Единственный ответ (ЛП)

— Доброе утро всем, — практически пропела она. Женщина всегда была бодра, всегда одета и готова, будто только что сошла с взлетно-посадочной полосы. Ее волосы были зачесаны в шиньон, а вместо обычного брючного костюма она надела голубую рубашку-поло цвета хаки. Это считалось повседневной одеждой для семьи Чапменов.
— Доброе утро, — ответила я.
Она села рядом с Кирком, и перед ней немедленно поставили тарелку и кофе, прежде чем горничная снова исчезла. Она определенно стояла где-то в углу, чтобы выглянуть, когда ей надо было подойти.
— Кирк, не забудь, что мы обедаем с дамами бридж-клуба и их мужьями, а днем будет игра в гольф. Еще один загруженный день. — Она положила салфетку на колени и продолжила улыбаться, как будто прошлой ночи никогда не было и она просто собиралась оставить ее позади.
У меня заболел живот. И не только потому, что запах фриттаты доходил до меня. Всего было слишком много. Слишком много политической чепухи и слишком много людей, пытающихся меня контролировать. Это вывело термин «выборы» на совершенно новый уровень.
— Трей, Моника, какие планы на сегодня? Приглашаем присоединиться к нам, — сказала Минди.
Прежде чем Трей успел ответить, я сжала его колено.
— Мы должны забрать машину Трея, поэтому, возможно, Мелани или Валери приедут за нами.
Улыбка Минди исчезла.
— Вы собираетесь пригласить сюда одного из своих друзей. В наш дом?
— Хм, да? Куда еще она пойдет? — спросила я.
Трей отпил кофе.
— Ты еще не выглядывала наружу, да?
Я подняла бровь.
— Хм… Нет… Я недавно проснулась.
Трей кивнул в сторону двери.
— Иди посмотри и скажи, что ты думаешь о выходе за дверь.
Я не была уверена, к чему он клонит, но решила подыграть. Я медленно встала и прошла через столовую по коридору в сторону официальной гостиной. Медленно я отодвинула шторы и пришла в шок, когда увидела, что стадо репортеров толпилось за воротами.
Закрыв шторы, я отошла назад и, повернувшись, увидела Трея, стоящего позади меня с руками в карманах. Мой обычно собранный парень выглядел более взъерошенным, с растрепанными волосами, будто он миллион раз провел пальцами по нему, под глазами были темные круги. Он даже не потрудился сменить пижаму. Это был не тот Трей, к которому я привыкла.
Я медленно покачала головой.
— Что мы будем делать?
— Ты о репортерах или обо всем остальном? — Трей подошел ближе, протягивая руки, пока я не подошла к нему. Он обнял меня. От него пахло стиральным порошком и его одеколоном. И домом. Все то, что заставляло меня чувствовать себя в безопасности и не ощущать, что на улице была кучка репортеров, жаждущих наброситься на нас.
— Обо всем. — Я вдохнула, ощутив его запах, а затем медленно выдохнула.
— Я тоже, Мон. Хотелось бы, чтобы было какое-то волшебное слово, которое я мог бы сказать или сделать что-нибудь, что улучшило бы ситуацию.
— Трей, Моника. — Голос выбил меня из этого мгновения. Трей отпустил меня, и мы повернулись в коридор, откуда донесся голос. Его отец и менеджер кампании стояли в коридоре. Если бы я не знала их лучше, я бы подумала, что Майкл спал здесь.
— Привет, Майкл, — сказал Трей, но в его голосе звучали нотки раздражения. Возможно, он не противостоял парню прошлой ночью, но то, как Трей взял мою руку и сжал ее, сказало мне, что он был на грани. Готов атаковать и защищать меня в любой момент.
— Твой отец позвонил сегодня утром и рассказал мне о ситуации на улице. Мы опубликовали заявление для прессы, но мы хотели обсудить с вами кое-что сегодня утром. Если вы готовы, — сказал Майкл, поправляя рукава.
Трей посмотрел на меня, приподняв бровь. Я ожидала, что он ответит за нас обоих, но вместо этого он оставил это на мне.
— Да уж. Да, думаю, можно, — сказала я со вздохом.
— Отлично. — Майкл кивнул и повел нас к гостиной.
Я осторожно последовала за ними. Было чувство, будто я шла в ловушку. Я не хотела быть мышью, которая шла за сыром, хотя знала, что это убьет ее, но я, казалось, была мазохисткой.
Майкл и Кирк сели в два кожаных кресла, а Трей и я сели на диван напротив них. Я старалась сидеть как можно более прямо и вести себя так, будто во мне была собрана вся смелость в мире. Но это не так. По правде говоря, я чувствовала себя испуганной маленькой девочкой, которой выговаривали за то, что она даже не могла контролировать. Я собиралась стать матерью. Женой. Несмотря на все это, все же иногда мне не хватало твердости духа.
 
