Незаконный наследник: стать собой. Том 1 и Том 2 (СИ)

— Это хорошо, — пробормотал я, внезапно понимая, что мы направляемся в подвал.
Класс был без окон и абсолютно все в нем было сделано из камня. За высокой кафедрой сидел пожилой маг, с внешностью добродушного дядюшки.
— Иннокентий Петрович, я привел Керна, — с порога сообщил магу огня Изразцов.
— Так это и есть наш феномен? — он опустил очки на кончик носа и посмотрел на меня поверх них. Взгляд его был острый и цепкий, совершенно не подходящий добродушной внешности. — Карпов Иннокентий Петрович, — наконец, представившись, он указал рукой на каменный стул напротив кафедры. — Спасибо, Слава, дальше мы сами разберемся.
Разбирались мы до обеда. Сегодня, как пояснил Карпов, никаких тренингов и медитативных техник не будет. Он должен оценить мой потенциал, прежде, чем разработать индивидуальную программу обучения.
— Заклинаний огня до обидного мало, так что акцент будем делать на сдерживании, — сказал он и принялся проводить различные тесты, прося меня что-то делать, а то и просто сидел, долго разглядывая в какой-то прибор.
Провозились мы до обеда. Никакого дискомфорта в его присутствии я не ощущал, и это давало надежду на то, что Карпов действительно знает, что делает. Когда наступил обед, он пристально посмотрел на меня.
— Даже не знаю, отпускать тебя в столовую или нет, — проговорил он задумчиво. Ответом ему прозвучало урчание моего живота, который все еще не наелся за вынужденные дни простоя. — Ты как, сможешь пообедать и никого не прожарить до румяной корочки при этом? — я пожал плечами, потом осторожно ответил.
— Я могу попробовать. Надеюсь, что не сорвусь. Да и подобное испытание может дать дополнительные сведения о моей устойчивости к раздражителям.
— Речь не мальчика, но мужа. Хорошо, иди, — наконец, он принял решение. — Я попрошу за тобой присмотреть.
Идя в столовую, я старался лишний раз ни на кого не смотреть и даже дышать через раз. Набирая еду на поднос, заприметил в углу пустой столик и направился прямо к нему, ни на кого не обращая внимания.
— Керн, что же ты даже не поздороваешься? — я проигнорировал Анну, идя прямо к столу. — Можно мне поинтересоваться, где ты пропадал все это время, ну же, посмотри на меня и что-нибудь ответь, все-таки я не чужой тебе человек.
Я остановился и закрыл глаза, чувствуя, как меня накрывает волной жара. Видят боги, я старался. Если эту идиотку не предупредили, что меня лучше сейчас не трогать, то ей не повезло, ну, а если предупредили, но она как обычно пропустила хороший, в общем-то, совет мимо ушей, то это будут только ее трудности. Очень аккуратно поставив поднос на столик, рядом с которым я сейчас стоял, вызвав тем самым недоуменный взгляд сидящей за ним парочки, я медленно повернулся к Анне.
— У тебя есть три секунды, чтобы объяснить мне, с чем связаны твои выпады в мою сторону. Если на тебе так сказывается недотрах, то я тебя из своей постели не выгонял, — холодно произнес я, глядя прямо ей в глаза. — И да, Изразцов должен был всех вас предупредить, что ко мне сейчас лучше не приближаться. Или тебе так хочется выпендриться?
— Если ты не заметил, я всегда делаю то, что хочу, — Анна слегка покраснела, и сжала губы. — И ты не имеешь права разговаривать со мной в таком тоне.
— Три секунды истекли, я так полагаю, что не услышу внятного ответа? — глазам стало больно, я очень остро чувствовал полыхающий в них огонь, которому требовался выход. Схватив стол, за которым она сидела, за крышку, я легко перевернул его, отшвыривая в сторону. В столовой наступила тишина, и кто-то ойкнул. Я же, ногой придвинул стул, на котором Анна сидела, к стене и уперся в нее, расположив руки по обе стороны от головы девушки, в глазах которой мелькнуло беспокойство. — Что в словах про то, что меня нельзя сейчас трогать тебе не понятно?
— Керн, полегче, — это попыталась вставить пару слов в наш разговор Снежина. Я повернул голову в ее сторону.
