Клинок Гармонии (СИ)

— Предатели! Конченные куски дерьма! Как вы могли предать свою семью?! — приговаривал он, продолжая избивать ослабевшую Аой.
Все было кончено, мы сами раскопали себе могилы, и получили заслуженное наказание, хотя я все еще не могу свыкнуться с мыслью, что для моего отца на первом месте всегда стояла не дочь…
— Морроу! — послышался знакомый голос, когда мои глаза уже начали закатываться. — Что за херня? Ты совсем с ума сошел?
— Они предали нас! — объяснился отец, перестав бить Аой и поднявшись на ноги. — Эмили что-то передала «Спектру», а принцесса об этом знала, но ничего не сказала! Они предали короля, предали нас, Эдвард!
— Погоди, в самом деле? — замешкался полковник Айс.
— Твою мать, да! — Джонатан проскрипел зубами так, что уши чуть не заложило. — Доложи королю, он должен знать о том, что Эмили и Аой — предатели!
— Погоди, ты реально поднял руку на королевскую дочь? — вопросил Эдвард, выдав в своих словах какую-то злорадственную насмешку.
— Ты меня не слышишь, Айс? Это приказ, сука, исполняй! — скомандовал отец.
— Именем короля, — прошипел Эдвард, после чего пол озарился красным свечением, действительно пугающим и олицетворяющим лишь истинную ненависть, — я приговариваю тебя к смерти!
Среди мутных очертаний в глазах отчетливо мелькнула картина, как отец снова хватается за свой пистолет, однако использовать его он не успел — голова слетела с плеч, один лишь меткий удар и жизнь генерала Морроу оборвалась, а тело разделилось на две части, одна из которых сразу же улетела вниз, обогнув перила, а вторая отправилась вслед за ней уже через несколько секунд. Теперь все вокруг по-настоящему затихло, были слышны лишь звуки нашего с Аой предсмертного хрипа, мешающие спокойно умереть.
— Держись, малышка, — Эдвард бросился ко мне и расположился рядом, достав что-то из кармана.
К тому моменту мои руки не могли более удерживать рану, я умирала от потери крови, но после слов полковника Айса на шее почувствовалось прикосновение, и чем дольше я его чувствовала, тем больше понимала, что силы возвращаются, пока наконец не смогла вздохнуть полными легкими. Резко оторвавшись от земли, я приняла сидячую позу, стараясь понять, что сейчас произошло. В глазах потемнело, голова закружилась и кровь резко прилила в мозг, но мне не было плохо — нет, напротив, я будто сошла с лодки, что ведет в загробный мир, и встала сушу, где обитают живые. Рана на шее исчезла, кровотечение остановилось, однако небольшая слабость все еще присутствовала — он залечил меня!
— А как же? — немного оклемавшись и придя в себя, я вспомнила про Аой, но, обернувшись, уже застала ее в добром здравии и полной отчужденности, будто во время сильной простуды.
— Ваша Светлость, как Вы себя чувствуете? — заботливо поинтересовался Эдвард, сидя рядом и придерживая ее руками.
— Н-нормально, — ответила Аой голосом истинного мертвеца. — С-спасибо… Эдвард…
— Это мой долг — защищать принцессу, — смиренно проговорил он. — Приберегите силы, не разговаривайте. Давайте лучше сюда, — Айс подхватил Аой на руки и перетащил ее к целым перилам, аккуратно усадив так, чтобы можно было восстановиться.
Следом за ней он перебрался ко мне, сделав тоже самое, а после просто уселся напротив, вздохнув с облегчением. Поверить не могу, что Эдвард не внемлил моему отцу, что он оказался настолько преданным королю и его семье, не потерпев выходки генерала, и сам при этом поднял меч на вышестоящего по званию — на своего командира.
Еще несколько минут мы молча сидели и пилили друг друга взглядом, на лице полковника мелькала весьма странная и пугающая улыбка, которая в комбинации с повязкой на глазах выглядела так, будто перед нами сейчас находится самый настоящий псих.
В какой-то момент я услышала шаги — кто-то шел по коридору, ведущему к смотровой площадке. Наклонив голову на бок, я взглянула на очередного гостя, застав перед собой никого иного, как Его Величество собственной персоной.
— Это же, — я заметила кровавые слезы, что текли из глаз Котая, а это означало, что он сейчас крайне зол.
 
— Что здесь произошло, Эдвард? — заговорил король, чей голос звучал так, будто он готов в любую секунду лишить человека жизни за ответ, который его не устроит.
