Белый Дракон
В Тронном зале воцарилась тишина. Было слышно лишь, как завывает ветер за окном, врывается в замок и носится по его коридорам. Казалось, что люди, затаив дыхание, слушают этого странного человека, явившегося из незнакомого им места.
— Дейнерис, ответьте мне, для чего вы прибыли в Вестерос?
— Спасти страну от узурпатора, который угнетает мой народ, — ответила Дейнерис давно заученной фразой. — Я хочу лучшей жизни для жителей всех Семи Королевств.
— Так спасите их, мать вашу! — неожиданно для всех рявкнул Геральт, и его голос эхом разнесся по замку. — Ваш народ погибнет, если вы начнете биться с Серсеей за этот чертов стул наших предков.
— Наших? — удивилась Дейнерис. — Что вы хотите этим сказать?
Геральт не успел что-либо ответить. На пороге Тронного зала показался Безупречный. Подойдя к командиру, он что-то негромко сказал ему и замер, словно статуя.
— Ваше Величество! К вам жрица из Асшая по имени Мелисандра, — обратился к Дейнерис предводитель солдат-евнухов.
— Зар-раза, — чертыхнулся Геральт, услыхав это имя, но его никто не услышал.
Дейнерис, кивнув, дала разрешение впустить женщину. Жрица вошла в темный зал, шурша красным платьем. Увидев Геральта, она замерла на пороге, изогнув брови дугой.
— Геральт из Ривии? — удивленно протянула она. — Какая приятная встреча!
— Не могу сказать того же, Мелисандра, — произнес Геральт негромко.
— Вы знакомы? — поинтересовалась королева, недоумевающе глядя то на жрицу, то на мага. Если Мелисандру все это, казалось, забавляло, то Геральт явно был смущен.
— Боюсь, что да, — повернув голову к Дейнерис, ответил Геральт.
— Что это за Ривия? — спросил Тирион. — Может, кто-нибудь, наконец-то, просветит нас по этому вопросу? И почему мы про нее не знаем?
— Ривия — это государство, в котором живут самые могущественные маги в мире, — заговорила Красная жрица, снимая с головы капюшон. — Лишь избранные знают, как найти туда дорогу. Обычно, маги сами находят тех, кто в них нуждается. Но, насколько мне известно, ваша гильдия никогда не вмешивалась в войны?
— Ты решила выдать все наши тайны, Мелисандра? — задал вопрос Геральт, пристально глядя на жрицу.
Красная женщина, повернувшись к Геральту, чуть заметно улыбнулась и продолжила:
— Думается мне, что мы с Геральтом тут по одному и тому же вопросу. Не так ли? — вопросительно изогнула брови жрица, взглянув на Геральта своими кроваво-красными глазами.
— Думаю да. Иные.
— Иные, — подтвердила жрица, коснувшись рукой изумрудного кулона на своей шее. — Я узрела их в пламени жертвенного костра. В нем же я увидела и вас, Дейнерис Бурерожденная, и уверена, что вы сыграете свою роль в этой войне. Так же как и другой, Джон Сноу. Вы должны с ним встретиться, Ваше Величество.
Затем она повернулась к Геральту, который смотрел на нее со свойственным ему скучающим выражением, и сказала:
— Раз уж чародей из самой Ривии прибыл на помощь людям, я могу отправляться дальше. В этой войне людям понадобится любая помощь.
— Значит, это правда? — придя в себя после всего услышанного, проговорила Дени. Ее голос звучал негромко, но слова проникли в уши каждого, кто находился в Тронном зале.
— Боюсь, что да, Ваше Величество, — кивнула Мелисандра. — И прежде чем я отправлюсь за Узкое море, у меня к вам есть еще одно дело. Драконье стекло. Именно оно поможет вам склонить чашу весов в свою сторону.
Примечание к части
Сразу отвечу на ваш вопрос: что же хотел сказать Тирион?
"Уверяю вас, то, что я карлик…". Фраза должна была закончиться так: "...еще не значит, что мы не можем быть родственниками".
Палата Расписного стола
Дейнерис восседала в центре Расписного стола и выбивала пальцами дробь по резной столешнице. Она была совершенно сбита с толку последними новостями и все еще не знала, как на них реагировать.
