Повелитель Ифритов 3 (СИ)
— Что-то задержался я здесь, на юге, — сказал он тогда по телефону, — Светлане легче, и на этой неделе мы уезжаем в столицу. Но не переживай, я помню наш уговор. Император уже обо всем знает.
— А что с полем? — ответил ему я.
— Да, я говорил с начальником Урупского. Он был в командировке, в Москве. Гарнизон укрепят дополнительными войсками, и весной, когда распогодится, начнется зачистка Кубанского Поля.
Когда, наконец, была назначена дата моей аудиенции у императора, я Связался и с Литвининым из РосАрмы.
— Думаю, — по телефону было слышно, что он говорит с улыбкой, — мы сможем встретиться в Москве, как только вы увидитесь с императором. Здесь уже все знают о ваших заслугах на Кубанском. Совет впечатлен и очень хочет увидеть все по вашим технологиям.
Несколько раз я ходил в сословный следственный комитет. Да, вот так, сам. Даже несмотря на то, что знал о готовящемся против меня деле. Хотел назначить Чижину встречу и в неформальной обстановке спросить обо всем прямо.
Меня смущало, что ни следователь, ни следственный комитет, в целом, никак не развивает дело. Естественно, я не говорил открыто, по какому поводу мой визит. Для тех, кто не в курсе, целью был, скорее, дружеский разговор.
Меня не пытались арестовать, не вызывали на беседы. Когда я являлся, секретарь Чижина — полная женщина средних лет, вечно отвечала одно и то же:
— Следователь занят. О вас, Роман, мне ничего не сообщалось!
Или:
— Следователь в командировке! Когда будет — не знаю.
Было ясно одно: следствие намеренно буксовало и ожидало чего-то. Может, все вообще сойдет на нет, а может, они что-то задумали. Последнее меня беспокоило.
Когда Алю выписали, мы встретились снова. Я и сам хотел поговорить с ней, понять, как Салазар уговорил ее помогать себе. Возможно, девушка может дать мне еще какую-то полезную информацию. Однако, я удивился, когда она позвала меня в родовое поместье Селиных.
— Я не пропадала на поле. Я дезертировала, — опустив глаза, проговорила Аля, — дезертировала, когда встретила его.
Мы сидели в большом кабинете. Уставленный дорогой мебелью из ценных пород дерева: большим столом, полками с книгами, шкафами, пустующим мини-баром и даже деревянным глобусом, кабинет все равно выглядел так, будто тут бывали редко.
Задернутые шторы, пыль, легкий беспорядок — все показывало, что даже прислуга сюда не заходила.
— Кабинет отца, — Аля осмотрелась, — все сохранено так, как было, в тот день, когда папа в последний раз работал за этим столом.
— Соболезную вам, — проговорил я, сидя в мягком кресле. Девушка же расположилась на месте своего отца, — Валя рассказывала мне вашу историю. И показывала шрамы.
— Шрамы? — Аля изломила бровь, — интересно, при каких это обстоятельствах?
— Пыталась переспать со мной за то, чтобы я взял ее на миссию. Но я отказал.
Аля нахмурилась. Некоторое время молчала. Кажется, она была немного шокирована тем, на что была готова ее сестра, чтобы поучаствовать в операции по ее же спасению.
— Проклятье, — она выдохнула, опустив подбородок, закрыла глаза, — если бы я не затеяла все это… Она бы не пошла на такую авантюру. Но, — Аля взглянула на меня, — спасибо, что не согласился.
— Может быть, и нужно было взять ее с собой, — я отрицательно мотнул головой, — тогда Салазар не получил бы ее себе.
— Получил бы, — она сжала губы, — получил бы, Рома. Я единственный человек, что был добр к Вале. Единственный, кто у нее есть. Она верит мне, и пойдет за мной куда угодно. Моя вина, что она в руках Салазара. Если бы не та интрижка… Но я и подумать не могла, что все зайдет так далеко.
— Мы вернем ее, — твердо сказал я, — будь уверена.
Аля молча встала. Ее длинные, волосы закрыли глаза. Опустив голову, девушка прошла к зашторенному окну, слегка сдвинула штору. Серый уличный свет сделал лицо Алевтины еще более бледным.
— Это моя вина. То, что Валя попала к нему в руки. Только моя и все. И я должна сама вытащить ее. Прошу, не прерывай, — она метнула в меня взгляд, когда я тоже поднялся, — пожалуйста, Рома, дай сказать.
