Сонный Дом

– Это особое место, но тайное, скрытое от посторонних глаз, – ответила ей старушка. – Взять хотя бы Дом. У него такой непростой характер. Мне понадобилось двадцать лет, чтобы заслужить его доверие… А тебя он сразу впустил. Так как же тебя зовут?
– Фини.
Старушка аккуратно поставила вазу с розами на столик, а затем оправила свое длинное платье – льняное, с тонкими полосами аккуратных белых кружев и пояском. Фигура у нее была стройной, как у двадцатилетней девушки, но лицо и шею давно избороздили глубокие морщины. Да и взгляд ярко-синих глаз казался строгим, серьезным и печальным.
Внезапно Фини изумленно уставилась на подол старушкиного платья – из-под него выглянул пушистый полосатый хвост, смахивающий на кошачий.
– Замечательное имя, – приветливо сказала старушка, присаживаясь на стул. – Меня ты можешь звать Госпожой Садовницей или просто Садовницей.
– Хорошо.
– Послушай, Фини… Какое у тебя полное имя? У тебя должно быть сонное имя.
Фини задумалась. Да, ее звали Финиста, так было записано в свидетельстве о рождении. И мама даже проговорилась тете Лиз, что услышала это имя во сне и оно ей очень понравилось. Но после того как младшая дочь стала засыпать на недели, мама предпочла называть ее коротко – Фини.
– Значит, Финиста, – удовлетворенно произнесла Садовница после того, как девочка поделилась с ней этой историей. – Да, это красивое сонное имя… Скажи-ка мне, Финиста, ты ведь уже гуляла по саду? Что тебе больше всего здесь понравилось?
– Олень, – тут же отозвалась Фини. – И еще Хохотун, пожалуй. Он забавный. И шатуны. И Шаль, конечно!
Садовница покивала.
– А ты умеешь заводить друзей, – сказала она. – Раз уже познакомилась с Эдвардом.
– С Эдвардом? – переспросила Фини. – Так зовут оленя?
– Конечно. Вообще-то Эдвард не доверяет людям, потому что они ходят по саду и все ломают. Или подсылают дрим – черных птиц с человеческими лицами, чтобы те ловили шатунов. Ты слышала о дримах?
– Кажется, я даже видела одну по дороге сюда, – кивнула Фини. – Она хотела поймать шатуна. Но меня она не тронула.
Садовница улыбнулась, отчего в уголках ее глаз собрались морщинки. Сейчас она была похожа на добрую бабушку, только во взгляде синих глаз чувствовалась затаенная сила и решимость, словно ей не раз приходилось переживать самые разные невзгоды.
– Вижу, Эдвард даже подарил тебе лист сонного японского клена? – продолжила Садовница, глянув на карман лоскутного сарафана Фини. – Это необычная вещь – твой лунный знак… Всегда носи эту брошку с собой – она подскажет тебе, во сне ты или наяву. Обычно во сне цвет сонного японского клена бывает серо-белый, словно присыпанный серебряной пылью. А в реальности – яркий, такой, как сейчас. Кроме того, эта вещь будет меняться, чувствуя твою нарастающую силу сонной магии… И еще, всегда обращай внимание на острие! – Старушка подняла вверх указательный палец. – Если острие засверкает, значит, происходит что-то важное для тебя. А если почернеет, то тебе грозит опасность.
Фини поежилась. В этом прекрасном месте как-то совсем не хотелось думать об опасности. А еще ее очень удивило, что Садовница видит то, что лежит у нее в кармане. Может, она и Фини видит насквозь?
– Или когда твои друзья в беде, – тем временем продолжила Садовница. – Скажи-ка, Фини, у тебя есть друзья?
Вопрос застал девочку врасплох.
– Ну-у, не совсем, – замялась она.
– Как это «не совсем»? – удивилась Садовница. – Друзья либо есть, либо нет.
– Сейчас я ни с кем не дружу, – призналась Фини. – Из-за того, что все обзываются. Вот у меня есть сестра и брат. Но даже они считают меня чудачкой… из-за снов.
Садовница понимающе усмехнулась.
– Не переживай, Финиста. Все дело в том, что ты еще не встретила таких же чудаков, как ты сама… Скажи, а давно ты ходишь во сне? – вновь задала она вопрос.
Фини проследила за медленно плывущей по воздуху улиткой размером с велосипедное колесо. Кажется, улитка что-то тихо напевала по дороге, а затем вдруг с радостным визгом ухнула в шумящий за краем обрыва водопад.
 