— Просто закрой рот, я сейчас не с тобой разговариваю, — и снова повернулся к Анне. — А теперь слушай меня внимательно, и постарайся вбить накрепко то, что я скажу в свою хорошенькую головку. Если ты еще раз попробуешь предъявить мне претензии, то я могу и забыть о своем правиле не трогать женщин, совсем уж без причины. Я не виноват в том, в чем ты меня пытаешься обвинить. Иди истерики папаше своему закатывай, это он все придумал и начал проталкивать свой план моему деду.
 
— Керн...
— Заткнись, лучше по-хорошему, — ласково предупредил я побледневшую Анну. — Я хороший сын и внук. И я не на помойке воспитывался. Поэтому мне все равно, с кем меня в итоге свяжут узы брака. Пойми уже, наконец, мне плевать, кто станет моей женой: ты, Снежина, Лейманова, да хоть твоя двоюродная тетка, я женюсь на той, на ком меня сочтет нужным женить глава моего клана, чтобы улучшить положение клана Кернов. И от своей жены я буду требовать совсем немного: она должна быть мне верна, она должна быть верна клану Кернов, и должна родить мне наследника, желательно не одного. Это понятно? — она медленно кивнула, как завороженная глядя мне в глаза, а я видел в ее зрачках отражение полыхающего в моих глазах пламени. — Очень хорошо, что ты это понимаешь, надеюсь, что ты больше не будешь совершать таких откровенных глупостей и подвергать себя совершенно ненужной опасности.
Я оттолкнулся от стены, выпрямился и пошел за своим подносом в полной тишине. Мне почти удалось дойти до того столика, который я заприметил, когда я спиной услышал до боли знакомый голос.
— Что, Керн, доволен собой, справился с хрупкой девушкой и рад?
— Скажи, Водников, тебя где так сильно били по башке, что отшибли мозги напрочь? — я даже не поворачивался к нему лицом, продолжая идти к своему столу.
— Да что ты с ним вообще разговариваешь? — о, привет Ожогин, давно я тебя не видел.
Драки было не избежать. Я это понимал, они это понимали, даже находящиеся в столовой ученики это поняли, потому что потянулись к выходу. Подозреваю, что возле выхода сейчас пробка, потому что уйти, не досмотрев представление до конца — это было несерьезно. И тут этот тупой тролль совершил самую большую ошибку в своей жизни, он меня толкнул в спину.
Выбранные мною блюда посыпались на пол, а я с каким-то яростным весельем понял, что не могу удержать огонь, и кто-то точно сейчас поджарится.
Поудобнее перехватив поднос, я с разворота ударил им стоящего у меня за спиной Ожогина. После чего отшвырнул поднос в сторону, и добавил ему кулаком в переносицу. Тот взвыл, хватаясь за лицо, но я пнул его ногой в живот, отшвыривая в сторону, чтобы не мешал. На этот раз Водников привел с собой серьезное подкрепление. Кроме его вечных миньонов он усилил себя валяющимся на полу Ожогиным и его дружком Роговым, кажется.
Вот этот самый Рогов и бросился на меня, с пробивной тупостью быка. И тут я выпустил огонь, лишь в последний момент удержав огненный смерч и придав пламени законченную форму. Мой кулак был объят пламенем, когда я встретил им этого идиота. Получив по роже, он взвыл так, что посуда на столах задребезжала. Одна половина его лица была сильно обожжена, и ему еще повезло, что я намеренно отвел кулак чуть в сторону и не задел глаз. Думаю, что этот больше для меня опасности не представляет.
А теперь можно и в салочки поиграть. Пламя на моем кулаке съежилось, и вот уже на ладони образовался плюющийся во все стороны искрами небольшой огненный шарик.
— Водников, лови, — весело крикнул я, швыряя ему шарик прямо в рожу. — Похоже, что твоему папаше все-таки нужно будет клинику выкупать, или он уже это сделал?
Но мой шар не достиг цели. И это не застывший столбом, словно я еще и земляного голема на него наслал, Водников проявил чудеса реакции и увернулся от него. Просто перед толпой этих баранов, которые явно не ожидали от меня такой подлости, вырос щит.
— Керн, успокойся, — холодный голос Изразцова проник в разгоряченный мозг, но не возымел желаемого эффекта.
— Нет, эти твари должны раз и навсегда понять, что в драках хороши все методы, особенно, когда ты один против многих, — процедил я, снова атаковал, теперь уже щит, который задрожал под напором огня, но устоял.