Транквиландия или Горячий Тур по Колумбии (СИ)

— Где ты откопал этого чудака? — Эль Гатто повернулся ко мне, — Ещё никто не обыгрывал меня в покер!
— Поэтому я с ним вообще не играю! — ответил я.
— Ладно, ребята, на сегодня я ночую с Эль Туристо, — прервала наш разговор Каталина, — а вы можете играть в свой грёбаный покер хоть всю ночь!
— Так я и думал, — усмехнулся Эль Гатто, — Ну что, Эль Туристо, надеюсь, ты не привык трахать туземок из индейских племён….
— Прояви уважение к моим предкам! — сурово прорычал Сонни, так что даже молчаливый Анхель подпрыгнул от неожиданности. Тони мгновенно поменял свой нахальный тон:
— Извини, гринго, я не хотел тебя обидеть!
— Ребята, тут у нас есть разговор! — прервал я их возникший конфликт, — Есть кое-какая работёнка, которую мы должны выполнить! Извини, Кати (девица недовольно хмыкнула от своего сокращённого имени), но мы должны поговорить сперва об этом!
— Ладно, — Тони мгновенно смахнул карты со стола и повернулся ко мне, — Что у тебя на уме?
— Мы должны проникнуть на территорию военной базы, и кое-что выяснить! Для этого мы прикинемся журналистами французской газеты. Только нужно замаскироваться. Тони, ты взял свой маскировочный набор?
— Я думаю, тут мы можем что-нибудь придумать! — ответил Тони, — А что насчёт документов?
— Они есть, — помахал я бумажками от команданте, — Нужна хорошая тачка, чтобы сделать ноги!
— Будет сделано! — подмигнул Эль Гатто, — Может, уже выпьем? У меня уже текила стынет!
— Я соскучился по текиле, — отозвался я.
***
На Эсперито опустилась ночь. Мы лежали с Каталиной после уже четвёртого раунда. Я был уже порядочно опустошён, однако Каталина, похоже, ещё не насытилась.
— Послушай, детка! — прошептал я, — Может просто поговорим?
— О чём ты хочешь поговорить, Рене?
— Есть ли у тебя планы, Кати? — поинтересовался я, — Ты же понимаешь, что ты не всю жизнь проживёшь в джунглях, охотясь на попугаев?
— А у тебя есть предложения, гринго? — Каталина повернулась ко мне, — Хочешь забрать меня в Париж?
— Если ты захочешь….
— И что я там буду делать? — Каталина сдвинула брови домиком, — Стоять у плиты и сидеть с детьми? Ты как думаешь, гринго, это интересное занятие?
— Нет, не думаю, — отвечал я.
— Вот и я о том же, — опустила глаза Каталина, — Ты же тоже мог оставаться в своей чистой Франции, но решил приехать сюда, рисковать своей белой жопой!
— Я тут ради денег, — отозвался я как можно уверенней, — Во Франции так денег не заработаешь!
— Да брось ты! — усмехнулась девица, — Если бы оно было так, ты бы до сих пор пахал на моего дядю, но ты метаешься то к официалам, то к партизанам, то к наркокартелю, а тут ещё и индейцам помогаешь.
— Ну и, как ты полагаешь, почему я это делаю?
— Ты не можешь найти себя, Рене! — улыбнулась Каталина, — Тони, Анхель, ребята с картеля моего дяди — все они уже определились, чего хотят в этой жизни! А вот ты — нет! Поэтому и мечешься из стороны в сторону, словно рыба в лодке рыбака!
— Ну а ты, Кати? Что хочешь ты?
— Я — свободная от всего, гринго! — Каталина достала тонкую папиросу и затянулась, посыпая пеплом мою голую грудь, — Мне не нужна участь семейной женщины. Мне нравится моя жизнь и нравится, что сейчас происходит в ней. А на данный момент, я провожу свою жизнь с тобой.
— Ничто не вечно, — философски заметил я, но Каталина лишь хихикнула:
— Плевать, что будет завтра! Быть может, завтра будет последним днём в нашей жизни! Я хочу наслаждаться каждой секундой этой жизни, потому что смерть свою я могу встретить, когда угодно и где угодно! Так было и с моими родителями….
— И что же с ними случилось? — поинтересовался я.
— Дядя почти не рассказывал об этом, — грустно протянула Каталина, — Они умерли, когда мне было девять. Я помню лишь обрывки того детства. Знаю, что их расстреляли местные бандиты, которые хотели объявить войну картелю Ортега. Дядя Мануэль забрал меня к себе, а Эудес научил управляться с винтовкой. Так я и стала одним из снайперов в картеле.
— Понимаю, — с уважением проговорил я.
 
