Герцог для сиротки. Академия магии (СИ)

— Отец его? — так же шепотом спросила она, и я кивнул.
М-да, не было же у меня иных печалей…
Моя новая печаль, спрятав нос между лапами, уже сладко спала.
На моем прикроватном коврике, зачарованном от промокания. Точнее, на моей подушке, а та — на паре моих простыней, а вот они — уже на коврике.
Я смотрел, как Хелли укутывает сына рекомбинированной рыси двумя моими пледами, как складывает собственное одеяло (как по мне, слишком тонкое, но предлагать ей свое вряд ли имеет смысл), и думал, думал, думал…
Да, выход только один. Осталось донести это до Хелли. Но до чего же жаль, что после ее согласия мы больше не будем бегать к зверенышу, возвращаться обратно, договариваться о следующем визите… А она согласится, если начать разговор с умом и не с просьбы нарушить тайну.
Впрочем, возникшей прошлым вечером «дружбы» это уже не изменит, а к тому же Хелли будет часто заходить ко мне в гости — проведать котика.
О да! Отличная мысль.
— Ты же понимаешь, что он не может жить в таких условиях вечно? — аккуратно начал я, когда мы брели по мокрой дорожке прочь от ивы.
— Конечно, — со вздохом откликнулась моя девочка. — Ума не приложу, как быть… Я бы отвезла его тетке своей, она женщина… незлая! — Сказав последнее слово, Хелли хмыкнула. — Но ведь и там его придется прятать. Да и не уверена я, что согласятся взять… Все равно ж нечисть…
— Я мог бы взять его, — сказал я нейтральным тоном.
— Куда? — удивилась Хелли. — А… в свое… поместье?
— Зачем же так далеко. Просто к себе. В мои комнаты в общежитие.
Она даже остановилась. Подняла голову, шагнула ко мне ближе, и я в очередной раз умилился тому, что она такая маленькая… такая нежная… беззащитная…
Вдруг захотелось забрать ее тоже. К себе в комнаты. Укутать там в кучу одеял, налить горячего чаю — ведь замерзла опять, в этой своей тоненькой кожаной куртке…
Осознав столь странное желание — согреть, а не соблазнить! — я едва рот не раскрыл и, кажется, заморгал. Но Хелли не заметила.
— Как к себе?! — с волнением спросила она. — Тарис! Как?! Разве это можно? А вдруг кто-то увидит! Да мы даже незаметно пронести его не сможем, ты что! Только вот через окно… Как думаешь, он сможет залезть сам? Ну не сейчас, а когда выздоровеет совсем? Тарис? Ты чего молчишь? А… ты пошутил, да?
Я опомнился и замотал головой.
— Вовсе не пошутил, Хелли. Но ты права: незаметно не получится, а вопрос надо решать сейчас. Холодает с каждым днем. Конечно, у меня есть еще пледы, но это не выход.
— Я понимаю, — сказала она с отчаянием.
— Но я могу взять этого рысенка себе официально.
— Как это?! — ахнула она. — А я? Я тоже могу?!
И аж засветилась лицом.
— Ты вряд ли, — разочаровал я малышку. — Первый курс… Я же почти выпускник, а кроме того имею некоторые привилегии. Мне разрешат, уверен. Но придется обратиться к декану и уломать коменданта. Не проблема, но прямо сегодня забрать рысенка не получится. Оформление документов…
— Но ведь Шерик — нечисть! — перебила она.
— Давай-ка ты не будешь считать наших преподавателей монстрами, — мягко указал я. — А то как твой Шерик — «мерзкие магишки», да? В нашей академии на руководящие должности берут исключительно адекватных магов. Способных отличить разумного котенка от злобной твари из предгорий.
— Но ведь Шерик из Шаударского леса…
— Это совсем не повод убивать его или сдавать его в королевские лаборатории для опытов, не волнуйся. И надо еще выяснить, откуда сбежал его отец. Очень важная информация, Хелли! От профессиональных исследователей и генетиков, работающих официально, не бегут, поверь мне. Но, к сожалению, есть и другие.
— Ты… уверен, Тарис? Что не случится ничего дурного? — как-то очень жестко спросила Хелли, мгновенно превратившись из опечаленной замерзшей малышки во взрослую женщину, готовую драться за того, кто находится под ее защитой. И я снова невольно залюбовался ей. Такая разная, кто бы мог подумать!..
— Я уверен, Хелли. Слово герцога Таргского: я не допущу, чтобы рысенок пострадал. Он ни в чем не виновен, он мал и нуждается в помощи. Я не позволю ни обидеть его, ни отвезти куда бы то ни было. Клянусь тебе. Ты… Ты мне веришь?
 
