Разоблаченная (ЛП)

‒ Это насилие, Изабель.
Я трясу головой.
‒ Это не так. Не совсем. ‒ Я дрожу. ‒ А с другой стороны, так и было. Я не знаю. Все так запутанно с ним. Он влезает мне в голову и как-то делает все мысли какими-то... не имеющими смысла. Не... принадлежащими мне. Я не знаю. Он все, что я когда-либо знала с того момента, как впервые проснулась. Это всегда был он.
‒ Так прежде, в моем конференц-зале...
‒ Я хотела этого, Логан. Пожалуйста, поверь мне. Я очень сильно этого хотела. Обожала каждую секунду. То, как ты меня касался, целовал, я никогда не знала раньше, и это сводит с ума.
Я поворачиваюсь на стуле так, что встаю перед ним, беру его за колени, когда он поворачивается ко мне.
Он смотрит на меня с осторожностью, его голубые-голубые глаза глядят прямо в душу.
‒ Никогда не ври мне, не говори мне то, что, по-твоему, я хочу услышать. Хорошо? Пожалуйста. Я скорее услышу неприятную правду, чем легкую ложь.
‒ Я обещаю всегда быть честным с тобой.
Каким-то образом у нас закончилась еда и оба пива, и Логан неожиданно бьет по столу.
– Время кино.
‒ Что?
Я сбита с толку внезапной сменой темы.
‒ Я пообещал тебе, что как отвезу домой, накормлю пивом и пиццей и мы устроим марафон просмотров фильмов. ‒ Он подтолкнул пустую бутылку. ‒ У нас было пиво и пицца, поэтому сейчас время для кино.
‒ Хорошо. ‒ Я не знаю, как сказать, как бы сильно я не хотела смотреть с ним фильмы, еще больше я хочу закончить то, что мы начали в конференц-зале.
Он берет меня за руку и ведет в свою спальню, которую я еще не видела. Она простая, но красивая и уютная, как и все остальное в доме. Приглушенная зеленая краска на стенах, на полу толстый и темный ковер, выступающие потолочные балки, широкая и высокая кровать из темного дерева, а на стене напротив телевизор с плоским экраном.
Он указывает на кровать.
‒ Единственное место, где можно смотреть телек, так что располагайся.
Я расправляю платье на бедрах ладонями, нервным движением.
‒ Хорошо.
Кровать высокая, а мое платье не предназначено для подъемов. Во всяком случае, не изящно и скромно. Я пытаюсь проскользнуть на кровать сзади, прижимая колени друг к другу. Я не знаю, почему пытаюсь быть скромной, учитывая, чем мы недавно занимались и где были его пальцы, но мне кажется это нужно. У меня не получается, в итоге прижимаюсь спиной к краю матраца и извиваюсь. Я пытаюсь зацепиться ногой об край, но без взглядов Логана не обходится. Особенно на каблуках.
Он смеется, и я не могу удержаться: тоже смеюсь, потому что мои попытки забраться на кровать были весьма смешными.
‒ Изабель, милая. У тебя шикарное платье, не пойми меня не правильно. Но... Не хочешь одеть что-то другое? Например, мою рубашку?
‒ Но ведь твоя рубашка будет мне очень велика? ‒ спрашиваю я.
Он кивает.
‒ Это точно. Будет как ночная рубашка.
‒ Конечно. Я попробую.
Стараюсь, чтобы голос звучал обыденно, но от мысли о том, чтобы надеть одну из рубашек Логана, в животе завязываются узлы.
Он открывает ящик комода под телевизором, достает аккуратно сложенную черную футболку.
 
‒ Это одна из моих любимых футболок. Она у меня со средней школы. Она действительно мягкая и удобная, и... да, ‒ он отворачивается, ‒ я дам тебе секунду, чтоб переодеться.
Я снимаю туфли, и мои ноги сразу благодарят меня. Логан в дверях спальни, трет затылок, и я понимаю, что предоставляя мне секунду на переодевание, он хотел, чтоб я уединилась.
‒ Ты... эм... ‒ я делаю паузу, чтобы успокоить нервы. ‒ Тебе не нужно уходить, Логан.
Он остановился и положил руку на дверную ручку.
‒ Я не делаю никаких предположений, Изабель. Всему свое время, хорошо?
‒ Ты уже видел меня голой, Логан.
‒ Это не значит, что я буду полагать, будто ты не против, чтобы я наблюдал, как ты переодеваешься. Это личное.
‒ Так же как и то, чем мы занимались в комнате для совещаний.
На его лице появляется улыбка.
‒ Верно. ‒ Он прислоняется спиной к двери спальни. ‒ Я останусь, если ты этого хочешь.
‒ Я не против, ‒ говорю я, протягивая руку за спину, чтоб расстегнуть молнию. ‒ На самом деле, я не хочу, чтоб ты уходил.
У меня не получается без гримасы расстегнуть молнию. Логан тремя длинными шагами пересекает комнату и становится позади меня.
‒ Позволь мне.
Его пальцы касаются задней части моей шеи, перекидывают мои волосы через плечо, и я чувствую, как давление платья ослабевает, пока он тянет вниз молнию.
Я жду большего, но чувствую, как он отходит.
‒ Туда.
Я поворачиваюсь к нему лицом. Его глаза исследуют меня, и я не могу ошибиться: он хочет меня, я вижу.
‒ Логан, ‒ начинаю я, не уверенная, что хочу сказать.
Я решила, мне нечего сказать. Я продолжаю смотреть на него, пожимаю плечами, позволяя одежде съехать до моих согнутых и прижавшихся к животу рук. Я нервничаю, но не позволю этому помешать. Я трогаю свои бедра, и платье ложится вокруг моих ног.
Глаза Логана пожирают мое тело, и он яростно дышит.
‒ Ты так прекрасна, Изабель.
‒ Я даже не обнажена, ‒ говорю я, чувствуя дискомфорт от комплиментов.
‒ Ты не должна раздеваться, чтобы быть красивой, ты знаешь это. ‒ Он делает шаг ко мне и его пальцы прикасаются к моей талии. ‒ Ты такая сексуальная в нижнем белье.
У меня загораются щеки, и, не выдерживая зрительного контакта, я наклоняю голову.
‒ Спасибо. ‒ Это все, что я могу выдавить из себя.
Я обхватываю пальцами его запястье, чтобы он не смог убежать. Он не пытается, просто прижимает ладонь к моему позвоночнику прямо в центре моей спины. Я замечаю, что он не касается меня в сексуальном плане. Избегает любых эрогенных зон. Ради меня или себя?
Следующий шаг, кроме как броситься на него, это закончить раздевание. Я поглощаю свой страх. Я знаю, что он не отвергает меня, что он проявляет уважение и дает мне время, которое мне необходимо, учитывая то, что произошло не так давно. Но все, о чем я могу думать, это его поцелуй, его рот на моем; все, чего я хочу, это его прикосновение, чтобы снова кончить для него. Чувствовать его. Чтобы заставить его кончить. Я хочу знать, как он выглядит, когда теряет контроль.