Повелитель Ифритов 3 (СИ)
Нужно было попасть на верхний этаж. При этом опередить как Валю с ее бомбами, так и штурмовую группу.
Приблизившись к лифту, я сначала попытался его вызвать, но не дождался. Поэтому просто размахнулся и вонзил руку между створок двери. Просунув вторую, я раздвинул их. Заглянул в шахту
Ни сверху, ни снизу, не видно было лифта. Не было даже железного троса. Видимо, террористы отрезали его, чтобы штурмовая группа не могла воспользоваться лифтом. Что-то мне подсказывало, что-то же самое творится и в остальных лифтах здания. Ну что ж, это меня не волнует. И точно не остановит.
Я приказал ифритной броне отрастить щупальца. Они тут же высвободились из спины и груди. Тогда я прыгнул в шахту и зацепился за опоры на стенах. Полез вверх, словно паук.
Выйти я решил на девяностом этаже. Чтобы понять, где я, пришлось считать лифтовые выходы. То еще занятие, но я был предельно сосредоточен.
Выломов двери, я попал в широкий и пустой холл. Первым делом, прислушался. Ни звука. Ни стрельбы, ни шума боя. Значит, они выше. Наверняка все лифты на верхних этажах контролируются. То же самое можно сказать и про лестничные пролеты. Солдаты, хотя бы по одному расставлены всюду.
Я ухмыльнулся. Проверил как закреплена катана на поясе. Посмотрел на свой ифритный пистолет. Тот посмотрел на меня в ответ.
Действовать в лоб нельзя. Они могут рвануть те бомбы, которые успели установить. Я взглянул на широкие панорамные окна. За ними светилась желтыми огнями Москва.
* * *Литвинин судорожно соображал. За это время он успел помотаться по этажу. На лестнице ведущей вниз стоял солдат. По ней Литвинин надеялся попасть в лифт для прислуги, что располагался на девяносто шестом этаже.
Однако, теперь это был не вариант, и он решил вернуться, к входу в холл. Когда он снова заглянул в широкий зал, увидел тех солдат, что убили охранника. Они, как роботы все еще стояли на том же месте.
А потом пошевелились. Литвинин, притаившийся за широкой входной аркой, вздрогнул. Солдаты же, будто заинтересовались окном. Они вскинули оружие и медленно пошли вперед, к окну. Будто бы что-то увидели там.
Когда оба перешли на бег, Литвинин понял, что увидели точно. Первый прижал пистолет-пулимет к плечу и… оружие не сработало. Солдат все жал и жал на курок, но ифритный ствол просто отказывался стрелять. То же самое случилось и со вторым.
— Что за черт? — нахмурился Литвинин.
В следующее мгновение, стекло широкого панорамного окна лопнуло трещинами. Почти из его центра вылетело длинное копье. Оно пронзило одного из солдат, и тот согнувшись, упал на колени. Другой даже не среагировал на смерть товарища. В следующее мгновение стекло лопнуло полностью.
Литвинин очень удивился, когда оно лопнуло не внутрь, а наружу. Все осколки вылетели в ночную пустоту города. Внутрь же, ворвался он, Селихов.
Глава 27. Игра началась
Первым делом я использовал кинетическую магию, чтобы разбить стекло, причем наружу. Оттолкнувшись от стеклянной поверхности, я отлетел назад, повиснув на щупальце ифритной брони. Напрягся и поджал ноги.
Выбросил руку вперед и сжал пальцы в кулак. Вокруг него тут же задрожал, заколебался воздух. Невидимая телекинетическая волна, направленная в мою сторону, рванулась ко мне. Увлекал за собой растрескавшееся стекло. Окно захрустело и пошло новыми трещинами, потом лопнуло на мельчайшие осколки.
Оно вылетело наружу, а внутрь залетел я. И сбил ногами солдата с ифритным оружием. Он рухнул на спину. Я же перекатившись, встал на колено. Вытянул в его сторону руку с ифритным пистолетом страха.
Ствол раззявил пасть и моргнул многочисленными глазами. Потом он вывалил длинные розовый язык. В следующий момент хлопнуло. Вспышка осветила полутемный холл. Белый сгусток света, вырвавшись изо рта моего пистолета, ударил в мужика, и тот забился в конвульсиях. Потом затих.
