Новый старый 1978-й. Книга пятнадцатая (СИ)
А потом мы прошли в прохладную спальню с огромной кроватью и устроили незабываемый секс. Ведь трахать одновременно двух разных женщин в одном обличии — это нечто восхитительное. Да и сама Бает была в ударе. Ей нравилось быть единой в двух лицах, так же как и мне.
После секса нам захотелось есть. Мы голыми прошли в гостиную, где стоял холодильник, и открыли его. Крис успела накидать нам туда колбас, мяса, соков и разной другой вкусности. А вот хлеба там не было. Я легко мог сам материализовать его, но захотелось попробовать местного. Поэтому я вызвал служанку, позвонив в специальный колокольчик.
Стесняться прислуги в Египте было не принято, но мы с Бает, всё-таки, накинули халаты, которые я успел захватить с собой. Они были выполнены в египетском стиле и на них были изображены сценки из жизни фараонов. Очень даже в тему они получились. Только богов там не было. Это пусть будет на совести того, кто изготовил ткань для этих халатов. Но мы с Бает были не в обиде на него.
Глава 6
«Все прочие дети от брака Тутмоса и Яхмес умерли, оставалась одна Хатшепсут. Потому египетская аристократия настояла на том, чтобы фараон провозгласил свою дочь Супругой бога — верховной жрицей бога Солнца Амона-Ра, что пожизненно сблизило Хатшепсут с высшим египетским жречеством».
Виктор Еремин «Хатшепсут — женщина-фараон»
Когда вызванная мною служанка зашла в наш номер, она застыла от удивления. Кондиционеры опустили температуру до восемнадцати градусов, поэтому в помещении было довольно прохладно. Далее она увидела сам незнакомый механизм на стене, из которого поступал холодный воздух. А еще она обратила внимание на металлический шкаф с разноцветными огоньками на лицевой стороне, о названии и назначении которого она не имела ни малейшего понятия. Она знала только то, что у нас, когда мы заселялись в гостиницу, с собой никакого багажа не было. А тут вдруг откуда-то столько незнакомых вещей появилось.
Наши шикарные халаты, достойные самих фараонов, её тоже поразили. На столе она заметила продукты и какие-то прямоугольные непрозрачные емкости, в которых был сок. А запах от геля и духов Givenchy, которыми недавно пользовалась Бает, стоял вокруг просто божественный.
— Нам нужен хлеб, — сказал я служанке и мой голос заставил её очнуться от состояния ступора, в которое она впала.
— Я мигом принесу, господин, — ответила она и выбежала из номера.
Вот сейчас и пойдут разговоры о нас среди обслуги. Это она ещё нашу душевую с туалетом не видела. Хорошо, что дроиды остались в зале с бассейном и их она не успела заметить. Тогда бы точно с ней случился футурошок. Ведь горничная испытала на себе слишком большое количество перемен, произошедших вокруг, за очень короткий промежуток времени.
Но пять хлебных лепёшек она принесла очень быстро. В благодарность за такую оперативность я достал из холодильника небольшой пакетик сока с трубочкой. Когда я обернулся, служанка стояла, разинув рот. Она увидела, что когда я открыл загадочную металлическую дверцу, там, внутри, как по команде, загорелся свет и на полках стало возможно разглядеть очень необычные продукты.
Понимая, что с соком она сама не справится, я вставил трубочку в пакетик и сказал:
— Пей. Это тебе подарок от меня. Внутри ананасовый сок.
Служанка знала об ананасах и спокойно втянула в себя сладкую жидкость, как я ей показал перед этим. Сок был холодным и вкусным. Лицо горничной расплылось в довольной улыбке.
— Можешь быть свободна, — сказал я. — До утра нас не беспокоить. И еще держи впридачу шоколадную конфету.
Радостная служанка выбежала за дверь, а я вспомнил, как советские дети радовались, когда иностранцы, приезжавшие в СССР, угощали их импортной жвачкой. У них были такие же счастливые лица, как и у этой служанки, получившей от нас подарки, невиданные доселе в Египте. Бает тоже наблюдала за ней и улыбалась.