Она молчала, и мне вдруг стало очень больно от этого. Почему?.. Ведь даже запуганный котенок проявил доверие…
— Хорошо, — сказала она наконец. — Как быстро ты сможешь это сделать?
— Начну сейчас. Еще не слишком поздно, чтобы поговорить с деканом. Но…
— Но?..
— Я сделаю это, если ты примешь от меня подарок.
Глубокий, тяжелый вздох и разочарование в шоколадных глазах.
— Ну, я неверно выразился, Хелли! — заторопился я. — Не подарок, просто мне кажется, что у тебя слишком легкое одеяло, и я сегодня же поговорю об этом с мистером Тролланом, но пока ты можешь взять мое, у меня их много! Ну… мы же друзья, Хелли! Без… как ты там сказала, без всех этих глупостей.
Ее улыбка — и с моих плеч будто камень свалился, такое облегчение испытал.
— Ну да… — проговорила она не очень уверенно. — Ладно, давай свое одеяло, раз тебе их девать прямо некуда. Но к коменданту с этим вопросом не ходи, пожалуйста. Потому что… ну, я ведь бюджетница! Мне другого одеяла и не положено, что выдали — то и есть, ты же понимаешь. С чего бы мне поблажки какие-то делать, я такая же, как все. Потому не надо, Тарис.
— А я не по твоему поводу скажу, — нашелся я. — Просто это безобразие — уже осень, а одеяла такие тонкие! Неужели королевская академия не в состоянии утеплить своих студентов?!
— Хорошая мысль, — согласилась Хелли. — Но ты тогда про всех говори, ладно?
— Конечно, — пожал я плечами.
Любопытная у вас стала жизнь, герцог Таргский… Как-то раньше мне и в голову не приходило озаботиться благоустройством бюджетников. Но ведь если рассудить здраво — действительно безобразие! Даже и позор, можно сказать. Не в провинциальном ПТУ обучаемся!
…А глаза у нее до того выразительные… И так смотрят на меня сейчас, будто я какой-то благородный рыцарь из этих девичьих сказок… И нельзя, нельзя даже шагнуть ближе, а уж тем более коснуться этих манящих губ, провести пальцем по бархатной щеке…
Посиневшей уже от холода…
Согревающий полог накинуть, запоздало сообразил я. Вот ведь как вбито в голову, что нельзя тратиться на пустяки! И правильно вбито, между прочим.
Я молча снял пальто и накинул моей девочке на плечи.
— Одеваться надо теплее! — сказал строго, пока она не успела возразить. — Это я тебе даже не как друг, а как куратор говорю. Требую, поняла?!
— Ага, — легко согласилась она и опять, как тогда, на крыше, спрятала лицо в высоком воротнике.
А я прибавил шагу, уже всерьез опасаясь ее простуды. Лечится-то легко, но ведь и приятного мало.
Да и к декану стоит поторопиться…
  
Глава 9
 
О хитрых кавалерах и хороших мальчиках
Хеллиана Вэртззла
Идея того, что у Тариса получится взять в свою комнату хищную нечисть, лично мне казалась удачной лишь до начала действий.
На следующий день, сразу после занятий, я сидела в приемной ректора и напряженно ожидала развязки.
Для меня, девочки, которая находится в самом низу бюрократической цепочки, было сложно представить, что для кого-то может быть реальным то, что однозначно запрещено для меня.
Не то чтобы я не верила в Тариса, но все правила однозначно гласили: так поступать нельзя! 
Осталось тайной, о чем именно Тарис говорил с деканом, а потом с ректором и комендантом за закрытыми дверями кабинета, но вышел он оттуда очень довольным. Завидев высокую фигуру своего куратора, я тотчас вскочила и бросилась к нему:
— Ну как?!
— Пойдем, расскажу.
Мы покинули приемную с любопытно косившейся секретаршей, которая старательно делала вид, что ей вот ни капельки не интересно. Углубившись в коридоры главного корпуса академии, где и располагался кабинет ректора, мы некоторое время шли молча.