Играя свою собственную роль (ЛП)

– Давай приведем себя в порядок, и я отвезу тебя на обед, который обещал? Челси покажет тебе, где можно принять душ и переодеться, а потом встретимся в лобби. – Он сделал красноречивый жест, и я поняла, что сотрудница клуба, которая привела группу ищущих автографы, стоит на расстоянии пары метров от нас.
Я автоматически приняла протянутую руку, поднимаясь на ноги. Когда я встала, Джош наклонился ко мне и тихо произнес:
– Мы сможем поговорить там, ладно? – Я кивнула, и он развернулся, не отпуская мою руку. – Челси, ты не могла бы показать мисс Харрис раздевалку, только сначала проводить ее к стойке регистрации, где она оставила свой рюкзак?
– Конечно, мистер Рили. – Девушка сделала пару шагов вперед, скользнув взглядом по нашим рукам, перед тем как с профессиональным интересом посмотреть на меня. – Следуйте за мной, мисс Харрис.
Я сопротивлялась желанию отдернуть руку от ладони Джоша, будто это была горячая картофелина, раздраженная странным чувством вины, появившимся от ее взгляда.
– Спасибо, Челси. Скоро увидимся, Джош. – Я сжала его ладонь и медленно отпустила, следуя за девушкой в главное здание клуба. У стойки регистрации я получила свой рюкзак и ключ от шкафчика. Затем Челси проводила меня к раздевалке и, после вежливого 'удачного вам дня', удалилась.
Я быстро приняла душ и переоделась, надеясь, что Джош имел в виду что-то такое, когда говорил одеться как обычно, и мои потрепанные сандалии, бриджи и черная шелковая блуза подойдут для того места, куда мы едем обедать. Потратив еще несколько минут на то, чтобы высушить волосы и собрать вещи, я вернула ключ регистратору.
– Спасибо, мисс Харрис. – Регистратором была милая двадцати-с-чем-то лет блондинка с ярким загаром и ослепительной улыбкой. – Мистер Рили ожидает вас снаружи. Направо за дверью.
– Спасибо… – Я быстро глянула на ее бэйджик, – Бриджит.
Ее улыбка, хотя это и казалось невозможным, стала еще шире. Я улыбнулась в ответ и повернулась к двери, на которую она показала.
– Мисс Харрис?
Повернувшись обратно к Бриджит, я обнаружила, что она осторожно оглядывается по сторонам.
– Да?
Она нервно облизала губы, не глядя мне в глаза.
– Эм… Мне действительно нравится ваш сериал… вы… не могли бы дать мне автограф? – Быстро закончила она, с надеждой глядя на меня.
– Конечно. – Я ободряюще улыбнулась, и ее нервозность тут же исчезла.
– О, спасибо! – Она достала листок бумаги и ручку, и подала их мне. – Я ЗНАЛА, что вы хороший человек. Я хочу сказать, это же ВИДНО. Эти истории в газетах, о том, что вы неприятная, я просто ЗНАЛА, что они ложные. Я смотрю '9 округ' каждую неделю, и…
Я моргнула. Неприятная? В газетах пишут, что я неприятная? Воинственная, возможно. Неприветливая, возможно. Я никогда не была особо дружелюбна с прессой, но я всегда старалась быть, по крайней мере, вежливой… а они думают, что я неприятная? Это беспокоило меня, и чем дольше я об этом думала, тем больше это… беспокоило меня.
Бриджит все еще о чем-то болтала, когда я снова обратила на нее внимание.
–…я и не знала, что вы встречаетесь с мистером Рили. Они с мисс Вард расстались? Она приходила несколько раз, знаете ли. Она очень… запугивающая вживую. Не то, что вы. Вы совсем не запугивающая. У меня такое чувство, что мы могли бы стать хорошими друзьями…
Я собиралась поправить ее насчет меня и Джоша, но вспомнила, что говорила Лиз. «Ничто не обостряет любопытство сильнее, чем энергичное опровержение, а любопытство притягивает прессу, как пикник – муравьев». Я закрыла рот и торопливо накарябала свою подпись на листе, вручая бумагу ей.
– Вот, держите. Доброго дня, Бриджит.
Не ожидая ответа, я подошла к двери и вышла на улицу, оглядываясь в поисках Джоша. Он помахал мне рукой, стоя возле белого с низкой посадкой ягуара, припаркованного у тротуара. Я махнула ему в ответ и подошла к автомобилю. Он обошел машину, чтобы открыть передо мной дверь.