— Ваше Величество! — Эдвард подскочил с места и приклонился, оперевшись на колено и уперев кулак в пол. — Генерал Джонатан Морроу предал нас, он в конец сошел с ума и набросился на принцессу! Капитан Эмили Морроу постаралась ее защитить, но сама получила пулю! Я подоспел вовремя и отрубил голову предателю. Еще минута, и жизни девушек тотчас бы оборвались! Благодаря той перчатке, что Вы мне дали, Аой и Эмили остались живы — я исполнил свой долг, как Ваш преданный слуга!
— Предал? — переспросил Котай.
— Да, Мой Король, судя по всему, он был заодно со «Спектром», — Эдвард нагло врал королю в лицо, сомнений в этом не было.
Не знаю почему, но полковник прикрывает нас, хотя сам, судя по всему, уже обо всем догадался. В чем смысл этих действий, он на нашей стороне?
— Аой, это так? — король переключил свое внимание на дочь, желая услышать подтверждение.
— Да, — на этом моменте Аой расплакалась, дыхание сбилось и голос стал похож на завывание, — он хотел убить меня, папочка!
После этих слов Котай проскользнул мимо меня и уселся рядом с принцессой, приобняв ее так, как меня никто никогда не обнимал, даже собственный отец.
— Все хорошо, солнце, все позади, — успокаивал он, поглаживая рыдающую дочь по спине. — Ты молодец, раз смогла защитить себя до прихода Эдварда, я горжусь тобой, Аой.
Глядя на них, я и сама невольно заплакала, хотя меньше всего в жизни люблю пускать слезы. В этот день я многое поняла — не только то, что дружеские узы порой оказываются крепче семейных, но и то, что все это время в клетке была не только Аой. Сегодня я потеряла отца, как когда-то потеряла мать, а потому осталась сиротой до конца жизни, но я ни секунды не пожалела о том, что сделала ставку, которая так или иначе что-нибудь забрала бы у меня. Единственное, что по сию секунду гложит — вопрос о том, почему я сама не смогла дать отпор отцу.
— Как ты, Эмили? — разбил тишину внезапный голос Котая, что положил руку мне на плечо.
Я не стала ничего отвечать, а лишь в той же манере, что и Аой, расплакалась, словно маленький ребенок, у которого отобрали конфету. Глядя в сияющие желтые глаза, никто не смог бы сдержаться в такой ситуации, однако на фоне бесконечного водопада слез на моем лице проскользнула умиротворенная улыбка, рушащая всю картину и приводящая ее в состояние неоднозначности.
— Все хорошо, ты большая молодец, — похвалил меня он. — Благодаря тебе моя дочь осталась жива, и я очень тебе благодарен, Эмили, потому с этого дня можешь с гордостью носить звание майора. Надеюсь, что в будущем ты будешь заслуженно стоять на месте своего отца, но не как предатель, а как золотой человек.
— Честь и слава… Ваше Величество, — промямлила я, стараясь найти место для благодарности.
— Честь и слава, майор Морроу, — улыбнулся он, похлопав меня по плечу.
Не знаю, что и думать — он так добр по отношению ко мне даже тогда, когда я всадила ему нож в спину. Он не стал относиться ко мне, как к человеку долга, а вместо этого поблагодарил по-людски, из-за чего теперь я ночами спать не смогу.
— Эдвард, — вновь заговорил король, — ты тоже повышен — займешь место Морроу на должности генерала, рассчитываю на тебя.
— Честь и слава, Ваше Величество! — Эдвард тотчас приставил к голове руку.
— Честь и слава, генерал Айс, — подхватил Котай. — А сейчас будь добр, позаботься о том, чтобы девушки получили должный уход и как можно быстрее пришли в себя.
— Есть! Будет исполнено! — однозначно ответил Эдвард.
Все закончилось, король молча скрылся в темноте длинного коридора, а мы чудом остались живы. Не уверена в том, что сейчас скажу, но я думаю, что кому-то сегодня очень крупно повезло. Никто не ожидал, что Эдвард подставится под удар, не только соврав королю, но и лишив жизни единственного свидетеля, на чьей стороне была правда. Конечно, Котай мог бы и сам узнать о произошедшем с помощью «шиирацу», но, судя по всему, он уже использовал свой козырь. Кровавые слезы — это они спасли нас… Король уже использовал что-то, помешавшее ему докопаться до истины своими силами, и только поэтому афера удалась, но теперь у меня появилось много вопросов, на которые так просто ответ не получишь.