Новый старый 1978-й. Книга пятнадцатая (СИ)

Возвращение на лунную базу было обычным. Можно сказать, даже будничным. Но, если честно, то не совсем. Было такое ощущение, что я вернулся из долгой зарубежной командировки. Ведь в Египте прошло больше двух дней, а здесь всего полтора часа. И только из-за того, что я устроил Хатшепсут неожиданную экскурсию, завершившуюся очень приятным сексом в невесомости. На это и ушло основное время.
Так что на календаре была, как и перед нашим отбытием в страну фараонов и пирамид, всё та же пятница, последний день июня. То есть тридцатое число.
— Крис, — сказал я вслух, — надо травы высушить. Сможешь?
— Сделаю, — ответил механический голос искина, который только я один мог отличить от обычного живого. — Как путешествие?
— Масса впечатлений. Ксюха меня не искала?
— Капитан Журавлёва спрашивала о вас. Но сказала, что ничего срочного.
— Ну и хорошо. Тогда мы с Бает отправляемся на Землю.
Далее мы телепортировались в наш отель в Хьюстоне. Здесь было только пять часов вечера по местному времени. Я решил сначала переместиться в номер Бает, а уж потом к своим жёнам. Как-то я отвык от всего этого. Слишком живы были ещё воспоминания о Египте. Поэтому секунд на тридцать я задержался у Бает и только потом двинул к себе.
Вот такой я и появился перед своими пятью женами.
— А загорел-то как, — воскликнула Солнышко, первая бросившаяся ко мне навстречу.
— Ты сказал, что появишься через секунду, а сам появился больше, чем через час, — проговорила Маша после долгого поцелуя. — И правда, как будто два дня загорал.
— Так меня два дня, фактически, и не было, — ответил я, целуя всех поочередно. — Это по египетскому времени. Но зато я вернулся не с пустыми руками, а с подарками от самой женщины-фараона.
— Покажи, — сразу заинтересовалась Лилу.
— Мы тоже хотим позагорать, — заявила Наташа.
— Сейчас рассмотрим подарки и отправимся на пляж, — выдала последовательный план дальнейших действий Ди. — А потом ты нам всё подробно расскажешь о своих приключениях.
Пока девчонки доставали кубки и мерили корону, я сел в кресло и любовался ими. Неужели я дома? Может это всё мне приснилось? Бубастис, Фивы, Хатшепсут? Маша обратила внимание на моё необычное состояние, села со мною рядом и обняла меня.
— Ты чего такой странный? — спросила она. — Что-то случилось?
— Как же я по вам соскучился, — ответил я и тоже обнял Машу.
Тут сразу и остальные подруги обступили меня, радуясь, что я вернулся. Ведь для них прошёл только час с небольшим, а для меня целая жизнь. Посидев так немного и отойдя от недавних забот, я спросил их:
— Ну что, отправляемся на пляж?
— А Бает с собой возьмём? — спросила Лилу.
— Конечно, — ответил я. — Зовите.
— И Женька тоже просилась, — добавила Наташа.
— Берём и её. Я вам кое-что там покажу, чему я за это время научился.
— Покажи сейчас, — стала просить Маша.
И я, недолго думая, трансформировался в Монту. Ох и удивлены же были мои подруги такому моему превращению. Когда первый восторг прошёл, все стали трогать мой соколиный клюв.
— Ты в таком виде в Древнем Египте путешествовал? — задала вопрос Ди.
— Да, — ответил я. — Это их бог войны Монту.
— Здорово у тебя получилось, — воскликнула Солнышко. — Мы про такого по истории недавно проходили.
— Точно, — подтвердила Маша. — Его изображение в учебнике было нарисовано.
— Ладно, бегите за своими подругами. А я пока приму свой нормальный вид.
Маша и Лилу побежали за Женькой и Бает, а я, преобразившись, объяснил остальным трём подругам секрет египетских бокалов, меняющих цвет в зависимости от того, что туда налито. Пришлось наполнить один из них сначала водой, а затем вином. Изменение цвета поразили девчонок. Они стали спорить, чтобы ещё такое туда налить. Но пришли остальные подруги и я открыл портал на остров.
Девчонки с визгом, скинув с себя всё прямо в гостиной, бросились на пляж. Ну и я вслед за ними. Хотя особой жары после Египта не хотелось, за два дня от неё порядком устал. Но было желание немного поплавать. Чем я и занялся с большим удовольствием. Женька тоже обратила внимание, что я загорел.
 
