Злоба (ЛП)
Раздались другие имена, и Леди, вошедшая в зал последней, была названа Рин, Королевой Камбрена.
‘Это знаменательное событие, - сказал Аквил. - Такого не случалось с тех пор, как наши предки впервые ступили на эти берега, с тех пор, как Сокар был назван верховным королем. Для меня большая честь, что многие из вас вспомнили клятвы своих предков и пришли сюда.’
‘Трудно было устоять, – сказал Мандрос, Король Карнутана, – хотя за такими загадочными намеками-Темные времена, новая эпоха, знаки и знамения-мне пришлось проделать долгий путь. Что все это значит, Аквил?’
Наступило молчание. Натаир тихонько постучал пальцами по гладкому дубовому столу.
- Грядет война, - сказал Аквил. - Враг, который захватит изгнанные Земли, уничтожит нас всех.’
- Кто это?- крикнул толстый рыжеволосый мужчина. Брастер, Король Хелвета.
- Азрот, - сказал Аквил. - Бог-Война приближается. Азрот и Элион сделают изгнанные земли своим полем битвы.’
Тишина. Золотистые пылинки плясали на солнце, лившемся сквозь высокие окна.
Кто-то засмеялся: Мандрос. ‘Ты это не всерьез, - сказал Король Карнутана. ‘Ради этого я проехал сотню лиг: сказки у камина, которые рассказывала мне мама, чтобы я не ложился спать по ночам.’
"Не доверяй ему", - прошептал голос в голове Верадис.
‘Там были знаки, - сказал Аквил. ‘Я знаю, что вы их видели. Я не верю, что мое королевство-единственное, кто испытал все это.’
- Какие знаки? Мандрос фыркнул.
- Гиганты, впервые за много поколений атакующие силой. Беззаконники множатся, совершают набеги, убивают. Существа, звери, рыщущие по темным местам, более смелые, чем когда-либо прежде. И даже хуже. Великаны-камни, плачущие кровью. Скажи мне, что ты не слышал всего этого.’
- Сказки для костров, - сказал Мандрос.
‘Я слышал об этом, - сказал другой человек с золотым торком на шее. Бренин из Ардана. ‘В Моем Царстве есть гигантские камни. Мне говорили, что из них, как слезы из глаз, течет кровь, которую видят люди, которым я доверяю.’
- Великаны стали чумой на моих границах,-сказал кто-то еще, широкоплечий человек, Ромар из Исильтира, подумала Верадис. ‘По пути сюда я был вынужден сражаться с хуненами, совершавшими набеги из леса Форн. Они украли у меня великую реликвию-топор. Одно из семи древних сокровищ. И то, что ты говоришь о зверях – драйгах, впервые за много поколений видели рыщущими по моим холмам.’
‘При моем дворе рассказывают страшные истории, - сказал Брастер, дергая себя за рыжую бороду. ‘Как ты говоришь, о великанах, дрейгах и кое-чем похуже. Я получал донесения о появлении белых змей на моих границах, в горах и на окраинах Форнского леса.’
Мандрос презрительно покачал головой. - Белые змеи прямо из наших сказок. Они не существуют.’
‘Да, это так,-сказал Бенин, указывая на свой первый меч. Старый воин встал, поднял мешок и высыпал его содержимое на стол. Оттуда выкатилась голова величиной с боевой щит. Это была рептилия с длинными клыками и кроваво-красными глазами, плоть вокруг шеи была разорвана и воняла. Чешуя его шелушилась, гнила, но всем было ясно, что при жизни она должна была быть молочно-белой.
Вокруг стола послышались вздохи.
‘После бичевания не было никаких записей о белых змеях, - сказал Аквил. - В легендах говорится, что они были выведены великанами и использовались в войне за сокровища.’
‘Вы все забыли одну вещь, - добавил новый голос, Рин, Королева Камбрена. - Все эти разговоры о Боге-Войне. Для этого должны быть Боги. Элион отвернулся от нас, от всего сущего: людей, великанов, зверей земных, от всего своего творения. То есть, если наши хранители знания говорят правду. Для битвы нужны по меньшей мере две стороны. Элион-отсутствующий Бог. Он ушел. Поэтому не может быть Бога-Войны.’
- Будет война.- Впервые заговорил Мейкал, советник Аквила. Его голос был отрывистым, четким, сдержанным. - Азрот стремится уничтожить все, что создал Элион. Он хочет уничтожить тебя. Каждого из вас. Присутствие Элиона для этого не требуется. И вы либо смиренно умрете, обманутые им, либо будете биться, сопротивляться.- Он уставился на Рин.
