Попала, так попала, или Невеста на двоих (СИ)

Мелисса послушалась – кроткий нрав, который то появлялся, то исчезал, снова вернулся. Я перевил наши руки, подтянул почти невесомую девчонку и усадил перед собой.
Видимо, сидеть было не очень удобно, и она принялась ерзать. А поскольку свою рубаху отдал ей, то терлась тканью халата о мою голую грудь. Не знаю, понимала ли что творит, но результаты не заставили себя ждать, и, чтобы хоть как-то угомонить ее, я крепко прижал к себе, не давая возможности двигаться.
Если не считать спасения из моря, я старался не прикасаться к Мелиссе, и сейчас поразился тому, насколько на хрупкая, а под ладонью, передавая мне ритм, спокойно и ровно билось сердце, в отличие от моего – стучавшего в груди словно молот.
Чтобы не растрясти Мелиссу, я пустил коня шагом, но это не мешало ветру раздувать ее волосы, а мне задохнуться в густом запахе моря и лилий.
Нет, она точно дочь русалки. Может, отец скрывал ее происхождение? Но могла ли она тогда быть его дочерью?
Не удержавшись, я наклонил голову и зарылся лицом во влажные пряди.
Глава 22. Гостья
МЕЛИССА
«Да уж, Ладислава точно ждет больничка, если здесь, конечно, такие есть», – размышляла я, трясясь перед ним на лошади.
Я всего-то решила искупаться подальше от посторонних глаз, как он тут же прилетел, наорал, да еще и ошейником каким-то угрожал. Хорошо, что не будкой. А то сидела бы как сторожевая собака.
Как-то жалко стало тех, кто проживает в его доме, даже вредную Варану. Они же не могут написать заявление на увольнение и уйти, а вынуждены уживаться с этим самодуром. Может, из-за этого и характер такой паршивый.
Эй! Это вот что он сейчас сделал?!
Ладно, практически впечатал меня в себя, удерживая под самой грудью, так, что я чувствовала всю впившуюся в ребра пятерню, так еще уткнулся и горячо дышал в шею! Статьи на него нет за домогательство! Что он там говорил? Опасно покидать стены замка? Да мне с ним оставаться опасно!
Я осмотрелась по сторонам – высоко, блин!
Идея спрыгнуть с лошади сразу же испарилась – не хотелось ломать шею. Фиг с ним, я не нежная фиалка, еще не с таким сталкивалась, как-нибудь переживу эту поездку. Но он мне за нее заплатит!
Что там говорил про завещание?
Вот будет забавно, если его отец что-то мне, вернее Мелиссе, завещал или же, подарил свободу, раз при жизни защищал, как поняла из слов Верены и Ладислава.
Пока я размышляла и строила планы, как поступить, если стану свободной, мы успели подняться по крутой каменистой тропе и въехали в высокие ворота тюрьмы, которую мне под страхом ошейника запретили покидать.
Снова недобрым словом помянув Ладислава и его рабовладельческие закидоны, я хотела уже спрыгнуть на мощеную площадку, но сильная рука вжала меня в мгновенно напрягшееся тело.
Что случилось?
С риском сломать шею, я посмотрела на Ладислава, потому что, притиснутая к нему так, что трещали ребра, не могла повернуться всем телом – неужели решил меня раздавить?
Но он, прищурившись и сжав губы, отчего они превратились в тонкую жесткую линию, смотрел прямо перед собой.
Я проследила за его взглядом.
Фига ж себе! На площадке перед парадными дверями, запряженная четверкой черных лошадей, стояла, наверное, карета. Вся покрытая перламутром. Словно гигантская жемчужина, только не круглая, а вполне себе квадратная, с золотыми лебедями на дверях. Это кто же прибыл с таким шиком?
– Ильен, – словно отвечая на мои мысли, прошипел Ладислав. Кажется, визитер, кем бы он ни был, не вызвал у него особой радости.
Дверь кареты распахнулась, и лакей, судя по ливрее с орлами, дома Ладислава, почтительно подал руку.
Сначала из кареты появилась затянутая в перчатку женская рука, потом край пышной, из богатой ткани юбки, носок туфельки, а следом и вся хозяйка – невысокая молодая женщина с каким-то преувеличенно детским лицом. Темные, тщательно завитые локоны спускались из-под шляпки на плечи, а платье, хоть и дорожное, было слишком ярким, что смотрелось особенно неуместно в доме, где все носили траур.
– Ильен Ильчиньо, – задвигая меня себе за спину, вопросительно протянул Ладислав. Какое странное имя, отдает чем-то итальянским и вполне подходит его обладательнице. – Что привело вас на столь пустынное побережье?
 