После чего мы стали отрывать куски от лепёшек и есть их вместе с колбасой, делая импровизированные бутерброды. Нам было весело и мы были счастливы. Мне нравился Древний Египет, но жить бы я здесь не стал. Бает это понимала, да и самой ей больше понравилось быть со мной в моём времени.
А потом мы вернулись с ней в спальню, легли на кровать и стали болтать о нашем будущем. Ближайшем и более отдалённом. Мы решили, что завтра, если не получится встретиться с Хатшепсут, то тогда мы вернёмся в мой 1978-й. И постепенно, убаюканные голосами друг друга, мы и уснули.
Перед рассветом мой мозг уловил постороннее внимание, которое было направлено с улицы в сторону нашего гостиничного номера. Это были десять египетских стражников, явившихся с утра пораньше по наши души. Видимо, служанка разболтала о нас хозяину, а тот решил доложить страже, что в его гостинице появились очень странные и необычные постояльцы. Я на это, в принципе, и рассчитывал. Только всё теперь зависело от дальнейшего поведения этих немногочисленных стражников.
Они хотели с нами разобраться, пока на улицах столицы было ещё мало народа. И я хотел того же, только с более дальним прицелом. Нам нужно было попасть в царский дворец к Хатшепсут. Я мог просто, используя скрыт, телепортироваться туда в любое время вместе с Бает, но это было неинтересно. Хотелось это сделать официально. Поэтому я считал необходимым устроить небольшое шоу с представителями местной власти. Ведь со стражниками обязан был появиться и царский чиновник, так как сама гостиница располагалась довольно близко к царскому дворцу.
Я аккуратно разбудил подругу и ментально сообщил ей то, что за нами сейчас прийдут и пора собираться. Мы даже успели быстренько принять душ и одеться, когда в дверь нашего номера постучали. Я крикнул, чтобы входили, после чего вошёл чиновник в сопровождении двух стражников, очень похожих на маджаев. Так называлась элитная военизированная полиция в Древнем Египте. Именно в период XVIII династии они служили еще и в качестве городской полиции. Хотя были более известны как охранники дворцов и фиванских гробниц.
— Доброе утро, уважаемые гости великой столицы, — обратился к нам пожилой мужчина, уверенный в своей власти и считавший себя чуть ли не номархом, хотя эта власть, на самом деле, была не слишком большая. — Меня зовут Птахмес. Я от имени царицы Хатшепсут отвечаю за порядок в центральном районе города. Нам сообщили, что в гостинице, расположенной рядом с резиденцией нашего богоподобного фараона, появились странные люди со странными приспособлениями. Хотелось бы узнать цель вашего визита в Фивы.
Пока чиновник всё это произносил, он внимательно оглядывал гостиную и был поражён холодным воздухом в ней, а также наличием неизвестного металлического шкафа, которого, по утверждению хозяина гостиницы, здесь никогда не было. А также непонятного приспособления на стене, из которого выходила струя холодного воздуха.
— Цель нашего визита в Фивы — встреча с Хатшепсут, — ответил я, улыбаясь.
— Вы записаны на приём? — удивлённо спросил Птахмес, сверяясь с папирусом, который он развернул перед собой. — Как ваши имена?
— Бог Монту и богиня Бастет.
— Вы изволите шутить, уважаемые. За такое святотатство я обязан вас задержать и сопроводить для дальнейшего разбирательства к городскому судье.
— А если вот так, — ответил я и принял образ египетского бога войны, а Бает стала сама собой, то есть богиней-кошкой.
Чиновник от удивления выронил папирус, который я поймал в падении воздушной волной и снова вложил в его руки. Что ещё больше убедило его в том, что это никакие не шутки и не галлюцинации. Как я узнал из его подсознания, в Египте, оказывается, существовала голубиная почта и сегодня ночью почтовый голубь доставил известие из Бубастиса, что там появились бог Монту и богиня Бает, которые творили настоящие чудеса при массовом скоплении народа. Голубь прилетел прямиком на королевскую голубятню и об этом сразу узнала вся дворцовая стража. Но мало кто в это поверил, посчитав такое сообщение очень большим преувеличением. Особенно то, что касалось воскрешения сына главного жреца храма богини Бастет. Ведь все прекрасно знали, что в Бубастисе начались грандиозные празднования в её честь и народ там по этому случаю мог просто напиться до беспамятства.