Клинок Гармонии (СИ)
— Я бы еще многое для тебя сделала, но есть вещи, которые ты должна сделать сама, потому попробуй сделать все в своем духе.
— Амелия? — опешившим взглядом посмотрела на нее Ишимару.
— Попробуй сама себя защитить, — напоследок сказала девушка, а затем вновь устремила взгляд в небо, широко раскинув руки в стороны, но они казались более худыми, чем раньше, как и все остальное тело, на котором свисал костюм, который еще недавно был в обтяжку. Вся эта картина казалась странной, ведь не только Хорнет не понимала происходящего, но и наблюдающие за ними гвардейцы, пока в голове девушки не промелькнуло осознание того, что сейчас произойдет.
— Газ? — принюхиваясь, в сомнениях пробормотал мужчина-шепот, пока в момент сам не понял, какой опасности подвержен. — ВСЕ НАЗАД!
Следом за его словами некоторые гвардейцы пустились в бега, пока остальные пытались понять, что происходит, даже не подозревая, что уже через мгновение окажутся в могиле.
— Я иду к тебе, братец! — с широкой улыбкой произнесла Амелия, после чего загорелась в свете искры.
— ЛИЯ! — истошно закричала Хорнет, но было уже поздно.
В эту же секунду все вокруг Амелии засияло ярким пламенем, и Хорнет успела лишь выставить перед собой плотный кровяной щит, полностью закрывающий ее от угрозы впереди. Следом за этим по полю пронеслась сокрушительная волна разрушительного выброса колоссальной энергии от взрыва, сотрясая землю. Гигантский гриб поднялся над головами девушек, а все попавшие в радиус поражения гвардейцы за мгновение истлели до костей, не успев издать ни крика, ни писка. Этот взрыв был последним в жизни Амелии, и она вложила в него все оставшиеся силы до последней капли, и мощность взрыва оказалась настолько огромной, что поразила весь фланг, не дотянувшись разве что до пробежавших и отстающих от колонны.
— Что это? — тотчас вопросила Эмили, не просто заметив яркую картину, но и будучи практически сбитой с ног взрывной волной. — Неужели…
— А-А-А-А-А! — послышались женские вопли в голове у девушки.
В тот момент она поняла весь ужас ситуации, ведь своими глазами наблюдала за тем, что было под силу лишь Амелии, а звук от взрыва, должно быть, полностью лишил слуха сидящую на другом конце поля Миву. Застыв на месте, та с пробирающим до костей страхом наблюдала за летящим в воздухе пеплом и выбегающими из пламени выжившими гвардейцами. Ее вечно зеленый город превратился в место начала настоящего апокалипсиса, и с каждой секундой все больше костей врезались в почву под ногами, формируя самое больше кладбище там, где сейчас стоит она. Жизнь девушки с этого момента уже не могла быть прежней.
Следом за взрывом в округе раздались странные звуки, и лишь взглянув в сторону комплекса, Эмили поняла, что с горы вниз стремительно движется оползень, который вскоре накроет весь город. Этот день отразился в ее памяти, как день падения Гармонии, но даже так никто из сторон не собирался сдаваться в пользу другой, ведь эта заразительная жадность уже давно сожрала сердца людей.
— Ну привет, майор Морроу! — послышался голос идущей среди дыма девушки, и лишь когда та показалась в видимом проблеске, можно было ее узнать.
— Виви, — скрипя зубами, прорычала Эмили, а затем тотчас пустилась в бега.
— Постой, ну куда же ты! — кричала ей вслед Виви, но со временем возгласы затихли.
Сдерживая всю бурю эмоций внутри, девушка без оглядки бежала к комплексу, раскидывая ногами внутренности павших в бою и спотыкаясь об их головы. Только в кошмаре можно было увидеть что-то подобное, но сейчас оно было наяву, и Эмили могла лишь бежать и бежать, проклиная день, в который родилась, ведь если бы не он, она могла прожить жизнь где-нибудь в мирном месте.
***
Лишь когда дымка немного спала, Хорнет наконец могла вылезти из кокона и оглядеться вокруг, однако ничего живого в радиусе нескольких километров она не застала: кругом лишь трупы, лужи крови, падающий с небес пепел и собственные разбитые очки. А посреди всего этого кошмара в позе с раскинутыми в стороны руками застыла обгоревшая черная фигура ее любимой подруги. Оскверненное тело, которое возможно похоронить лишь в закрытом гробу — таков был ее финальный выбор.
