Рыжее наказание для плохих мальчиков (СИ)

И магия, о которой никто не знал.
— Спасибо, Октавия! — поблагодарил меня Тартис. — Я был к тебе несправедлив.
Он больше не тянулся к мечу, общаясь со мной. Боязнь сменилась дружелюбием. Теперь Тартис видел во мне союзника.
— Проехали, — улыбнулась я, диву даваясь, что я завела друга гея.
— Герард сообщил, что мы ускорились. Скорее всего, уже завтра окажемся у побережья Северного Полесья. Жаль, что у нас не было времени познакомиться поближе.
— Мне достаточно того, что я уже знаю, — выдала на автомате, чем опять смутила Тартиса. — Что ж, было приятно пообщаться. Если что, обращайся. А сейчас мне надо размяться.
— Ты всерьез собираешься драться с Герардом?
— Если он струсил, я пойму, — подшутила я, беря дубинку и запрокидывая ее на плечо.
Тартис улыбнулся, глянул на тренировочное поле, где солдаты уже сооружали скамейки и столы, задержал взгляд на Анаэле и быстро потупил его под ноги. Наверное, это больно — каждый день видеть любимого, общаться с ним, но бояться каждого шороха, чтобы никто не заподозрил связи. Но кто сказал, что мне легче? Любить двоих абсолютно разных мужчин — та еще мука!
— Пойду прослежу, чтобы не отлынивали, — кивнул он мне на прощание и оставил меня в окружении палаток, в которых начинали ворочаться просыпающиеся девушки.
С сочувствием посмотрев Тартису вслед, я тяжело вздохнула. Задумалась над тем, как ему трудно, и поняла, что на моем пути стою только я сама, предрассудки и стереотипы. Если же бросить вызов судьбе и проиграть, хотя бы не будешь сожалеть, что не пробовал. А всю жизнь ждать, пока тебе все поднесут на блюдечке, — это состариться в болоте сожалений и страхов.
Развернувшись в сторону хижины Игана, я распрямила плечи и сделала шаг вперед. Не зная поймет ли он меня, я все равно решила поговорить и наконец объяснить ему, почему у меня не получается построить с ним отношений.
Весь путь прошла, не задержавшись ни на секунду. Я была уверена в своем решении и на мгновенье струсила, лишь остановившись перед дверью.
«Стучись!»
«Шрайк, отвали!»
Стукнула три раза костяшками пальцев по деревянному полотну, вспомнила свою первую встречу с Иганом, когда я, нюхнув кошачью мяту, грохнулась в обморок, и улыбнулась.
Дверь распахнулась, и возникший на пороге Иган в одних лишь тонких брюках озадаченно взглянул на дубину на моем плече.
— А-а-а… Эм-м-м… — Я опустила ее, врубившись, как грозно выгляжу, и обезоруживающе улыбнулась: — Привет. Позавтракаем вместе?
Он перешагнул через порог, опасливо прикрывая дверь. Раны на плече и правда не было. Тартис не преувеличивал. Остался только рубец, как напоминание о той проклятой стреле.
— Извини, сейчас не самое подходящее время, — замялся он.
— Почему? — напряглась я, заметив, что в его фразе не прозвучало ласковое «кошечка». На меня будто ушат ледяной воды выплеснули, когда сознание пронзила ядовитая мысль: — Ты что, не один?
Не знаю, что на меня нашло. Я буквально озверела, представив, как нашу постель согревает какая-то фифа. Оттолкнув Игана, ворвалась в хижину и заревела:
— Кто она?!
Ранстор так и замер за обеденным столом, не успев поднести ложку ко рту. Никаких женщин в доме не оказалось. Кровать уже была заправлена, в печи томилось рагу, а воздух был пропитан ароматом травяного чая.
— Приятного, — виновато буркнула я, готовая провалиться сквозь землю. После этого они оба могут называть меня истеричкой.
Отмерев, Ранстор продолжил прерванную мной трапезу. В его глазах бесновались черти. Его забавляла моя ревность. Без слов вынуждал почувствовать себя круглой дурой. Хотя к Игану тоже много вопросов! Что это у них с принцем за секреты, которые важнее меня?!
— Под кровать заглянешь? — произнес он у меня за спиной.
Послышался шорох надеваемой рубашки.
— Там слишком мало места, — выдохнула пристыженно.
— Вдруг мы ее магией сплюснули.
Молча усмехнувшись, Ранстор отправил в рот очередную ложку завтрака.
