Хроники Ордена Церберов (СИ)
Так! Стоп! Что она только что сказала?..
— Какая еще “Коса”, Грельда? И с какой стати она моя!
Глава 8
Танис
— Вы не слишком-то торопились, господа. Мы ждали вас гораздо раньше, — бургомистр Хорвуса, почтенный господин Атамус, был низкоросл и одутловат, разговаривал отрывисто и резко, смотрел брезгливо.
Илиан Камень чуть склонил голову, словно соглашаясь с этими словами, но даже не подумал добавить что-либо еще.
— К вашему сведению, два села уничтожены полностью! — раздраженно бросил почтенный господин Атамус. — Кто за это ответит, ваша милость?
Меня кольнули угрызения совести: если бы отряд не потерял время в болоте, мы могли бы успеть! А Камень поморщился:
— Здесь и сейчас я — цербер Ордена. Вы можете обращаться ко мне “почтенный Клык Илиан Камень” или “господин”. — И уточнил: — Когда это произошло?
— Шесть дней назад. Господин Клык ордена Цербера.
Совесть заткнулась, не успев как следует вгрызться.
Камень выразительно молчал, умудряясь удерживать одновременно нейтральное и многозначительное выражение лица.
Интересно, если Солнышко вернулся домой, не помня себя, а после возвращения его сразу забрали в орден, выходит, делать такую морду его никто не учил, и это у аристократов врожденный навык, как у рыбок — плавать, да?
Жаль, если да — я бы тоже так хотела.
Вроде как, и не обхамил никого, но и дал понять, что считать умеет и его никак не убедить, что три дня нашего пути стоили кому-то жизни шесть дней назад.
— Пожалуйста, расскажите нам в подробностях, что именно случилось с вашими сёлами. Почему вы пришли к выводу, что там действовали именно чудовища, а не разбойники или дикие животные? Нам нужны все детали и возможность осмотреть оба места.
— Почтенный, — выражение лица бургомистра ясно показывало, что не слишком почтенный, — Возможно, вы ждете, что я лично вас туда сопровожу? Или что буду отвечать на ваши вопросы? Это я жду от вас ответов! Это я жду, что вы расскажете мне, кто там был — разбойники, звери или твари, и принесете их головы! И мне всё равно, кто это был. Я достаточно плачу вашему акрополю, и жду, что виновные будут наказаны!
Почтенный толстяк ухватил стоящий на столе колоколец, тряхнул его — тот не издал не звука, но дверь за нашей спиной мгновенно отворилась и в кабинете возник секретарь, жилистый и сухопарый, в противоположность своему начальству.
— Слушаю вас, господин Атамус! — склонился он в поклоне.
— Эверик, — отрывисто скомандовал бургомистр, — сопроводи гос-спод церберов.
— Да, господин Атамус!
И, выпрямившись, обратился к нам:
— Следуйте за мной, господа!
А идея поставить Камня во главе отряда была не так уж плоха. Да что там, хороша даже — если уж с виконтом Бернийским бургомистр Хорвуса говорил так, то страшно подумать, как он держался бы с цербером из простолюдинов.
Когда мы вышли вслед за проводником, я жгуче тосковала по временам ведьмовского прошлого, когда любую неприятную морду можно было просто и незатейливо проклясть.
Или затейливо. Очень-очень затейливо.
Вьючных лошадей мы успели оставить на постоялом дворе, и седой хозяин из бывших церберов, которому и предназначалась часть груза, обещал позаботиться о животных в лучшем виде, а вот подседельным отдых в теплой конюшне с клевером и овсом не светил.
Больше всех грустил об этом Коряжка, и даже припасенный специально для него сухарик не смог развеять бездны скорби на рыжей морде: так, со скорбью, и цокал копытами по мостовым Хорвуса.
— Вы ведете нас к отделению стражи, уважаемый? — спросил Камень, лишь самую малость повертев головой, после того, как мы отъехали из ратуши. — В таком случае, не трудитесь, мы знаем дорогу.
— Но, ваша милость…
— “Почтенный”. Или “господин цербер”.
— Но, господин цербер, почтенный бургомистра Атамус распорядился сопроводить вас… — сухопарый Эверик, вынужденный пешком сопровождать пятерых конных, помялся совсем немного, и сдался, — Впрочем, если вы действительно знаете дорогу…
— Вам не о чем беспокоиться, — заверил его Камень, и направил коня вперед.
— Что будем делать? — деловито уточнил у Камня Гемос, стоило нам только остаться без провожатого.