— Эй, Рене, а ты возьмёшь меня на своё дело? — вопросила с вызовом девица, — Я тебе обязательно пригожусь!
— А я чувствую, что если я тебя не возьму — ты смертельно обидишься!
— Правильно думаешь, гринго! Кстати, борода тебе не очень идёт! Так что лучше побрейся!
До самого рассвета мы лежали, наслаждаясь друг другом. Потому что, как считала Кати, завтрашний день может стать последним для нас.
  
Репортаж с места событий
 
Едва только утро вступило в свои права, как мы уже собрались во втором номере, где заселились Рауль и Эль Гатто. Тони спозаранку сбегал за готовыми паэльями, и мы с аппетитом позавтракали, запивая «той самой газировкой», на которой значился ГОСТ ещё Советского Союза.
— Куда мы сегодня путь держим, бледнолицые? — нарушил первым молчание во время еды Сонни.
— Заглянем к Эль Греко, — ответил с набитым ртом Тони.
— Что это за фрукт такой? — поинтересовался я.
— Местный торгаш. Что бы ты ни попросил его — всё найдёт. У него, как в Греции — всё есть, оттого он и Эль Греко.
— Что же мы будем у него приобретать?
— Посмотрим ассортимент, — Тони отпил глоток из своей бутылки, — и заодно он нам даст наводку на транспорт, который тебе нужен, гринго!
— Отлично, — прикончив свой завтрак, я вытер руки влажной салфеткой, — А теперь, если не против, я схожу облегчиться. Надеюсь, в этом отеле есть нормальная туалетная бумага!
Все ребята засмеялись.
***
Путь наш пролегал по узким улочкам, в какие-то трущобы. «Бернадетта» чувствовала себя весьма неловко, из-за своей массивности: я крутил руль машины, как сумасшедший, чтобы не вписаться в какой-нибудь припаркованный транспорт. Наконец, Эль Гатто указал мне на серый невзрачный дом, у которого я и притормозил.
— Он здесь живёт? — я глянул на тёмные проёмы окон, забитые решётками и мне стало не по себе.
— Нет, — покачал головой Тони, — У него здесь мастерская! А где живёт, я не знаю!
— Он сейчас там?
— Непременно. — кивнул Тони, — Он всегда находится там днём.
— Ладно, — пожал я плечами, — Тогда пошли!
Вся наша компания высыпала из просторного салона «Бернадетты». Удивительно, но, как оказалось, в «Победу» можно вместить шесть человек.
— Эх, очень жаль, — вздохнул Рауль, на коленях которого сидела Каталина, — Когда ещё так на мне посидит красивая девушка?
— Поболтай мне ещё, — проворчала Каталина, — Эль Туристо, ты ведь пристрелишь ублюдка, если он будет ко мне клеиться?
— Пристрелю обоих!
Все засмеялись, даже Сонни улыбнулся. Выбравшись наружу, я с интересом озирался по сторонам:
— Где же вход?
— Вон там, — Эль Гатто указал на неприметную лестницу, ведущую в подвал дома, — Специально для того, чтобы партизаны не порушили Эль Греко бизнес.
— Хорошо.
— Идём втроём! — тут Эль Гатто был неумолим, — Только я, ты и Рауль.
— Окей, вперёд!
Мы спустились по разбитым ступенькам, и Тони изо всех сил потянул на себя тяжёлую железную дверь. Раздался жуткий писк, и Рауль отдернул свою ногу, из-под которой выбежала весьма упитанная крыса.
— Совсем обнаглели, сволочи! — чертыхнулся он.
Мы прошли по мрачному кирпичному коридору, едва освещаемому керосиновыми лампами. Коридор повернул налево, и мы оказались перед второй преградой: обитой дешёвым металлом дверью. Эль Гатто нажал на звонок слева на двери, и спустя несколько секунд из динамика донёсся местный бас:
 
— Кто там?
— Это Эль Гатто, приятель, — ответил Тони, — Нужен товар!
— Ладно, заходи!
Прозвенел звонок, и дверь отворилась. Мы прошли в просторное помещение, столь же сырое и мрачное. Однако, внимание моё привлекли то, что висело на стенах. Кажется, подобным арсеналом можно было вооружить целую армию. Тут было всё: от винтовок и автоматов Второй Мировой до современного вооружения. Прямо глаза разбегались.