Транквиландия или Горячий Тур по Колумбии (СИ)
— Ну а сам-то ты, Эудес, давно с картелем?
— Вот уже 16 лет, — усмехнулся Эудес, — Я ещё с доном Мануэлем под началом Пабло Эскобара работал. Многое повидал, но я не рассказываю, за меня мои шрамы расскажут, — он ткнул в длинный шрам, пересекавший всю его волосатую грудь, — Вот, например, схлестнулись мы с десантурой из 6-й армии, когда перегоняли груз изумрудов, конфискованных у местных индейцев. А вот глаз, — он указал на свою повязку, — я потерял, когда герилья как-то раз устроила на дона Мануэля засаду. Я прикрыл дона собой. Жизнь дона Мануэля в обмен на глаз — хороший обмен, а?
Он хрипло засмеялся, разливая остатки вермута по стаканам и залпом выпил свою порцию.
— А вот, — он ткнул в свою камуфляжную коленку, — здесь обитает дробь, выпущенная из дрына Ацтека. Подлая мразь хотела посмотреть, как я буду стоять на коленях, моля о пощаде, — он зло сплюнул на пол, — Чёрта с два Эудес встал бы на колени перед этим поганым червём, хоть ногу мне отрежь! Хорошо, Леонсио вовремя подоспел — так что, гринго, я ему ещё и жизнью обязан!
— Понятно, — произнёс я, уже порядком охмелевший, — Значит, ты о многих тут ребятах знаешь, Эудес?
— Почти обо всех, гринго, почти обо всех!
— А такого…. Эль Гатто, слыхал?
Эудес с интересом посмотрел на меня и со смехом кивнул:
— Конечно знаю, Эль Туристо! Самый хитрый чёрт не из местных! Насколько я помню, с Кубы он и его банда! Ха, они тут в своё время навели шороху! Всё мечтали быстро разбогатеть, сокровища искали! Только вот дону Мануэлю это не понравилось, потому что положиться на этих залётных гринго было нельзя!
— Ну а что Эль Гатто? — поинтересовался я.
— А что Эль Гатто? — пожал плечами Эудес, — Он закрутил роман с Каталиной, племянницей дона Мануэля. Ну, ты знаешь, та девчонка-снайперша на башне. Ну, дон с ним и разобрался.
— Он убил Эль Гатто? — поднял я на него глаза от досады.
— Нет, нет. Чёрт его знает, куда делся Эль Гатто. Но, то что дон Мануэль его не порешил — это точно.
— И, значит, ты не знаешь, куда делся Эль Гатто? — спросил я.
— Сказал же, гринго, не знаю, — твёрдо ответил Эудес, — Но, твёрдо знаю, что если этот прохвост и жив, здесь он точно не появится! Слишком уж многим он задолжал!
— А его банда? Кто-нибудь здесь остался?
— Нет, — покачал головой Эудес, — Все куда-то исчезли. Если интересно, то можешь у Каталины спросить — чертовка явно знает что-то!
— Понятно, — кивнул я, — Слушай, Эудес, я-то к тебе по делу вообще пришёл. У тебя сорокамиллиметровые заряды к гранатомёту есть?
Эудес глубоко вздохнул и выложил на прилавок три бронебойных заряда к М-79.
— Возьми, Эль Туристо, за мой счёт! Почаще сюда заглядывай!
Поблагодарив Эудеса, я забрал заряды к гранатомёту и вышел из землянки. Хмель всё ещё гулял в моей голове, но я решил сразу же заглянуть на часовую башню. Убедившись, что никто поблизости не смотрит за мной, я шмыгнул внутрь и начал подниматься по полуразрушенной лестнице, ведущей наверх. Маленькая комната наверху поначалу казалась пустой. Я увидел прислонённую к доскам снайперскую винтовку EnfieldEnforcer, которую ранее видел в руках Каталины, но самой снайперши видно не было.
— Что тебе тут нужно, Эль Туристо? — в подбородок упёрся тяжёлый ствол пистолета.
— Спокойно, красавица, — подняв руки, произнёс я на-испанском, — мне нужно с тобой поговорить!
— Поговорить? — засмеялась Каталина, посветив мне в лицо фонариком, пытаясь меня деморализовать, — Может, ты найдёшь себе шлюху внизу для разговоров?
— Нет, мне нужна именно ты… — стоял я на своём, но Каталина продолжала:
— А ты слишком упорный, pendejo! Думаешь, я куплюсь на то, что ты европеец?
— Серьёзно, Каталина, — попытался я успокоить горячую девчонку, — Мне нужно поговорить с тобой об Эль Гатто!
— Что? — Каталина удивлённо посмотрела на меня. Взгляд её горячих карих глаз был всё таким же обжигающим и сейчас он обжёг меня подобно напалму, — Зачем ты хочешь поговорить о Тони? И кто вообще сказал, что я что-то знаю.
