Биртман (СИ)
— Саддам? Не Хуссейн случайно? — снова уточнил я.
— Нет Аксаков. А кто такой Хуссейн?
— Это деятель видный Иракский. Не знаю точно какая должность сейчас, но судя по всему это будущий лидер. — выдал я, надеясь то и впрямь Хусейн уже деятель а ни никому неизвестный революционер.
— А я знаю! — вставила какая-то девчонка. — В Москву в мае приезжала делегация и Хуссейн этот тоже.
— Это Эджэгуль Атаева, наш политинформатор и комсорг, бойся ее Зиня. — предостерег то ли в шутку толи нет Базаров.
— О?! Уже боюсь. — поднял я руки. — А вот у директрисы имя Эдже а у тебя Эджэгуль правильно?
— Пф-ф так это же имена не фамилии, Зиня! Так что они не родственники. — вместо нее ответил все тот же не замолкающий Серж.
— Эджэ это Мать, а Эджэгуль Цветок матери. — расшифровали мне перевод.
— О! О! Зиня! Ты сейчас упадешь, а знаешь, как отчество у Эдже?
— Эм… она говорила уже дважды, но я опять забыл. — расстроился я.
— Эзизовна! А знаешь, как будет Эдже Эзизовна?
— Как?
— Мама дорогая! — и Серж Базаров картинно схватился за щеки изображая ужас.
Шутка удалась, все смеялись, хотя вся компания уже не первый раз слышит ее, в отличии от меня.
— А чего девчонок так мало?
— А они класс моют. Нам вот только Хелен и Гуль помогают.
— Вы всех на инглиш переделываете?
— По возможности. Местные имена обычно не трогаем.
— А мое?
— Ну-у… тут тоже надо всерьез подумать. — озадачился Серж. — Хотя с такой фамилией на фига тебе имя переделывать?
— Что за фамилия? — заинтересовались те, кто не в курсе.
— Биртман. — пришлось мне ответить.
— Забавно, ты еврей? — спросил меня Саддам.
— А ви-таки антисемиты? — изобразил я еврея.
Антисемитов вроде не было, да и я не настоящий еврей. Вход в школу мы помыли совместными усилиями. Пыльно тут в средней Азии, дождей мало, постоянно жаркая и сухая погода. Здесь у моря еще ничего, вокруг горы, а дальше пустыня, там вообще ничего нет кроме песка, где-то еще есть нефть и газ. В том числе и в море, и в пустыне. Но самое главное почти нигде нет воды. Это все я в общении за уборкой узнал. Воду получают путем опреснения. Есть какой-то источник в горах, но к нему бесконечная очередь людей с кувшинами и бидонами, поскольку вода из крана мягко говоря не вкусная для приготовления чая или пищи. Для мытья еще пойдет, а вот жрать готовить на такой воде не стоит.
— Хм… а мы готовили. — почесал я репу. — Вроде не заметил привкуса.
— В центре так-то другая очистка работает, так что вода получше. — признали знатоки.
— Говорят, скоро атомную станцию поставят и при ней очистку на атомной энергии сделают. — хвастался Андрэ. — У меня папа главный инженер на этом заводе.
— Слушай, а нас всех радиацией не облучит от такого? — испугался я.
— Да нет, не облучит, все же не дураки делают.
— Угу, — печально кивнул я, вспоминая историю чернобыльских научных изысканий.
— Еще где-то есть оазис в пустыне.
— Это все вранье.
— Ничего не вранье! Есть. Просто он секретный.
— Пф-ф…
— Тони, ну ты скажи!
— Откуда я знаю? Я не знаю, а папа не скажет даже если знает.
— А что за оазис-то?
— По слухам где-то тут выращивают траву. Причем выращивают ее в медицинских целях. Но трава есть трава. Ты же знаешь, что такое трава?
— Да конечно, легкие наркотики. Марихуанна, гашиш. — кивнул я.
— Вот, я же вижу понимает человек. Поскольку траву эту могут воровать, то ее место положение секретно.
— Да нет никакой травы!
— Да с чего бы нет? А зачем тогда такой досмотр в нашем аэропорту постоянно? В других городах нету такого.
— Ну так-то да…
— Я имею в виду что нет лекарственного производства, а какое-то подпольное производство есть. Вот его и ищут. — спорили мальчишки.