Сейчас она напомнила Геральту Серсею, и он незаметно для всех усмехнулся. После того, как на Драконий Камень прибыла еще и жрица из Асшая, Дейнерис предложила всем пройти в Палату Расписного стола и обо всем спокойно поговорить. Ее советница, Миссандея, разлила по бронзовым кубкам вино и поставила на стол чаши с фруктами, сыром и финиками из садов Миэрина. Геральт тут же взял предложенный напиток и с насаждением сделал большой глоток.
Дейнерис, откинувшись на высокую спинку стула, обвела присутствующих пристальным взглядом. Остановив взор на Геральте, она заговорила:
— Геральт, так что вы имели ввиду, когда говорили — наши предки?
— Так ты не сказал королеве, кто ты на самом деле? — удивилась Мелисандра.
Она сидела возле камина, пытаясь разглядеть в ярком пламени грядущие события, но услышав вопрос королевы, перевела глаза на Геральта. Тот, пожав плечами, ответил:
— Не представилось случая.
— Итак, мы вас внимательно слушаем, — проговорила Дени, принимая из рук Миссандеи кубок с вином.
— Как хорошо вы знаете историю своей семьи, Дейнерис? — спросил Геральт после небольшой паузы.
— Думаю, что хорошо. В детстве мой брат перед сном рассказывал о Роке Валирии, о Завоевании Эйгона, о Харрене Черном, сгоревшем заживо в своем замке вместе с сыновьями, — ответила девушка, крутя в руках бронзовый кубок с изображением дракона. — Но почему вы спрашиваете?
— В это будет трудно поверить, но я — Деймон Таргариен.
Реакция собравшихся оказалась именно такой, как он и ожидал. Дейнерис удивленно округлила глаза, Тирион Ланнистер ухмыльнулся, Варис снова захихикал, как глупая девица. Взглянув на Мелисандру, он увидел, что она выжидающе смотрит на королеву.
— Тот самый, который был женат на Рейнире Таргариен, и который пропал без вести? — поинтересовался Тирион, отпив немного из кубка. Красные капли потекли по его бороде, и он утер их ладонью. — Тогда вам сейчас, стало быть…
— Двести двадцать три года, — ответил Геральт, не моргнув глазом. — Ваша сестра задавала те же вопросы.
— Прошу меня простить, но этого не может быть, — отрезала Дейнерис, словно бы очнувшись.
— Нет, может, Ваше Величество, — ответила за Геральта Мелисандра, встав со своего места. Шурша подолом платья, она подошла к Геральту и встала рядом с ним. — Настоящее имя Геральта — Деймон Таргариен. Я понимаю, в это трудно поверить, но, тем не менее, это истинная правда.
— Но как такое возможно? — поинтересовалась Дейнерис, покачав головой.
Геральт тяжело вздохнул. Ему совершенно не хотелось вновь рассказывать свою историю, но выбора у него не было. Еще в Ривии, приняв решение отправиться в Вестерос, он знал, что расспросов не избежать. Проще всего было придумать какую-нибудь историю, соврать о том, кто он такой, но он не мог вновь предать свою семью, прикинувшись кем-то другим. А значит, делать нечего…
— Боюсь, что это долгая история, — он сделал попытку увильнуть от этого разговора.
— Которую мы все жаждем послушать, — перебил Геральта Варис. — Никто не знает, что случилось с Деймоном Таргариеном, и если вы — правда он, ваш рассказ должен пролить свет на многие вещи.
Покрутив в руках кубок с вином, Геральт, снова вздохнув, начал свой рассказ:
— Увы, за давностью всего случившегося, многое я уже не помню. Но то что помню, хотелось бы забыть, но не получается.
Его рассказ был невеселым, и люди за столом слушали его, затаив дыхание. Когда Геральт дошел до смерти своего дракона, в глазах Дейнерис блеснули слезинки.
— Когда я очнулся, то увидел на берегу озера Караксес. Он еще дышал, но ему оставалось немного. Я с трудом подполз к нему, дотронулся до крыла, и потерял сознание. Очнулся вновь я в деревянной повозке, и увидел перед собой верхушки деревьев. Как оказалось потом, я забрел в какой-то лес и меня, израненного, подобрал старик-горшечник. Он отвез меня к себе домой и выходил. Тогда же он и рассказал мне, что Деймона Таргариена считают мертвым и я решил, что так тому и быть. Деймон Таргариен умер, а вместо него родился Геральт.