— Ну перестаньте! — Топнула я ногой.
— Мы с его высочеством обсуждаем, почему мне следует остаться на Синларе, когда мы прибудем в Северное Полесье, — объяснил Иган, выйдя вперед и взяв с полки еще одну чашку.
 
— Остаться тут? — забеспокоилась я. — Навсегда?
— Почему навсегда? — с набитым ртом переспросил Ранстор. — Пока мы будем решать вопросы с моим дедом.
— И как? Успешно обсуждение? — Положив дубинку на стул, деловито скрестила руки на груди.
— На Синларе должен остаться надежный, думающий лидер, — ответил принц, пока Иган накладывал добавочную порцию рагу. — Ан и Кам молодцы, но еще слишком юны для командования. А я не хочу бунта от нетерпения или войны с варварками. В наше отсутствие на Синларе должен сохраняться мир.
Я с сомнением взглянула на Игана. Как-то не верилось, что он остановит того же Харди, если тот вздумает напасть на королевскую стражу, чтобы сбежать на континент. Но с другой стороны — однажды он уже не побоялся выступить против того громилы, бросившись на амбразуру, спасая меня.
— Для меня будет честью проследить здесь за порядком, — отозвался Иган, ставя еду на стол. Убрал со стула мою дубинку, потряс ее в руке и отставил к печи. — Присаживайся.
Готовил он вкусно: от одного запаха слюнки текли. Так что я решила не упрямиться. Уселась, схватила ложку и принялась уплетать рагу с остервенением оголодавшей дикой кошки. Иган едва чаем не поперхнулся, глядя на мою жадность.
— Ты как будто была на скачках всю ночь, — засмеялся Ранстор, с прищуром поглядывая на меня.
Я аж забыла, как глотать, от его фразы. Шрайк сказал, что сны моделировали мы трое. Значит, Ранстор и Иган тоже могли видеть нашу оргию во сне. Вот только хватит меня подкалывать!
Облизав ложку, я положила ее в чашку, ладонями толкнулась от ребра стола и скрипнула ножками стула, заскользившими по полу.
— Достало, — выдохнула, медленно поднимаясь.
Расслабила веревочки наверху своей жилетки и наклонилась вперед, демонстрируя перед растерявшимися мужчинами свои упругие холмы груди. Одним взмахом руки смела со стола всю посуду, вскарабкалась на него и, по-кошачьи передвигая всеми четырьмя конечностями, выползла в самый центр.
— Что же вы как воды в рот набрали, ваше высочество? — промурлыкала дразняще. — Упускаете возможность повторить наши ночные скачки…
Выронив ложку, которая звякнула о пол и отскочила в сторону, Ранстор кое-как оторвал взгляд от моего глубокого декольте и хрипло ответил:
— Не советую тебе играть в эти игры. Я же могу и согласиться.
— Так, кошечка, — оттаял Иган, подскочив и затянув шнурки на моей жилетке, — слезай, не балуйся. — Руками обвив меня за талию, стащил со стола и усадил обратно на стул. — Расскажи-ка нам о своих планах насчет Герарда.
— Какие вы скучные, — скуксилась я, продолжая ломать комедию. — Во сне совсем другие. Смелые, настойчивые, возбужденные.
— В каком сне? — нахмурился Иган.
— Она явно от нас что-то скрывает, — усмехнулся Ранстор.
Я беззвучно открыла рот, шлепнула губами и услышала ехидный смех Шрайка.
«Ты сказал, что мы видим эти сны все трое!»
«Я пошутил, — сквозь смех признался он. — Первый сон — да, вы видели все трое. А сегодняшний приснился только тебе. Твои тайные фантазии оголились».
«Ах ты скотина!»
Я покраснела до самых кончиков своих кошачьих ушей под взглядами Игана и Ранстора. Следовало догадаться, что их ночь прошла куда спокойнее моей. Иначе вряд ли бы они смогли сесть за один стол для переговоров. Свежие впечатления встали бы барьером.
В небесно-голубых глазах Игана застыло удивление, граничащее с недоверием. А кривая улыбка Ранстора заставляла меня сжиматься. Обняв плечи руками, я потупилась в стол и поджала губы, не зная, что сказать.
— М-да, неловко вышло, — буркнула себе под нос.
— Не отчаивайся, — подколол меня принц, — я всегда к твоим услугам.
— Она в них не нуждается, — на удивление грозно ответил ему Иган без привычного ему почтения к монаршему статусу.