Транквиландия или Горячий Тур по Колумбии (СИ)

— Я — жесток, но справедлив. «Очень люблю смотреть на людей, которые близки к смерти», — говорил бандит по-испански, — Ты же русский, верно?
— Да, так и есть, — закивал головой старик, явно опасась того, что сейчас Салазар (это точно был он), сейчас выстрелит ему в лицо, и жизнь его на этом кончится.
— Хорошо. Тогда ты знаешь, что такое русская рулетка!
Салазар открыл барабан револьвера, вытащил оттуда все пули, оставив лишь одну в каморе, затем захлопнул и крутанул барабан, после чего положил револьвер на стол, стволом к старику.
— Действуй! — кивнул он на револьвер.
Я крепко сжал цевьё дробовика. Посмотрел на трёх бандитов, окружающих старика-дипломата и оценил свои шансы. По всей видимости, дипломат был обречён, и шансов спасти его у меня не было. Пригибаясь, я преодолел окно и двинулся дальше. За углом находилась металлическая лестница, ведущая на второй этаж. Оглядевшись, я начал подниматься по лестнице, и тут грянул выстрел: этому старику не повезло. Немного замешкавшись, я внезапно услышал, как распахнулась дверь. Секунда — и на верхней площадке появился здоровяк в соломенной шляпе. На боку небрежно висел пистолет-пулемёт «Узи». Бандит, не замечая меня, щёлкнул зажигалкой, затянулся и встал спиной ко мне. Ну и придурок-дилетант!
Здесь я решил действовать грубо. Крепко сжав обеими руками «Итаку», я приблизился к бандиту и обрушил приклад на его затылок. Бандит покачнулся, но я успел сорвать «Узи» с его плеча, а бывший обладатель оружия рухнул на землю. Раздался громкий хруст: похоже, бандит сломал себе шею.
— Вот чёрт! — тихо выругался я и прислушался. Бандиты внизу заливались громким смехом и громко обсуждали планы на то, кто будет играть в русскую рулетку следующим. Похоже, никто так и не услышал падение бандита.
Проверив магазин «Узи» на наличие, я открыл дверь и вошёл внутрь. Передо мной открылся широкий коридор, то тут то там заваленный коробками. Половицы под моими ногами предательски трещали, как бы я ни старался. Моей целью была дальняя комната, из которой доносилась грубая речь. Исходя из того, что я угадывал лишь половину слов по-испански, я понял, что бандиты общались между собой на местном наречии.
— Ну что, Хосе, давно у тебя такой цыпы не было? — ясно различил я фразу бандита.
— Давай трахнем эту суку? Я уже с нетерпением!
Подойдя к двери, я прислушался. За дверью была какая-то возня, и тут я услышал сорванный на мольбу крик по-русски:
— Нет, прошу вас! Мой папа вам заплатит!
— Ты что-нибудь понимаешь, Хосе? — прервал её грубый голос.
— Нет! Давай сорвём с неё эту одежду, я проголодался!
Я резко ударил в дверь ногой и нацелил на обоих бандитов ствол «Узи»:
— Ни с места, уроды! — зарычал я по-испански, — Волыны на пол!
— Ты кто такой? — удивлённо протянул лысый коротышка, подняв руки.
Второй, тот что повыше сместился на шаг вперёд, и я увидел позади него стройную запуганную девчонку лет семнадцати.
— Пушки на пол, живо! — повторил я приказ.
— Отсоси, гринго! — крикнул высокий, выхватывая из кобуры тяжёлый револьвер «Кольт Анаконда».
Я резко перевёл на него «Узи» и спустил курок. Пули прошили мерзавца, но прежде чем он упал на пол, я перевёл оружие на его приятеля и расстрелял его. Девица между ними закричала и громко запричитала по-русски:
— Не стреляйте, пожалуйста!
— Тихо! — оборвал её я, перейдя на знакомый девчонке язык, — Мой отец прислал меня, чтобы тебя освободить!
— Что? — мои слова враз успокоили девчонку, — Мой отец?
— Всё правильно, — кивнул я, бросив «Узи» на пол и подбирая с пола «Моссберг» одного из бандитов, — Давай выбираться отсюда! Тебя не тронули?
Девчонка выглядела неважно. Она показалась мне несимпатичной: рыжеволосая, худощавая, с острыми плечами и тонкими чертами лица. Кофточка её была порвана в нескольких местах и была очень грязной, так что, вполне возможно, что гринго из банды Салазара уже попользовались дочкой посла. Лицо её заплаканное и грязное от туши, размазанной по щекам.
— Нет, нет. Не успели, — прошептала девица.
 