— Доберемся до стражи, выясним, что здесь вообще произошло, добудем проводника и поедем смотреть сами.
— А если там не нечисть?
— Гемос, он платит Ордену лишние двести монет каждый год. Ты что, переломишься за двести монет разбойников или волков погонять? Особенно таких, которые две деревни вырезали.
— Мы церберы, а не егеря и не городская стража, — проворчал Гемос, но больше для порядка.
— Коса. Эй, Коса!
Я завертела головой, пытаясь сообразить, кого это зовет Ринко.
— Танис! Ты чего такая кислая? Физиономия — хоть простоквашу сцеживай! — Ринко потерял терпение, и только тогда я поняла, что зовет он не “кого-то”, а меня. — Тоже за честь ордена радеешь, и что не к лицу бравым церберам за разбойниками и бродягами по лесам гонять?
— Да какая мне разница, кого гонять? — от растерянности честно брякнула я. — Лес — он и есть лес, а разбойники так даже приятнее: ни яда, щупалец, ни брони — знай, руби куда хочешь!
— Два сапога пара! — заржал Ринко. — Так скисла-то чего тогда?
Поняв, что Батог не отцепится, я призналась:
— Да бургомистр этот, почтенный господин Атамус, чтоб ему!
— А что не так? — удивился Ринко.
Камень, шедший впереди, оглянулся:
— Он не скупится платить золотом, чтобы иметь возможность призвать Орден на защиту по первому требованию, не плюнул на две погибшие деревни, хотя уж деревни-то к его Хорвусу не относятся никаким боком. В ратушу нас позвали, не успели мы еще обустроиться на постоялом дворе — значит, нас ждали и отправили гонца, как только мы проехали ворота. Да и приняли нас сразу, как от почтенного господина Атамуса предыдущий посетитель вышел, — Камень перечислил всё это, и подытожил, — Хороший бургомистр!
— Ладно, ладно! — я подняла руки, уступая напору доводов, и рыжий тут же воспользовался этим, чтобы вильнуть в сторону огрызка на обочине.
Подхватив поводья и обложив ненасытную скотину по скотской матушке, я продолжила:
— Хороший бургомистр, а что говорил, как в нужник смотрел — так это просто болеет. Но я не поняла, зачем он вообще нас в ратушу вызвал?
— Так за этим и вызвал, — пояснил Камень снисходительно, с видом превосходства, и тут же стал из Камня снова Солнышком. — Вздрючить, чтобы нам резвее искалось!
— Сейчас за городскую стену выедем, там у кривой березы развилка будет — вот если влево взять, так та дорога к Бортникам ведет. А чуть дальше, по мостику через Пьяную, то и к Шелесту!
Выделенный нам как проводник стражник, ровесник мне годами, слава Ведающему Тропы, не стал размазывать сопли по тарелке, а сразу подхватился в седло — чем и подтвердил правоту Солнышка.
Нас ждали, а бургомистр, надо думать, озаботился придать резвости не только пришлым церберам, но и местной страже.
— А большие-то села? — уточнил Камень.
— Да какие села, господа церберы! Так, выселки, на оба хутора со старыми и малыми дюжина душ наберется!
Ох и жук, господин бургомистр Атамус! Небось, когда с купцами говорит, тоже медяшку за золотой продать умудряется!
Наш отряд наконец миновал городскую стену и теперь мы бодро трусили по дороге.
— Рассказывай, — велел Илиан, и стражник охотно заговорил.
— Неладное обнаружили, потому что Шелест, лесник господина нашего графа Ирийского, в положенных день в город не явился. Он так-то бирюк бирюком, но в начале каждой недели в Хорвус наведывался — за охотничьи дела отчитаться. А то и чаще, ежели браконьера изловит или нужда какая настигнет. И был у него уговор с тратирщией, что на Малой Гончарной заведение держит, что она к его приходу подгадывала и снедь собирала. Вроде как, хлеб свой, и до сдобы дядька Шелест был большой охотник. Когда он в оговоренный день не явился, трактирщица встревожилась, послала мальчишку… Так бы может пацан и не всполошился — нет лесника дома и нет, эка невидаль! Но к дядьке Шелесту удобнее всего через мост добираться, а там мимо хутора бортников никак не промахнешься. И вот там пацан неладное и почуял: день в зените давно, а скотина в хлеву ревет, не на выпасе и не обихожена. Заглянул через тын — двери все нараспашку, а людей не видать.