– Спасибо. – Я села в машину, забросила свой рюкзак на крошечное заднее сиденье и поудобнее устроилась в шикарном кожаном кресле. Джош сел за руль, отъехал от тротуара и выехал на главную дорогу на скорости, которая заставила меня порадоваться, что я пристегнулась.
 
Через несколько поворотов мы подобрались к въезду на 405 шоссе, и я схватилась за свое сиденье, настолько непринужденно, насколько это было возможно, когда мы вылетели на автостраду.
– Так, куда мы едем?
Джош прибавил газу, и окружающий пейзаж слился в одну сплошную полосу. Небрежным движением запястья он перестроился через три полосы, и посмотрел на меня.
– В Санта-Монику.
Я смотрела на него в ожидании продолжения, радуясь возможности оторвать взгляд от пролетающего мимо с тревожной скоростью пейзажа. Когда Джош больше ничего не добавил, я подняла бровь.
– Это немного неопределенно – может уточнишь?
– Это сюрприз, – он усмехнулся как мальчишка, и я вспомнила другую причину, почему он так нравится прессе.
Я покачала головой, но не смогла сдержать улыбку.
– Надеюсь только, что я в подходящей одежде. Ты сказал как обычно, верно?
Он окинул меня взглядом и с одобрением кивнул.
– Абсолютно.
– Ух ты, спасибо. – Я усмехнулась ему. На нем были брюки типа хаки, но синих оттенков, и белая рубашка в синюю полоску, так что, думаю, мой наряд тоже подойдет. – Ты знаешь, та регистратор в клубе думает, что мы встречаемся. – Небрежно заметила я, возвращая внимание дороге, отчего сразу возникло желание вжаться в кресло, насколько это возможно.
– Да? – Джош удивленно повернулся ко мне и рассмеялся. – Проклятье, я хорош. Я встречаюсь с двумя красивыми женщинами. – Джош обогнал медлительный грузовик, что-то бормоча себе под нос, и перестроился обратно. – …И не имею шансов ни с одной из них.
В его словах не было горечи, только печаль. Мгновение я молчала, но потом все же решилась спросить то, что волновало меня с тех пор, как я узнала, что они с Робин – не пара.
– Почему тогда ты это делаешь?
Он обогнал автобус и снова перестроился.
– Почему я делаю что?
– Эти… вещи, которые делаете вы с Робин. Я могу понять ее причины – это скрывает от прессы ее ориентацию, но ты… – Я махнула рукой, показывая на его тело. – Иисус, Джош, ты – великолепный, известный, богатый, очаровательный… женщины должны просто падать в твои объятия. Красивые женщины, которые были бы столь же полезны для твоего имиджа, как сейчас Робин. Так…
– Так, ты хочешь знать, в чем моя выгода, – закончил он, не отрывая взгляда от дороги.
Я слегка вздрогнула от того, как черство это прозвучало.
– Ну… да. Ты мог бы заполучить любую женщину, которую захочешь. Иди двух. Или шесть… – Я усмехнулась. – Я думаю, что ты классный парень, Джош – действительно, классный – и мне трудно поверить, что парень не обращает внимание на крутящихся около него женщин только потому, что его друг-лесбиянка нуждается в бойфренде. Ну, может раз или два… но два года?
Джош улыбнулся.
– Нет, – ответил он с тихим смешком, – я делаю это не по доброте душевной. Веришь ты или нет, но дело действительно в этих женщинах, крутящихся рядом. – Он глянул в зеркало заднего вида, потом быстро посмотрел на меня перед тем, как вернуть внимание к дороге. – Мне двадцать девять лет, Кэйд. В теннисе я – фактически, старик. Есть очень маленькое окно, когда ты используешь выгоды опыта, но еще достаточно молод, чтобы твое тело делало то, чего ты хочешь. – Джош махнул рукой. – И я сейчас в этом окне. Если я не войду в пятерку лучших за следующий год или два, то не войду никогда. Эти 'вещи, которые мы с Робин делаем', как ты сказала, позволяют мне быть в центре внимания. Я делаю то, чего ждут от меня спонсоры, и что делает рекламодателей счастливыми; и мне не нужно волноваться из-за свиданий и отвлекаться – а из опыта я знаю, что это очень отвлекает – от спорта. Мы оберегаем друг друга от неприятностей и проводим время с тем, с кем нам приятно находится рядом.
На мгновение я задумалась над этим, потом нерешительно спросила.