Покорение вершин (СИ)
— Бегите к катапультам — пусть ложат в чашу не крупные булыдники — лучше несколько помельче! Беспалый, Крок — вперёд, мышиные выкормыши! Быстрее!
Стрелки наконец-то вышли вперед, дали залп, но на мой взгляд не достали.
Обернулся к гонцам/курьерам.
— Бегите ко всем! Пятьдесят шагов вперёд!
Сначала ближние отряды-ордо, потом цепочкой, постепенно и другие, дрогнули и пошли вперед.
Кучка камней, в воздухе видимая лишь маленькими точками, вновь приземлилась среди толп мечущихся гадов. Из-за окружающего шума плохо было слышно, но наверняка там оказалось немало раздавленных и сокрушенных костей.
— Зажигай! — ружья выплюнули свинец и выкосили несколько десятков тел. Теперь доставали.
— Вот, молодцы! Так, что пращники в тылу трутся? Всех вперёд!
— А когда мы, мы уже пойдём?
— Стой, Шип, спокойно. Надеюсь что до вас, зуберов, дело не дойдет.
— Но мы хотим! Мы хотим жечь, бить, колоть! Отнимать их жалкие жизни в твою славу, херршер! — Струх аж приплясывал от нетерпения, заламывая руки, обмотанные тканью и пропитанные неизвестной гадостью.
Отмахнулся — жди.
Нас ещё было меньше. Пока.
Приблизившись, моя армия получила возможность накрывать ружейным и катапультным «огнём» на большое расстояние в глубину их формирующихся боевых порядков.
Положив ствол на плечо или спину второго номера, у кого не было рогаток, вывалив от усердия языки или прищурившись, чтобы искры не опалили глаза, с дымящейся порой шерстью, бойцы с ружьями стали настоящими героями этого сражения. Вражеские черепа от попадания просто лопались, взрывались и порой от тесноты они даже не падали, прижатые боками друг к другу.
Да, Урзак ли, или кто-то другой понимал всю опасность ситуации. Каждая минута промедления стоила им жизней, тогда как мои стояли и смотрели на шоу — как смерть ходит по рядам, забирая себе жизни. Отступать по дороге за их спинами не могли — а значит только вперёд, за ними вновь действие не заржавело.
Попав под сильный огонь, они вновь пошли в атаку, но из-за местности и нашего построения они физически не могли ввести в бой все войска. Скученные войска были вынуждены атаковать под плотным огнём. И моя задача, как я видел, состояла в том, чтобы, во-первых, не дать им прорваться, а во-вторых, чтобы они так и оставались собранными в кучу. Как удобно — одна пуля могла сразить более одного противника, а камень — убить ещё больше!
Нам мешали: энергия смерти, высвободившись от мучительно умерших живых, не собранная колдунами, концентрировалась темными облачками, и хаотично недавно умершие воины восставали, чтобы продолжить бой против любых живых — глядя на врагов успевшими затянуться белизной глазами. Чут со штурмовиками взялся за это дело — охранять тылы от восстающей нежити.
А погибших было очень много. По всей долине валялись трупы, а побоище все еще продолжалось. Тяжёлые пули попадали в тела, разя наповал. А если и не убивали, тот тяжёлая 10–20 граммовая пуля попавшая в лапу гарантированно выводила бойца из строя.
Крысы давали залп за залпом, пока орк пытался построить своих. Да, Урзака было хорошо видно — он махал пудовыми кулаками, вправляя мозги своим командирам. Хоть бы камушек ему голову проломил…
Заскрипели колеса телег с баллистами. Замешкались чего-то. Сейчас с воздуха нас прикрывать не надо было, у орка никого летающего не было, а падальщики в небе… Ну не такие же они тупые, чтобы в такую гущу лезть?
— Кидай! — махнул я рукой и стрелометы кинули в сторону толпы даже не стрелы, а скорее короткие копья. — Живее стреляйте! Вам кнута не хватает? Лично сожру, если будете медлить!