— Роман! — приблизился ко мне Литвинин, — они везде! Заняли все верхние этажи!
— Я вижу, — включив ифритное зрение, я повел взглядом.
Во всем здании было большое количество ифритов, причем самых разных. Но искусственных, созданных на станке, я мог отличить от всех остальных. В оружии солдат сидели в основном Ифриты Разрушения. Их было легко создать, просто контролировать и почти ничего не стоило вселить в вещь. К душе ирфитора они тоже не привязывались. И это было моим преимуществом. Я мог легко подчинять ифриты себе. Будь они сложнее, как мои, такой трюк у меня не получился бы.
Тех ифритов, что находились в оружии этих двух бедолаг, убитых мной только что, я просто усмирил. Они не подчинялись больше ничьим приказам, кроме моих. Простое, но действенное средство, если сражаешься с обычными, не обладающими способностями ифритора людьми, которые при этом вооружены ифритными пушками.
Я переместил взгляд вверх и вправо. Увидел зеленые сгустки Ифритов Разрушения, сидящих в оружии террористов. Насчитал я таких около двадцати пяти штук. То есть, двадцать пять бойцов. Немного. Были и фиолетовые сгустки, в которых я опознал Ифритов Сильнейшего Разрушения. А это как раз таки бомбы. Именно их солдаты размещали на колоннах и несущих стенах конструкции вершины башни.
— Они хотят взорвать верхнюю часть, — следя за их передвижением проговорил я.
— Но зачем им это? — Литвинин непонимающе посмотрел на меня, — Если надо разрушить здание, то логично начать снизу. Взорвать основание. Если только…
— Верно, — я кивнул, — это послание империи и императору. Я уверен, что их нападение преследует несколько целей. И это явно одна из них. Они взорвут вершину имперской РосАрмы. А Арма — символ военной промышленности Великороссии. Это символическое обезглавливание империи, — посмотрел я на Литвинина.
— Сильнейшее психологическое воздействие перед войной, — задумался он.
— Верно. И не только. Вся верхушка вырезана. Это значит хаос в управлении.
Конечно, я был уверен, что есть еще одна причина: Салазар пытался лишить Арму возможности поддержать меня. И для этого решил действовать именно так, жестко. Кажется, у него был другой план, связанный с Лавровым, но когда я его нарушил, они пошли другим путем.
— О предки… — поджал он губы, — это нужно остановить.
— И я остановлю. Будь здесь. Никуда не уходи. Стрелять умеешь?
— Конечно, — кивнул он, — я был солдатом.
— Тогда возьми ифритный ствол одного из них, — я указал на тела, — я подчинил их. Теперь сможешь пользоваться ты, по моему желанию.
Не ответив, он кивнул и подобрал пистолет-пулемет. Поморщившись оттого, что ствол был весь в крови, Литвинин все же отбросил брезгливость и взялся за цевье.
— Не высовывайся, — сказал я, — я должен сделать все тихо. Шороху наводить еще рано.
Когда представитель Армы вернулся в комнату для заседаний, я принялся наблюдать дальше. Валю выявил сразу. Она была на самом верхнем этаже. Ее божественный ифрит в теле сиял почти как солнце.
— Что ж, начнем, — проговорил я и принялся приручать те ифриты, что были взрывчаткой. Правда, дотянуться я мог далеко не до всех и занялся только теми, что были над этим холлом.
— Эти не рванут, — проговорил я, когда расправился с последним из тех ифритов, что были надо мной.
Их я приручил через межэтажные перегородки. А потом увидел, как из группы зеленых ифритов, а это точно были солдаты, отделилась пара и пошла к лестнице, ведущей вниз, к холлу, в котором я находился.
Я подобрал свое копье и тут же прильнул к стене у лестницы. Стал ждать, когда они войдут. Важно было убрать их быстро и по возможности тихо. Вероятно, Валя услышала шум на нижнем этаже и решила отправить двоих проверить, что тут творится.
Когда солдаты пошли по последнему пролету, я приручил ифритов, что жили в их оружии. Теперь пушки совершенно безвредны. Но тревогу эти ребята поднять могут. И если это случится, Валя, скорее всего, прикажет взорвать те бомбы, которые уже успели расставить. Сама она может скрыться в любой момент.