Несмотря на то, что Ладислав усиленно старался меня спрятать, я выглядывала, желая рассмотреть гостью, а она не сводила с меня черных и немного кукольных глаз.
– Ты так неожиданно исчез, – голос Ильен звучал мягко и вкрадчиво, а у меня почему-то разболелась голова. – Без тебя двор опустел. Стало очень скучно. И Кристаин решил, что морской воздух будет всем только полезен.
– Он едет сюда? – Ладислав обернулся ко мне, при этом его глаза недобро сверкнули, и он повторно пихнул в бок, задвигая меня за свою спину.
– Да, – Ильен сделала еще шаг. В висках отчаянно застучало. – Он захотел пожить в летней резиденции. Я вызвалась поехать первой и предупредить тебя. Но смотрю ты совсем не скучал в этой, как ты выразился, глуши.
Она уже открыто рассматривала меня, отчего боль еще больше усилилась.
– Ильен, не надо, – в голосе Ладислава слышалось предупреждение.
– Что? – она вскинула на него кукольные глаза, и боль отступила.
– Ты знаешь, – ответил Ладислав, и воздух вокруг нас замерцал, как бывает над разогретым асфальтом. Точно так же он мерцал там, на берегу, когда Ладислав отчитывал меня за побег. Боль сразу же отступила, и голова прояснилась. – Ты предупредила. Благодарю. Можешь продолжить путь.
– О, – длинные черные ресницы хлопнули, – я планировала здесь задержаться. Кристаин в сопровождении двора передвигается медленно. Я думала  воспользоваться твоим гостеприимством.
Воздух завибрировал сильнее, словно в окружающую нас сферу что-то ударилось и, отпружинив, отскочило. Между тонких бровей Ильен появилась небольшая морщинка недовольства.
Это они что сейчас делают?
– Кого ты там прячешь? – уже открыто поинтересовалась Ильен, и Ладислав оглянулся, будто только сейчас понял, что кто-то стоит у него за спиной.
 Глава 23. Кусок пирога
– Ничего особенного, – пожал он плечами. – Беглая служанка, – а затем повернулся ко мне. – Мелисса, отправляйся к себе и подобающе оденься, – он не кричал, не злился, говорил очень серьезно и спокойно, будто хотел, чтобы я поняла что-то важное.
– Служанка? – удивилась Ильен, прежде чем я ушла, проникнувшись столь необычным поведением Ладислава. Она внимательно осмотрела мое запахнутое и стянутое на талии платье, голого по пояс Ладислава. – Как мило, – она счастливо улыбнулась, показав ровные белые зубы. Это забота лекаря-стоматолога или волшебная зубная паста? Когда соберусь отсюда валить, надо захватить несколько тюбиков  – сэкономлю на отбеливании. – Мне как раз понадобится служанка. Одолжишь ее мне? – она снова  в упор посмотрела на меня, и мерцающая сфера опять отпружинила.
– Она слишком неумелая. К тому же провинилась.  Не думаю, что она будет для тебя хорошей прислужницей, – ответил Ладислав, настойчиво подталкивая меня к дверям замка, но я не могла пропустить такой познавательный разговор.
– Именно поэтому ты сам бросился на ее поиски? – Ильен продолжала внимательно изучать меня. – Она не похожа на обычную служанку. Почему я не могу ее прочитать? Что-то вы скрываете Ладислав Эрир? Вряд ли Кристаину это понравится.
Это сейчас была угроза? Но Ладислав даже не дрогнул.
– Ильен, ты не смогла ее прочитать, потому что я не захотел, – слишком спокойно, слишком ровно ответил он.
Ой, что-то мне все это совсем не нравится. И потом, что значит: «Я не захотел»? Они меня сейчас как кусок пирога что ли делят?
 
– Нет.  Еще до того, как ты выставил защиту, я не смогла ее прочитать. Ты уверен, что она простая служанка?
С хрустом сжались кулаки, а вены на смуглых руках вздулись. Кажется, Ладилав еле сдерживается. Ильен играет с огнем. Даже со мной он не был таким злым. Ой! По спине Ладислава пробежало что-то похожее на огненную струйку и тут же растворилось. Мамочки! Что же такое творится?