– Вы ведь тоже это видите, да?
– Что вижу, милая?
– Огромную улитку, фей на яблоках, зеленых кроликов… Здесь, в саду, столько всего необычного!
– Я вижу больше, чем ты думаешь, но меньше того, что видишь ты, – неожиданно произнесла Садовница. – Все зависит от того, с какой стороны смотреть – с моей или твоей.
Фини озадаченно почесала макушку.
– Вы хотите сказать, что люди видят одно и то же по-разному?
– Конечно! Поэтому мир такой интересный. Особенно в снах, когда люди встречаются со своими фантазиями.
– Наверное, вы правы…
– Ты ведь уже пробовала творить? – снова спросила Садовница и с интересом прищурилась, ожидая ответа.
– Да, много раз! – просияла Фини, радуясь возможности поговорить о «сонном волшебстве», но тут же смутилась: – Вообще-то у меня далеко не всегда выходит то, что я хочу. Например, я строю замок, а получается ведро клубники. Или же я лечу на драконе, а он превращается в черепаху, и мы падаем. Хорошо, что я успеваю стать рыбой.
– То есть ты падаешь всегда в воду? – Садовница удовлетворенно покивала.
– Иногда я просто замедляю падение, – охотно объяснила Фини. – У меня вырастают крылья или я опускаюсь на землю на воздушном шаре.
– Ты этому научилась сама? – продолжала спрашивать Садовница. – Скажи мне, Финиста, у тебя есть ментор? Учитель?
– Учителя у меня есть, конечно, – покивала Фини. – По алгебре и геометрии, географии, физике… Только в реальности я ни с кем не говорю о снах. Иначе меня снова будут называть чудач…
– Сотвори что-нибудь, – перебила ее Садовница. – Скажем, налей мне чаю.
Фини хмыкнула – это было проще простого. Ее ладони привычно обвели невидимый шар – так она всегда начинала создавать вещи, – и на столе появился пузатый, красный в белый горошек чайник. Из его узкого носика взвилась струйка пара, сразу же потянуло свежей мятой. Подумав, девочка добавила три чашки и блюдо с рогаликами. Кто знает, может, и Эдвард заглянет?
Садовница выглядела довольной.
– У тебя есть талант, – заметила она. – Но не хватает знаний, надо еще многому обучиться. Посмотри, твой чайник так и норовит поменять форму.
И правда, чайник почему-то вытянулся дугой и стал похож на водопроводный кран. Из него полезли большие капли – каждая принимала форму чашки и улетала куда-то в сторону сада.
– Ты очень странная девочка, – сказала Садовница.
– Вот и моя бабушка Эльвира говорит, что таких странных девочек, как я, больше нет в природе, – пожаловалась Фини. – И мне кажется, что мама с папой с ней согласны… Не говоря уже о моей сестре, брате и его друзьях.
Садовница неожиданно тепло улыбнулась. В уголках ее ярко-синих глаз снова собрались сеточки морщинок.
– Запомни, Фини, твоя семья – это твоя опора, ты должна им доверять в любом случае. Что бы они ни говорили, они всегда будут на твоей стороне. Родители могут казаться тебе слишком строгими или равнодушными и могут не понимать твоих увлечений, но они всегда будут рядом, чтобы оберегать и защищать, потому что любят тебя. Как и твоя бабушка, сестра и брат. Вот почему ты должна научиться контролировать свой сон и больше не пугать их.
Фини удивленно вскинула глаза. Разве она пугает?
– И запомни: подарок Эдварда дан тебе не просто так. – Старушка указала на карман сарафана. – С помощью листа клена ты всегда будешь знать, во сне ты или наяву. Поняла?
Фини заинтригованно кивнула. Она всегда хотела научиться входить в сон и выходить из него по своему усмотрению. Неужели теперь получится?
Внезапно ее взгляд упал на маленькую калитку, полускрытую листвой и цветами жимолости.
 
– А что там? – указала Фини. – Куда ведет эта калитка?
Старушка улыбнулась, даже не повернув головы.
– Запомни, Фини: в этом саду есть много дорожек и много лабиринтов, которые могут завести тебя в самые разные места. Некоторые из них очень опасны… вот как эта дорога, о которой ты спрашиваешь. Пообещай мне… – Ее синие глаза приблизились, и в них вдруг прорезались черные вертикальные зрачки, как у кошки, немного напугав Фини. – Пообещай мне, – повторила Садовница, – что не пойдешь за озерную калитку без надобности. Лестница за ней ведет в очень, очень опасные места. А здесь, в саду, ты всегда будешь под защитой.