Князь навсегда (СИ)

— Хорошо, пять, — быстро согласился тот.
- Нет. За твою жадность тебе и серебряной монеты не видать!
— Ну, тогда…
— Что здесь происходит? — раздался голос князя над ухом Мартына. От неожиданности пакостник даже подпрыгнул.
— Мы обсуждаем с Мартыном, что лучше подать на стол: горячее мясо с подливой или похлёбку. Правда? — Татьяна мило улыбнулась хозяину постоялого двора.
— Нет! Не правда! — Мартын гордо вскинул подбородок, глядя на женщину. Сидит в серьгах с валернатами, а сама каких-то пять золотых монет пожалела! Ну, он ей покажет сейчас! — А известно ли сиятельному князю, что эта женщина, — ткнул он обличающе указательным пальцем в Татьяну, — совсем недавно провела тут ночь с другим мужчиной?
Князь нахмурился:
— Ты об этом с ним говорила?
— Да, — кивнула Таня.
— И что он хотел?
— Он хотел сначала десять монет золотом за молчание, а потом опустил цену до пяти.
— Ты вымогал деньги у сиятельной княгини? — голос Буршана звучал грозно. Он шагнул к мужчине и взялся за рукоятку меча. — Ты посмел усомниться в её порядочности!?
— Но, сиятельный господин, я думал…
— Конечно, мне известно, что моя женщина, — не дал договорить Мартыну Буршан, — провела ночь в одной комнате с мужчиной. Ведь это был нанятый лично мной охранник! Негоже княгине без охраны в дальний путь отправляться. А ты что подумал? Что сиятельная княгиня в блуд впала!? Да я за такие твои грязные мысли снесу твой постоялый двор к Чёрному Гнессу! Никто и не вспомнит, что был такой Мартын, ибо ты в яме сгниёшь!
Артур с удивлением наблюдал эту сцену. Он посмотрел на Таню, но та состроила ему уморительную гримаску, приложив при этом палец к губам.
— Прости меня, княже! — бухнулся хозяин постоялого двора в ноги Буршану. — И ты, сиятельная княгиня, прости!
Он схватил подол Таниного платья и стал лихорадочно целовать его.
— Ну, что делать будем с ним, милая? — сурово спросил князь, в то время как глаза его смеялись.
Таня тоже еле сдерживала смех, рвущийся наружу:
— Может, пусть живёт, а? Ну, вернёт нам деньги за постой… Давай простим его, милый! — Таня молитвенно сложила руки.
Буршан прикусил губу, чтобы не расхохотаться.
— Ты думаешь? — словно размышляя вслух, протянул он с сомнением.
— О, всемилостивая княгиня! Твои слова слаще мёда! Ты добра и справедлива, — снова поцеловал Мартын платье Тани. — Я верну все деньги, все до последнего серебряного, княже! — это он уже к Буршану повернулся. — И за сегодняшний постой, и за вчерашний, и за ту ночь, когда княгиня с охранником останавливалась! Только ради Солнцеликого Артака, оставь мне мой постоялый двор. — Теперь уже он сложил молитвенно руки.
— Так и быть. Артак с тобой! — великодушно согласился Буршан. — Вели слугам баню приготовить. Ополоснуться хотим с дороги. Усталость смыть. А повара твои пусть над горячей едой похлопочут, да к нашему возращению из бани стол накроют.
— Слушаюсь! Слушаюсь, княже! — несмотря на полноту, Мартын резво вскочил на ноги и убежал раздавать указания слугам.
Буршан с Таней переглянулись и прыснули.
— Узнаю свою Таню, шутницу и хохотушку, — присаживаясь рядом с ней и целуя ей руку, сказал Буршан.
Эта маленькая сценка разрушила напряжение между ними. Таня уже не смотрела на князя холодно, как раньше и улыбка её была тёплой.
— Ну, вы даёте, ребята! — покачал головой Артур. — Я уж и не знал, что делать — то ли Буршана останавливать, то ли хозяина с пола поднимать. — Он тоже рассмеялся. — Нашли же вы друг друга! Ну, точно, как в поговорке: два сапога — пара.
— Ага, — смеялась Таня, — да оба на левую ногу…
Буршан взял Таню за руку и поцеловал её ладошку.
— Не изволят ли сиятельные господа отвара или морса? — прозвучал нежный голос юной служанки. — Пока вы будете наслаждаться напитком, банька прогреется. — Она мило улыбнулась.
— Я бы морса выпила.
— Из таруны или из зерики?
— Из таруны.
Служанка присела в лёгком поклоне и поспешила выполнить заказ.