— В командировке, в Египте был, — ответил я уклончиво.
— Так я же тебя два часа назад видела, — ответила она удивлённо.
— В Древнем Египте мы вместе с Бает были.
— Подтверждаю, — ответила богиня, подплыв поближе. — Он там такое вытворял.
— Опять, значит, безобразничал, — встряла в разговор Маша, начавшая в меня брызгаться.
— Может покажем им наше цирковое представление, которое мы устроили в бассейне у Хатшепсут? — предложила Бает.
— Хорошо. Только сначала я им надувные матрацы сделаю.
Я сделал их всем и сказал, чтоб забирались на них.
— А зачем? — спросила Лилу, но мою команду выполнила.
— Так удобнее будет смотреть, — ответил я и превратился в дельфина.
Что тут началось. Девчонки сначала не поняли, куда пропал я и откуда здесь, прямо рядом с ними, взялся дельфин. Но после того, как я, спиной назад, проехался по воде на хвосте и сделал сальто, до них дошло, что это именно я. Ну тут вообще закрутилось. Все мня гладили и целовали, а я разговаривал с ними, как настоящий дельфин, на языке звуков. Это были щебет, скрип, визг, щелканье, хлопки, писк, рев, крики, свист, от которых девчонки смеялись и радовались, словно дети.
А потом я превратил Бает в русалку и мы показали трюк с катанием на спине. Мои жёны и Женька были просто в поросячьем восторге. Пришлось их всех тоже покатать. Солнышко, сидя верхом на мне, громко спела нашу песню «Дельфин и русалка». После чего Маша первой спросила:
— А меня можешь превратить в дельфина?
— Могу, — ответил я и вместо второй моей жены рядом со мной появился ещё один дельфин.
  
Глава 9
 
 
«Каждый из нас есть Бог, — сказал когда-то Будда. — Каждому из нас известно всё. И нам следует всего лишь распахнуть свой ум, чтобы прислушаться к своей же мудрости».
 
Дэн Браун «Ангелы и Демоны»
 
Ну, если уж быть совсем точным с точки зрения репродуктивных особенностей, это была самка дельфина или, по-простому, дельфиниха по имени Маша. Тут все сразу тоже захотели стать дельфинами. Чтобы не запутаться в своей стае, я Машу сделал дельфином-белобочкой. Солнышко у меня стала австралийским курносым дельфином. Затем из Наташи я сделал афалину, из Лилу тихоокеанского белобокого дельфина. Из Ди получился китайский дельфин, ну а из Женьки — малазийский. Бает осталась русалкой, после чего мы всей своей дельфиньей стаей рванули вглубь океана.
Это было потрясающее и ни с чем несравнимое чувство абсолютной свободы. Плывя на довольно приличной скорости, где-то около пятидесяти километров в час, мы общались друг с другом по-дельфиньи, передавая свои новые ощущения и впечатления с помощью звуковых импульсов и ультразвука.
Когда впереди показался корабль, мы догнали его и плыли рядом с ним минут пять, иногда чуть обгоняя его, а потом возвращаясь. При этом синхронно, все вместе, вылетая из воды и вновь ныряя в неё. Это ярко демонстрировало единое коллективное сознание всей нашей группы. Моряки с удивлением смотрели на нас, перевешиваясь через борт. Особенно их поразила Бает в образе русалки. Их громкие крики были слышны даже под водой. Я представил себе, когда моряки вернутся в порт приписки судна, что они тогда станут рассказывать в тамошних пабах и кабаках по поводу увиденного.
Мне в связи с этим вспомнилась повесть Александра Грина «Алые паруса», где старый собиратель песен Эгль принялся рассказывать девочке по имени Ассоль одну спонтанно придуманную им историю, начав её такими словами: «…только в Каперне расцветет одна сказка, памятная надолго». Вот и в этом порту, куда сейчас следовал этот корабль, тоже скоро расцветёт сказка про стаю умных дельфинов, в которой плыла самая настоящая русалка. Возможно, один из моряков будет утверждать, что это была морская богиня и его слова окажутся совсем недалеки от истины. Поэтому эта история впоследствии может стать своеобразным продолжением знаменитой сказки датского писателя Ганса Христиана Андерсена «Русалочка».