— Хорошо, — я передернул помпу «Моссберга», слыша, как бандиты внизу переполошились, — Иди за мной, след в след и не лезь, пока я не скажу! Поняла
Девица кивнула. Забрав с трупа другого бандита револьвер, я тронул дверь и осторожно выглянул в коридор. Всё было чисто, но стоило торопиться. Мы живо проследовали к выходу, но вот на лестнице меня встретили плотным огнём из автомата.
— Назад! — зарычал я, отталкивая девчонку подальше от выхода.
Огонь прекратился, и я услышал голос Салазара:
— Выходи, гринго, вам некуда деться!
Я не счёл нужным ответить, чтобы не выдать себя. Вместо этого, заметив небольшое смотровое окно в конце коридора, я шепнул девице:
— Давай туда, за мной!
Ударом приклада ружья я высадил стекло и выглянул в окно. Внизу стояли большие коробки, как будто специально расположенные, чтобы можно было спрыгнуть со второго этажа. А тем временем я уже слышал, как гремят ботинки бандитов на лестнице, откуда я пришёл.
— Прыгай! — велел я, перехватив «Моссберг» покрепче.
Девчонка колебалась, и я буквально вытолкнул её из окна. А затем последовал за ней, и как раз в тот момент, когда в коридор ворвались бандиты Салазара. Я прыгнул на коробки, и в ту же секунду очередь автомата вонзилась в оконную раму. Посадка была не очень удобной.
— Эй, ты как? — обратился я к девчонке, которая была рядом.
— Я порезала руку.
— Ничего, до свадьбы заживёт!
Поднявшись на ноги, я схватил дочку посла и завёл за спину. Мы находились совсем недалеко от забора к тёмным и спасительным зарослям. Но рисковать так я не собирался, тем более бандиты Салазара были уже на взводе. Я прижался к стене здания, осторожно выглянул. Как и следовало ожидать, двое бандитов уже бежали по направлению к нам. Отсчитав пару секунд, я выпалил из дробовика им навстречу. Первый бандит рухнул у стенки, получив дробь в грудь. Укрывшись за стенкой, я передернул затвор и притаился. Наверху я услышал какой-то шум, а затем до моего уха донёсся до боли знакомый звук: звук падающей на землю гранаты.
— Бежим вперёд! — коротко скомандовал я и выскочил из укрытия. На ходу выстрелил из «Моссберга», уложив второго бандита. Мы бежали к ограде, и я понимал, что времени у меня очень мало. Позади раздался оглушительный взрыв: и я повалился на землю. От взрыва знатно заложило уши, и меня знатно контузило. Я лежал в нескольких метрах от ограждения, чувствуя, что у меня уже нет сил подняться. Пошарив рукой, нащупал липкую от крови руку девчонки, крепко сжал.
— Не переживай, всё будет хорошо! — произнёс я срывающимся голосом.
Сквозь звон от взрыва гранаты я отчётливо услышал шаги по направлению ко мне. Слегка приподнявшись, я увидел, как ко мне спокойно идёт вразвалку грузная фигура с рельефом греческой статуи, сжимая в руках АКМ. Глава бандитов Салазар усмехнулся:
— Так ты всего один, гринго? — произнёс он по-испански, — Ты действительно крут!
Моя левая рука тем временем шарила за спиной, пытаясь достать «Кольт Анаконду», но всё было безуспешно. Салазар подошёл ко мне почти вплотную, приставив ствол к моему лицу:
— Не дёргайся, гринго! Я хочу посмотреть в твоё лицо! Что ты чувствуешь перед смертью?
— Пошёл ты, грёбаный псих! — отозвался я, застыв на месте.
Салазар ухмыльнулся, но тут внезапно эта улыбка была смята залпом из ружья. Кровь бросилась мне в лицо, рядом закричала девица. Воздух вновь наполнился грохотом выстрелов, и не знаю, сколько прошло времени, прежде чем шум стих, а затем раздался голос Мауриньо:
 
— Вставай, гринго! Ты неплохо справился!
Едва живой, я вытер кровь с лица и поднялся. Мауриньо стоял передо мной в окружении закованных в бронежилеты спецназовцев. Потеряв ко мне всякий интерес, помощник Санчеза бросился к дочке посла, вопросив по-английски:
— Сеньорита Полякова, вы в порядке? Я — помощник шефа полиции Санчеза. Вы в порядке?