— Так, ребята. В баньку первым пойду я, а то вы там задержитесь ещё… — лукаво посмотрел на них Артур, поднимаясь из-за стола.
 
— Тогда и ужинай, не дожидаясь нас…
В предбаннике Буршан заключил Таню в объятия.
— Не надо, — отстранилась она от него.
— Почему? Ты не соскучилась по мне? — Буршан запаниковал. А вдруг и правда, не соскучилась? Вдруг с Саруком ей было так хорошо, что он, Буршан, ей теперь противен? — Ты не хочешь меня?
— Дело не в этом. — Таня повела плечами, словно озябла. — Просто у меня такое чувство, что за нами следят. Хозяин этот, Мартын, он скользкий какой-то… Мне он ещё тогда не понравился, когда мы с Саруком тут останавливались…
— Ну, хочешь, я прикажу его казнить, а постоялый двор спалить к Гнессу? Хочешь? — Буршан произнёс это так громко, что подслушивающий у дверей бани Мартын опрометью бросился вон.
— Не надо, — Таня улыбнулась и погладила князя по плечу. — Давай лучше помоемся быстрее. Я думаю, Артур без нас ужинать не начнёт и всё остынет.
Когда они вошли в обеденный зал, Артур действительно сидел за пустым столом. Только кружка с морсом стояла перед ним. Увидев Таню с князем, Мартын сам лично поспешил с подносом к столу.
— Вот! — гордо указал он на дымящуюся чашу. — Это новое блюдо называется солянка. Это такая густая похлёбка с разными видами мяса. Пикантности в нём прибавляют…
— Знаю я эту похлёбку! — отмахнулся князь. Ещё бы не знать, если рецепт похлёбки его Таня сама в харуш принесла. — Вот сейчас попробую, как его твои повара готовят.
— Как же знаешь? Откуда? — Мартын всплеснул пухлыми ручками. — Это невозможно! Её мой старший повар придумал.
— Не лги князю! — рявкнул Буршан. — Её моя хозяйка придумала. И в Голубой Дали похлёбка эта давно в фаворе. Наливай лучше. Попробую твоё варево.
Мартын из большой чаши налил собственноручно солянку сначала в тарелку князю, потом Артуру, потом Тане и замер рядом в ожидании того, что скажут высокие господа.
— Хороша солянка, — одобрил князь после первой ложки, — но у моей хозяйки всё равно вкуснее. — Он поцеловал руку Тане. — Ну, так и будешь над нами стоять, пока мы едим? — повернулся он к Мартыну.
Тот быстренько ретировался. Обычно у князей характер тяжёлый, а этот из Голубой Дали так прямо чистый зверь. Вот о чём думал Мартын, отсчитывая золотые монеты, что бы вернуть их князю. А то, не ровён час, действительно спалит его постоялый двор…
После сытного ужина, который и вправду был хорош, друзья разошлись по комнатам. Таня и Буршан лежали на мягкой перине. Князь склонился над своей любимой. Обнял её, подвигая к себе поближе:
— А тут у тебя есть ощущение, что за нами подглядывают?
— Тут нет, но… Буршан, пожалуйста, подождём до возвращения домой, — попросила Таня. — Я себя почему-то тут неловко чувствую… всё чужое…
— Хорошо, — не стал настаивать князь. Он нежно поцеловал свою женщину в губы, с радостью отметив, что она ответила на его поцелуй. — Спи, голубка…
— Спокойной ночи, — улыбнулась Таня, прижалась к нему и обняла за талию…
Часть 6 глава 5
Утром после завтрака они отправились в Голубую Даль. Так случилось, что в скором времени их нагнал Ирмар с несколькими рорками.
— Рад видеть тебя в здравии, сиятельная Таня! И тебе здравствовать, княже! И тебе, Артур! — поднял он руку в приветствии.
— И я рад тебя видеть! Что за молодцы с тобой? — князь приветливо кивнул роркам.
— Это новые дозорные. Рамил и Эллам с Эртаном вернулись в родные края, а эти воины им замена. Познакомьтесь с князем первой линии и вашим господином, — обратился Ирмар к молодым людям. — Это — Буршан из рода Мирротов.
Каждый из рорков, приложив руку к сердцу, слегка склонил голову и назвал своё имя.
— Как ты чувствуешь себя, госпожа? — поравнялся Ирмар с Таней.
— Уже хорошо. Спасибо. — Она улыбнулась. И тут же расстроилась. Вдруг князь успел рассказать, что застал её в постели другого мужчины. Как она не сообразила спросить об этом Буршана!? И как теперь себя вести?