Наследница огненных льдов (СИ)

– Это ты что-то путаешь, принцесса. А моя память меня не подводит.
Какие странные слова. Пришлось покопаться в воспоминаниях, чтобы выудить тот самый день, когда Вистинг поднимал меня на руки. Нет, лапал грудь, лобызал шею, хватал за локоть – это всё было. Но чтобы на руки…
– Не ломай голову, принцесса, – наконец сказал он, – это было очень давно. Прям стариком себя чувствую, когда вспоминаю.
– Я совершенно не понимаю, о чём вы говорите, – честно призналась я.
– Верю, – и он снова принялся мягко и осторожно массировать мои пальцы. – Я тогда был совсем молодой, только окончил военную академию. Что же за повод в тот день был? Кажется, юбилей Магнара Бергета, банкира, точно. Наши семьи дружны, так что я был в числе приглашённых на торжество в его поместье. Правда, не особо я стремился поздравлять старика, скорее, мне хотелось пересечься с его племянницей Ингрид. Милейшая была особа. В общем-то, мой план удался. Пока гости поедали десерт, мы с Ингрид прогуливались по парку близ особняка, потом беседовали на скамейке около фонтанчика. А по парку сновали детишки. Внук Бергета играл в салки с одной приметной девочкой. Сарпальские дети в высшем свете империи всегда были редкостью. Хотя, о чём это я, ты как была единственным исключением, так по сей день и осталась.
Мне стало не по себе. Какое странное ощущение чего-то неправильного и ирреального. Вистинг помнит меня ещё маленькой девочкой? А вот я его молодым курсантом – нет.
– В общем вы с молодым Бергетом носились вокруг того фонтана наверное с полчаса. Пока я охмурял Ингрид, ты успела залезть на бордюр, потом подбила на эту авантюру и своего приятеля, и вы начали бегать по мраморной чаше, правда, недолго. Только я наклонился, чтобы поцеловать Ингрид, в фонтане уже раздаётся плеск и плач. Молодой Бергет сидел в воде и ревел во всё горло, а ты бултыхалась рядом с ним, плескалась в него да ещё смеялась. В итоге, доставать вас двоих из фонтана пришлось мне. Тебя я схватил в одну подмышку, его в другую, так и отнёс в дом. Потом вами занялись слуги. Родители Бергета и твой опекун поохали на тему озорных детей, ну а я стал героем дня для Ингрид – я же спас из воды её племянника.
Надо же, а я совсем ничего такого не помню. Хотя нет, в фонтане мне купаться доводилось, было такое. И плачущий Томас Бергет там тоже был. А потом кто-то действительно прервал наши водные процедуры и оттащил в дом. Кажется, я даже запомнила слова того взрослого человека, обращённые к Томасу: " Не реви, ты же мужчина".
– Да, принцесса, – продолжил свой рассказ Вистинг, – уже с малых лет было понятно, что ты плохо влияешь на мужчин, так и норовишь подбить их на какое-нибудь безумство, чтобы потом утащить вслед за собой в омут, да ещё посмеяться напоследок.
Как ошпаренная я выдернула руки из его хватки.
– Это была всего лишь детская шалость, – немного резким тоном принялась я оправдываться. – Откуда мне было знать, что Томас так сильно боится воды.
– Остынь, принцесса, – примирительно произнёс Вистинг, – я же просто пошутил. Но то, что ты роковая женщина, я всегда готов признать.
И он снова взял мои руки, чтобы согреть их дыханием и массажем, а я долго колебалась, прежде чем спросить:
– Зачем вчера вы обманули Тэйми?
– А я обманывал?
– Да, вчера она нацелила на вас стрелу, а вы сказали, что женитесь на мне. Не думала, что вас так легко запугать.
Вистинг тихо рассмеялся и заметил:
– О да, Тэйми умеет быть убедительной. Теперь понимаю, что нашёл в ней Крог. Вернее, чем она его удерживает подле себя.
– Вас она ни к чему принудить не сможет.
– Разумеется, нет. Но может я и вправду не прочь на тебе жениться.
– С чего бы это, – не поверила я и припомнила его же слова. – Всё ещё хотите прокутить моё наследство?
– Ну, раз твой опекун жив и зимует где-то близ оси мира, наследство тебе придётся ждать ещё долго. Но я могу обойтись и твоим приданым.
– Вы невыносимы.