В воздухе витал едва различимый красный дымок, образовавшийся от того, что тепло взрыва выжгло немного крови девушки в процессе, и благодаря этому погибли не только сотни людей вокруг, но и еще столько же погибнут от удушья токсинами, пока все это не выветрится.
С тяжелым грузом на душе и слезами на глазах Хорнет замерла на боку посреди поля боя, понимая, что жить ей осталось от силы несколько минут, ведь за анемией всегда следует пустота. Дрожь и холод навязчиво трясли тело, пока эти ощущения наконец не стихли.
Так в тишине и сомкнулись глаза девушки, мечтавшей однажды стать адвокатом.
***
Постепенно гвардия стала подбираться к комплексу, который больше некому было защищать. С довольным лицом Эдвард бежал впереди всей колонны, опережая их на десятки минут марша, лишь бы первым достигнуть заветной мечты. В это время в его поле видимости промелькнула фигура хрупкой девочки, которая, истекая кровью, всеми силами старалась сдержать оползень, несущийся с горы вниз, кроша камни в осколки и стараясь их замедлить. Ей с трудом удавалось держаться на ногах, но она все равно не сдавалась и продолжала крошить камни, пока в один момент не смогла разделить один огромный поток на множество маленьких, думая минимизировать ущерб, отведя камни подальше от города, однако оползень чудесным образом остановился, и лишь отдельные огромные камни смогли достигнуть линии комплекса, разгромив своим весом то ли высокие защитные башни, то ли плоскую крышу, вынудив последнюю линию обороны укрыться глубоко внутри, оставив бедную Миву без защиты.
— Прошу, помогите, — приговаривала она, еле стоя на ногах, но стараясь зацепиться за частичку остаточной надежды. — У нас больше не осталось сил сражаться, мы больше не можем защищать Гармонию. Прошу, если хоть одна живая душа в городе может помочь — помоги нам, иначе все мы сегодня умрем. Для меня уже все кончено, но для вас — нет.
Почувствовав мимолетное облегчение, девочка рухнула на землю, застыв в положении на коленях, глядя куда-то вдаль, и она прекрасно знала о человеке, который все это время приближался со спины.
— Доволен? — спросила девушка, стоило Эдварду приблизиться.
Генерал проигнорировал вопрос и подошел поближе, усевшись на корточки прямо перед лицом Мивы, взглянув на нее с непробиваемым холодным выражением лица, которое постепенно расплылось в широкой улыбке.
— Столько людей погибло, столько друзей ты у меня отнял, а тебе все мало! — не имея возможности сдерживать слезы, заскулила Мива. — Что ты за человек такой?
— Ох, дитя, — ласково проговорил Эдвард, пройдясь рукой по щеке девушки, от которой она сразу отдернулась. — Тебе нужно время, чтобы принять то, что все это не имеет никакого смысла. Ваша борьба с самого начала была безнадежной, а ваши жизни не стоили ничего, как и ваша гордость, павшая в один день.
Сразу после своих слов тот подхватил Миву за горло и легким движением поднял девушку над землей, держа ее легкое тело одной лишь левой рукой.
— Может я и умру, но ты все равно увидишь, как эта павшая гордость засияет снова! — с трудом произносила Мива, выдавливая слова через удушье. — Мы будем сражаться за наши мечты, даже если придется потерять все!
— Знаешь, за этот день ты достала меня больше всего, — грозно произнес Айс, усилив хватку на шее. — Все время подслушивала, везде пыталась вставить свое слово и помешать моим планам. Назойливая и противная крыса, прячущаяся за спинами других.
— Ты точно такой же, — проскрипела зубами девушка.
— Слабая и никчемная, — продолжил Эдвард, проигнорировав ее слова. — Неспособная никого защитить, неспособная никому помочь. Жалкая и бесполезная крыса. Теперь тебе никто не поможет.
Пусть способность девочки и могла поставить генерала в затруднительное положение, она не могла даже сопротивляться — настолько ослабела в потоке длительных схваток, принимая на себя удары всех и сразу. Она желала лишь счастья, а получила свой худший кошмар, и теперь ее жизнь находится в руках врага, для которого честь стоит ниже, чем желание позабавиться.