- Король может отсутствовать, но верные ему люди все равно будут сражаться за него, - добавил Аквил. - И Элион не будет отсутствовать всегда. Если наши хранители знаний говорят правду.’
Рин улыбнулась и наклонила голову к Аквилусу, словно признавая прикосновение к площадке для спарринга. Ее взгляд переместился на Мейкала, улыбка исчезла.
‘Даже если все это и происходит, что спорно’-сказал Мандрос, - то почему мы решили, что они-Предтечи этого Бога Войны?- Его губы скривились. ‘Мы, конечно, не суеверные дети. Плохие вещи иногда случаются, так уж устроен мир. Зачем называть их знаками?’
‘Из-за этого, - сказал Аквилус, указывая на Мейкала.
Советник вытащил из-под плаща толстую книгу в кожаном переплете. ‘Я нашел это в Драссиле, - сказал он. - Ее написал Хальвор, великан, во время бичевания.’
- Ха, - взорвался Мандрос, хлопнув ладонью по столу, - ты заходишь слишком далеко. Книге больше тысячи лет. Драсиль, воображаемый город. Аквилус, пожалуйста, ты оскорбляешь нас.’
Верадис оглядел сидящих за столом. Головы кивали в знак согласия с королем Карнутана, но было также много и тех, кто молчал, даже испуганно. Он едва мог поверить в то, что услышал. У него голова шла кругом от всех этих разговоров о богах, войнах и знамениях.
- Когда-то я думал так же, как и ты, - сказал Аквил Мандросу. ‘У меня были причины передумать. Пожалуйста, все вы, слушайте сейчас, судите потом.’
Мандрос скорчил кислую мину и откинулся на спинку стула.
Мейкал открыл кожаную обложку. ‘Это было написано Хальвором во время бичевания, - сказал он. - В ней рассказывается о самых древних наших историях: о звездном камне, о смерти Скальда, первого короля великанов, и о следующей войне сокровищ, закончившейся гневом Элиона. Эта часть ясно написана, но среди нее разбросаны, рассеяны другие письмена, иные. Она почти могла быть написана чужой рукой. Но надпись та же самая.’
- Прочтите, Mейкал. Об аватарах.’
Мейкал перевернул страницы, раздался пергаментный скрип. - Он сделал паузу, водя пальцем по тексту. - Вот первая часть. Вечная война между правоверными и падшими, бесконечный гнев пришел в мир людей. Светоносный ищет плоть из котла, чтобы разорвать свои цепи и снова начать войну.’
Мандрос фыркнул. - Сказки, которые нам рассказывают на коленях у матери, - снова пробормотал он.
Мейкал, казалось, ничего не замечал, поглощенный книгой. - Двое, рожденные от крови, праха и пепла, будут защищать выбор, Тьму и Свет.- Он сделал паузу, перевернул еще несколько страниц. - Ты же понимаешь, что это написано не так ясно, - пробормотал он, просматривая книгу. - Этот сценарий почти скрыт, распространен от начала до конца. У меня ушло много лун, чтобы проработать хотя бы небольшую часть. Ах, вот еще что. Черное Солнце утопит землю в кровопролитии, яркая звезда с сокровищами должна объединиться.- Он снова остановился, осторожно перевернул еще несколько страниц и, наконец, продолжил свое прерывистое чтение: – по именам ты узнаешь их-Род-Убийца, Род-Мститель, Друг-Великан, Всадник-Драйг, Темная Сила, Несущий Свет. И он продолжал: читать, делать паузы, искать. Читать снова. - Один будет приливом, другой-Скалой в бурлящем море. Перед одним будут стоять буря и щит, перед другим-истинное сердце и черное сердце. Рядом с одним едет возлюбленная, рядом с другим-рука мщения. Позади одного из них, под большим деревом, собрались сыновья могущественного, прекрасного Бен-Элима. За другим-нечестивые, страшные Кадоши, которые стремятся перейти мост, заставляют мир преклонить колени.’
После этого последовало тяжелое молчание, нарушенное Брастером. ‘Звучит не очень хорошо, - пробормотал он.
‘Это еще не все, - сказал Аквилус, и Мейкал продолжил чтение.
- Ищи их, когда позовет Верховный король, когда воины-тени выступят вперед, когда опустеет Телассар с белыми стенами, когда книгу найдут на севере. Когда белые змеи вылезут из гнезда, когда Перворожденные вернут то, что было потеряно, и сокровища встрепенутся от их покоя. И земля, и небо возопят предостерегающе, возвестят об этой войне скорбей. Кровавые слезы пролились из костей земли, и в разгар зимы яркий день превратится в полную ночь.’