Я снова сделала попытку вырвать руки, но Вистинг не дал мне этого сделать.
– Успокойся, принцесса, я не собираюсь над тобой насмехаться или ещё что-то в этом роде. Просто ты должна понимать, скоро мы достигнем западного побережья Песцового острова, и тогда придётся поворачивать строго на север. А на севере совсем иные обычаи, нежели в родном селении Тэйми. Ей бы это тоже стоило учитывать.
 
– Что за обычаи? Каким образом они меня касаются?
– Прямым. Знаешь, как остро кочевникам Тюленьего острова не хватает свежей крови для рождения здорового потомства? Так что незамужняя молодая девушка, да ещё чужеземка рискует в тех краях быстро обзавестись мужем, прилагающейся к нему роднёй и оленьим хозяйством. Про незатейливые нравы, войны и похищения женщин я тебе уже рассказывал, так что выводы делай сама.
Я пришла в ужас от его слов. На Тюленьем острове меня похитят? Насильно выдадут замуж? Заставят рожать много детей?! Нет, я так не хочу!
– Без мужа или хотя бы жениха тебе на Тюленьем острове делать нечего, – продолжал увещевать меня Вистинг. – Но я готов помочь тебе пересечь остров без лишних проблем. Если отправишься туда в статусе сестры Крога, останешься в ближайшем стойбище навсегда. Меня же кочевники знают хорошо, так что мою женщину никто даже пальцем не посмеет тронуть.
Какое интересное предложение, есть о чём задуматься.
– Фиктивная помолвка? – на всякий случай решила уточнить я.
– Что-то вроде того, – не слишком уверенно ответил Вистинг.
– Вроде того? – насторожилась я. – А можно поточней.
– Точнее – здесь и сейчас я на тебе жениться не могу.
– Вам не нужно на мне жениться! – испуганно выпалила я.
– Уверена?
Этот вопрос заставил меня растеряться. Зато Вистинг, похоже, знал, что предлагает.
– Видишь ли, северные островитяне по своей натуре люди простые, порой по-детски честные. То, что я тебе никто, Тэйми прекрасно знает и на севере врать о наших якобы супружеских отношениях не будет. Ей даже в голову не придёт вводить в заблуждение твоих потенциальных поклонников.
– А если я попрошу её говорить всем, что мы с вами пара?
– Тогда она тебе скажет, что обманывать плохо. А если не скажет, то рано или поздно проболтается о том, что ты свободная девушка.
– Что же тогда делать?
– А я уже делаю. Вчера под угрозой расстрела я убеждал Тэйми в серьёзности своих намерений. Она даже успела поверить, что собственными руками образумила меня и направила на путь истинный.
Вот ведь прожжённый лжец! Хотя, чего это я, ложь о женитьбе нужна больше мне, чем Вистингу.
– Значит, – заключила я, – обманем Тэйми, а она обманет кочевников.
– Именно.
– И что для этого нужно делать?
– Для начала не огрызаться на меня и не задирать высокомерно нос.
– Но я не…
– Да, принцесса, именно так себя ты порой и ведёшь. Я не в обиде, но Тэйми в таком случае в искренность твоих чувств ко мне ни за что не поверит.
Хорошо, подловил меня, значит, придётся быть вежливой.
– Тогда сами не провоцируйте меня, – поставила я свои условия.
– Ладно, не буду. Но если сорвусь, просто игнорируй меня.
– И это поможет?
– Возможно.
Какой подозрительный ответ. А последовавшее за ним молчание заставляло напрячься и прислушиваться к каждому шороху.
Вистинг продолжал массировать мои руки, периодически обдавая кожу тёплым дыханием. Чувствительность пальцев постепенно возвращалась, и это безумно радовало. Вот только последовавшие ощущения сбивали с толку. Неужели Вистинг не только согревает меня своим дыханием? Это его губы касаются моих пальцев?
Вначале я пришла в смятение, за ним последовало небывалое смущение и, наконец, чувство тревоги.
– Это проверка? – всё же решилась я спросить. – Хотите знать, как я отреагирую на провокацию?
– Возможно, – не сразу ответил он, а потом снова поцеловал руку.
Мурашки побежали по коже. Мне бы убрать руки, отвернуться, отгородиться, но беспокойство вступило в спор с гордостью. Нет, я не дёрнусь, не покажу возмущения. Вистинг ждёт, когда я провалю проверку, чтобы сказать, какая я вздорная. Не дождётся!