— Изволь.
— Когда родителей не стало, мы почти сразу попали в армию, — начала девушка, — после смерти мамы шефство над нами взял близкий папин друг. Возможно, ты знаешь его. Он командир полка чистильщиков.
— Полковник Воронов, — я кивнул, — знаю. Вместе мы ходили в центр. Они выполнили задание. Забрали дочь князя и я отправил их обратно. Все кончилось благополучно.
— Спасибо, — дрожащим голосом проговорила Аля.
— За что?
— Если бы там, в центре, я убила бы его…
— Все в порядке, — я встал, — все кончилось намного лучше, чем могло бы.
Почти сразу на глаза мне попалась бутылка виски. Рядом стояли пыльные, в грязных разводах стаканы.
— Выпьем? — взяв бутылку, улыбнулся я.
Взгляд Али застыл на мне. Спустя мгновение он смягчился и девушка проговорила:
— Можно. Но стаканы грязные. Давай я позову…
— Не стоит, — открыв бутылку, я отпил с горла. Протянул ей.
Девушка улыбнулась.
— Очень по-солдатски, — приняла она виски, отпила и поморщилась.
— Я долго был солдатом, — я оперся о стол, скрестил руки на груди.
— Я тоже. Вернее, мы тоже. После смерти родителей поступили в кадетский корпус для девушек. Потом почти сразу пошли служить в Урупский. Вся жизнь — дисциплина и муштра. Мы не видели ничего, что обычно видят молодые дворянки. Ни красивой жизни, ни вечеринок, ни светских раутов, — она подняла глаза на меня, — ни мужчин.
— Это очень видно, — кивнул я, улыбнулся — твоя сестра — солдафон до самых кончиков волос.
— Как и я, — хихикнула Аля, но почти сразу погрустнела, — тем сильнее был эффект, когда я познакомилась с Салазаром. Подумать только, — она мечтательно улыбнулась, — я вызвала его на дуэль, представляешь? И он меня победил. Ну как тут было устоять?
— Что-то мне это напоминает, — хохотнул я.
— О чем ты?
— Да так, ни о чем.
— В общем, я втрескалась в него по уши, — Аля отхлебнула, опустила глаза, — думала, что готова на все ради Салазара. А потом он рассказал мне об ифритах и Пожирателе. О том, что скоро всех нас ждет смерть в пасти этой твари. Эффект был впечатляющим, — грустно вздохнула девушка.
— Тогда ты дезертировала?
— Да, — она кивнула, — он сказал, что я нужна ему, чтобы спасти этот мир. Чтобы спасти Империю и все, что мне близко. Империя, — она внимательно посмотрела на меня, — дала мне все, когда мы с Валей остались одни. Я решила, что должна отплатить ей тем же. Даже если сначала мне придется придать мою страну.
— И дезертировать.
— И дезертировать. Правда, все сразу пошло не по плану, — она поджала губы, — я должна была подстроить свою смерть, а выглядело все так, будто я пропала без вести. Салазар же проник на поле, защитил меня от местных тварей и тайком вывел. Тогда мы начали работу.
— Дай угадаю, — я скрестил руки, — именно тогда ты узнала обо мне.
Она кивнула.
— Правда, он не сказал, что ты и он один и тот же человек. Что вы — Ифритор из другого мира. Я узнала это лишь от тебя.
— Он сказал, — догадался я, — что я приманиваю Пожирателя?
— Да. Сказал, что ты тоже ифритор. Что ты случайно создал Пожирателя в прошлом, а теперь любой ценой пытаешься оградить свой мир от его лап. Прыгаешь между мирами, натравливая тварь на другие параллели. Чтобы твоя могла жить.
— Эту мысль, — улыбнулся я, — Салазар достал из нашей общей памяти, когда Ифритор, в одной из прошлых жизней, долго размышлял о том, как бы можно было поступить, чтобы спасти наш родной мир, когда он был еще жив. Я помню, как ужаснулся, когда все это пришло мне в голову.
— Да, — девушка приблизилась, оперлась попой о стол рядом со мной. Мы выпили по глотку, — это звучит ужасно. И я поверила ему. Поверила, без сомнений. И даже, когда он сказал, что мое тело нужно ему под ифрит, я согласилась. Он выглядел убедительно. Даже слезу пустил. А ты, — она тронула горлышко бутылки, — делал так раньше? Жертвовал кем-то?