В общем было дело ясное, что дело темное. А такому как я, приезжему еще и малопонятное. Нашу работу торжественно приняли. Мне пришлось отправится в библиотеку и получить гору книжек, остальные уже давно получили, так что в основном мне достались весьма потрепанные экземпляры. В библиотеке я вновь встретил сестру.
— Ужас что за книжки, самые жуткие экземпляры! — пожаловалась она.
— Зато со сдачей проблем не будет, хуже уже некуда. — нашел я утешение.
— Да тебе вообще все равно. А мне реально учить надо.
— Как тебе твои одноклассники?
— Не знаю, почти никого не видела, всего пара мальчишек в классе, и те чинят парты. — разочаровано произнесла сестра, видимо парты им были интереснее моей сестры, вот же идиоты. — Историк еще ничего, такой интересный.
— Он старый для тебя! — возмутился я.
— Ничего ты Зиня не понимаешь.
— А у меня весь класс на уборке, ну или почти весь, нормальные такие ребята, веселые, общительные.
— Повезло тебе. Надеюсь мне тоже повезет и остальной класс не такие зануды.
— Удачи.
— Ты домой?
— Ну конечно.
— Поможешь?
— Ну куда же я денусь. Хотя ты бы прихватила тех деятелей что парты чинят, может и мои бы заодно унесли?
— Угу, они кажется немые.
— Это они от твоей красоты потеряли дар речи.
— Неси давай! Болтун. — но улыбалась и краснела, ясно, что приятно.
— Зиня! Ой, приве…тьте — растерялся Серж. — В смысле привет, я хотел сказать привет, а потом подумал лучше скажу здравствуйте… — покраснел он пытаясь объяснить внезапную спутанность своей речи. — А уже говорить же начал и…
— Ха-ха-ха! — засмеялась сестра.
— О, «приветьте» это класс. — засмеялся я. — Это сестра моя, Светка, в десятом будет учится.
— Серж, очень приятно.
— Светлана.
— Сви-ит значит. — мгновенно решил Серж.
Светка от такого подвисла и видно не знала как реагировать.
— Он все имена на английский манер переформатирует. — подсказал я сеструхе.
— Чего делает?
— Переиначивает.
— А что за форматирование? — заинтересовался Серж.
— Ну уж не твое «приветьте». — отшутился я.
— А может с нами в парк пойдете, а? Мы собираемся в парк, ну там мороженое пожрать, карусели, так может еще чего.
— Карусели тоже жрать станете? — уточнила Светка.
— Хе-хе, нет. Но если вы пойдете я так и быть попробую их покусать. — парировал Серж. — Кстати Зиня, ты на пианино играешь, а на гитаре может тоже умеешь?
— Может, но лучше я баян возьму.
— Чего?!
— Ну как у нас в деревне если идем гулять с компанией, то баян надо брать обязательно. — гнал я, а Светка зараза, не могла лицо серьезное держать, почти ржала.
— Какой деревни? Вы же Москвичи.
— Так Москва это и есть большая деревня.
— Да вы шутите? Какой еще баян?
— На фига козе баян?
— Какой козе?
— Забей, ладно возьмем гитару.
— Зиня, нам же надо обед готовить. — напомнила сеструха.
— А, черт. Действительно. У нас родаки пока не втянулись еще, первые дни, оба на работе, запасов по продуктам нет, расписания толком нет, так что на нас пока готовка пищи. Увы и ах, Серж, но не сегодня.
— Что ж, очень жаль, ну тогда как-нибудь в следующий раз? — влюбленно смотрел он на мою сестру.
— Обязательно.
— А он прикольный. — заметила сестра.
— Ну, так-то он помладше тебя, плюс ты уедешь в следующем году в Москву точно, а он точно будет еще год тут.
— Эй? Ты что меня замуж уже собрался отдавать?
— Нет, конечно, но думаю тебе нужен кто-то посолиднее и из Москвичей.
— Ты давай-ка братик не играй в восточного царя, а то и я устрою тебе веселую жизнь и смотрины. А Серж кто?
— «Кто», это в смысле чей? Не знаю, или он не говорил, или я мимо ушей пропустил. Тони, вон тот полноватый пацан, он сын местного начальника ГАИ.
— Нет, он точно не в моем вкусе. Но компания как я заметила у вас веселая.
— Пока неясно, но очень на то похоже. Золотая молодежь местного разлива. Это же местная элитная школа.
***
Кабинет директора кинотеатра.
— Твою мать! — пытался открыть крышку графина старший Биртман в своем кабинете. — А-а! — в сердцах швырнул он графин об стену.