в рубашках и с дубинами, и там поляжем… — Брэнд пожал плечами, — думаю, господа распорядители не будут рады, узнав, что поставки стали опять стоят, но на этот раз — из-за вашей жадности.