Майкл сложил пальцы и наклонился вперед.
— Прошлой ночью мы говорили о наших планах, после пресс-релиза этим утром мы подумали, что мы чисты, но мы также знали, что живем в новом веке, поэтому это не так. — Он сделал паузу, постукивая пальцами. — Каждый пишет в твиттере, фейсбуке, инстаграме и во всех остальных сетях, которые существуют в эту эпоху. Один фотограф делает снимок — и вскоре все появляется в интернете. Вот почему мы должны быть очень осторожны.
— И под особой осторожностью Вы имеете в виду?.. — спросила я. — Мы собираемся спрятаться или что?
Майкл покачал головой с легкой улыбкой на лице, хотя я знала, что ситуация не смешная.
— Нет, никто не будет прятаться, но мы бы предпочли, чтобы вы двое какое-то время слегли на дно. Не разговаривайте со СМИ и постарайтесь свести свои прогулки к минимуму. Если кто-то связывается с вами, просто отправляйте их к нам.
— Подождите, вы хотите, чтобы я больше не выходила на улицу? Я должна постоянно сидеть дома? Это действительно похоже на прятки. — Я подняла брови.
Кирк покачал головой, наклонившись вперед в кресле.
— Мы так не думаем, Моника. Ты все еще можешь ходить на работу и видеть своих друзей, мы просто думаем, что было бы разумно, если бы ты помнила, где находишься. Помни, что вы двое стали продолжением нас и кампании, и теперь мир наблюдает за вами. — Он вздохнул. — Я никогда не хотел привлекать вас двоих в эту кампанию. Я даже не хотел, чтобы Трей работал в Чикагском офисе. Но я знал, что его страсть к политике и тому, что правильно, перевесят все остальное. Я также знаю, что вы оба сильны в своих убеждениях и что вы оба всегда будете стараться делать то, что лучше для вас и всех окружающих. Я не хотел, чтобы вы были посреди этого беспорядка, но теперь, когда вы оба в нем погрязли, я знаю, что могу доверить вам прибрать его.
Убрать наш беспорядок? Это то, чем был наш ребенок? Беспорядок и какой-то политический скандал? Я была в ярости. Я сжала руки в кулаки и открыла рот, чтобы что-то сказать, но Трей остановил меня, взяв мою руку и сжав ее.
— Звучит отлично, папа. Мы сделаем то, что должны.
Я повернулась к нему, прищурив глаза. Что, черт возьми, он такое говорит?
— Отлично, сынок. Я знал, что могу рассчитывать на тебя. Я вызову машину, чтобы отвезти вас домой. — Кирк улыбнулся, а я хотела возразить, но Трей снова предупреждающе сжал мою руку, и я молча посмотрела на пол. Ему лучше иметь веские основания для того, что он делал.
  
Глава 13
 
Трей
Поездка домой прошла в тишине. Водитель не разговаривал, а Моника все утро злобно смотрела на меня. Я не хотел ругаться с ней или с кем-либо еще. У меня не было плана. Совсем. Я согласился с отцом, чтобы мы могли двигаться вперед. Я не думал, что его план надежен. Я просто хотел выбраться из его дома и уйти от политической повестки в некоторую реальность.
Как только мы вошли в квартиру… ничто не могло ее остановить.
— Что, черт возьми, это было, Трей? — Моника развернулась, едва давая мне снять пальто. — Что все это было с твоим отцом? Ты только что согласился с ним, не давая мне право голоса? Как насчет моих чувств? Нашего ребенка? Ты сказал, что мы будем все решать вместе, но ты принимаешь решения за нас обоих! — Она ткнула меня в грудь.
 
На Монику очень сильно влияли гормоны, особенно во втором триместре, но я не сказал ей этого из-за страха, что она станет еще безумнее.