— Есть люди, — ответил я, решив не сдавать Эудеса, — Сказали, что ты была с ним очень близка….
Помрачневшая девчонка кивнула и сунула в кобуру под мышкой пистолет Jericho 941 (который ещё называют Baby Eagle из-за сходства с массивным «Пустынным Орлом»), таким образом перестав целиться в меня. Отойдя к стене, она прислонилась к ней и проговорила:
— Я его уже давно не видела. Дядя Мануэль решил избавиться от него, потому что Тони — ненадёжный и хитрый, да…. И вообще, подлая свинья он!
— Серьёзно же он тебе насолил! — отозвался на это я, — И что же с ним случилось?
— Тони мне вешал лапшу на уши, — продолжала Каталина, — Он рассказывал о том, что разбогатеет и возьмёт меня с собой в США. Я никогда ещё не слышала ни от кого таких слов, какие он мне говорил…. А тем временем, он продавал кокаин дяди за его спиной. Он всем внушал доверие, а на деле думал лишь о собственной шкуре….
Умолкнув на мгновение, Каталина, по-видимому, поняла, что сейчас стала слишком откровенна со мной, поэтому добавила:
— Так ему, уроду и надо! Он наказал себя сам!
— Дон убил его? — спросил я, с досадой ожидая подтверждения.
— Нет. Эль Гатто в тюрьме, дядя подставил его! А его брат Маноло с другими уехал из нашего лагеря куда подальше.
— Послушай, красавица, — произнёс я мягким голосом, — Мне нужно увидеть либо самого Эль Гатто, либо кого-нибудь из его банды. Это очень важно!
— Насколько важно? — подняла на меня нахмуренный взгляд Каталина.
— Очень важно. Я в Колумбии именно из-за этого.
— Ну, у меня есть связь с ребятами Тони. Если ты умеешь ждать, Эль Туристо, то я смогу тебя познакомить с ними.
— Было бы чудесно! — улыбнулся я.
Каталина и бровью не повела:
— Тогда жди, я сама к тебе подойду, как свяжусь с ними!
— Сколько ждать? — поинтересовался я.
— В течение недели сообщу, — Каталина взяла свою винтовку, передернула затвор, — Теперь иди, Эль Туристо!
— Хорошо, пока!
Попрощавшись с девчонкой, я слез с часовой башни и направился к домику отдыха. На крыльце я столкнулся с Раулем, который блаженно курил, сидя на лавочке у входа.
— Где ты был, гринго? — поинтересовался он, положив руки на свою верную М16.
— Знакомился с одной дикой кошкой, — заговорщицки подмигнул ему я.
— Как она тебя не убила?
— Я умею общаться с женщинами, гринго, уж поверь!
Рауль неодобрительно хмыкнул:
— Вот они, проклятые иностранцы! Дай вам только повод, вы сразу быстренько охмурите одну из наших красавиц!
— Идём спать, гринго! — зевнул я, — Теперь нам придётся ждать!
Банда Эль Гатто
Вот уже целую неделю мы с Раулем жили на базе дона Мануэля. Жизнь на базе наркокартеля Ортеги, кстати, была не такая уж и спокойная. Время от времени рядом с базой кипели перестрелки со случайно забредшими на территорию дона Мануэля чужаками, а в небе показывались вертолёты: советские МИ-24 или американские «Кобры». В общем и целом, служба у Ортеги была легче и прибыльнее, чем муштра Иностранного Легиона. Стряпня Мамы была мне по вкусу, только вот с таким потреблением виски и текилы мне стало казаться, что скоро я стану запойным алкоголиком. Тем более на такой жаре алкоголь очень быстро ударял в голову, но для большинства боевиков из наркокартеля это не было проблемой. Я понимал почему: в состоянии алкогольного или наркотического опьянения страх и неуверенность притупляются, и бойцы Ортеги бесстрашно идут на врага с оружием наперевес. Эудес не врал насчёт зависимости у ребят дона: белое золото потреблялось тут буквально тоннами. Я и Рауль решили ограничиться лишь алкоголем. Помимо этого, были большие проблемы с хорошими сигаретами и туалетной бумагой. Вытирать задницу пальмовыми листьями было тем ещё наслаждением. Но в общем и целом, всё было терпимо.
— Конечно, это пропасть, гринго! — философски заметил как-то Рауль, — Нельзя дона Мануэля назвать хорошим человеком, если он занимается наркотиками. Эта дрянь убивает гораздо хуже тяжёлой пули, тут-то ты опомниться не успеешь — а уже на небесах. А наркозависимость — это пытка, медленная казнь с периодическим оргазмом. Жаль, нельзя обратиться куда следует, чтобы всю эту плантацию с базой отутюжили авиационными ударами!