Со стороны гоблов летели редкие стрелы, пращники пытались метать камни, но куда там из-за такого хаоса… Войско вонючек прекратило дикую суету и начало организованную сует — земля задрожала от тысяч лап двинувшихся в атаку через мёртвых и умирающих. Кто-то заорал, и остальные подхватили — и вот уже яростные вопли их глоток складываются в единый рёв, устрашая всех колеблющихся, да и просто трусливых.
Крысы пригибались, видя как на них накатывает грязная лавина — грязная, но, клянусь всем порохом Глермзоя, страшная и грозная. А я ещё находился не в рядах бойцов.
— Стойте, подлецы! Мы их резали и будем резать! Не в первый и не в последний раз! Стойте-стойте, паскуды!
Стало жарковато и так и хотелось сорвать шарф с шеи, скинуть доспех.
— Они устали, да-да! Они яростны и дики, но устали… Да! Это так-так! Второй бой! И способны лишь на один удар! Надо стоять, надо держаться-а-а!
— Резак, бегом вооон туда, что-то уж больно они ненадёжные!
Стрелки дали последний залп и подняв ружья, первые и вторые номера поджав хвосты понеслись скачками прочь, а пращники, которым надо было расстояние поближе, задержались. А когда побежали, тут же впали в панику, бежали отбрасывая друг друга под лапы гоблинам, и оркам, которые разваливали своими рубилами трусов на две части.
Спустя мгновение мои и силы зеленокожих столкнулись, и кое-где первые ряды крыс просто перестали существовать, а дисциплинированный строй сменился яростным гвалтом и рубкой.
— Не смешиваться! Держите, твари, строй!!! На копья их нанизывай! Стрелки — стреляйте меж их голов! Катапульты — куда, вшивые ублюдки, они кидают камни? Там пара калек ползёт — пусть вправо или влево переносят прицел! Кто там у них главный? Бета-зубер Кич? Скажите что клыки ему выдеру и он только воду будет лакать до конца своей жизни!
Не все, конечно так поступили. Часть сил, выставив копья и щиты успешно держали кривоногих вонючек на дистанции. Но это главным образом из-за того, что там не было орков и их шаманов.
— А где, кстати, шаманы? Кто-нибудь видел?
— Дурная луна! Дурнай-я! Дурная луна-ааа! АААААА!!!
Глава 30
Один из гоблинских шаманов объявился и трясясь как при падучей болезни, он танцевал, пока с кошмарным воем шаман указывал на один из моих отрядов, и ровно через мгновение на том месте появилась… Огромная гоблинская голова! Вернее здоровенный шар с мордой гоблина и гипертрофированными клыками!
Она немедленно начала кататься/прыгать по разбегающимся крысам, которые даже не попробовали ей как-нибудь навредить. Да и не получилось бы — так как в следюущий миг бесстрашные штурмкрысы попытались её окружить, но их оружие свободно проходило через её… плоть?
— Струх, как с этим бороться?!?!
Шип с интересом рассматривал призрак луны, ни капли не заботясь о том, что прямо сейчас гибнет один из отрядов.
— Шаман не может, да-да, не может надолго её… экхм… вызвать! Она скоро пропадёт!
— Перед этим растоптав десятки тел!
Луна с мерзким чавканьем приземлилась сразу на троих клановых и только чавканье раздалось от раздавленных/лопнувших тел.
— Так убейте шамана!
Да чтоб меня, мог же и сам догадаться!
Я побежал к стрелкам, палящим из-за спин собратьев, сопровождаемый своим небольшим отрядом. Большинство даже не заметили моего появления, так как были слишком увлечены своим занятием — перезаряжать и палить по противнику через клубы дыма.
— Меткие храбрецы! — крикнул я, привлекая внимание всех. — Кто хочет стать бетой и возглавить свой ордо?
— Я! — раздался многоголосый вопль отовсюду. Кто бы сомневался. — Готовы служить!
— Кто убьёт шамана, тот и станет в будущем командиром! Чего смотрите? Стреляйте!!!
Суетясь, рассыпая порох они стали заряжать оружие, и как итог — пару пороховниц разорвало, ранив стрелков из-за того, что не уследили и за огнём. Ещё один переборщил с зарядом и ствол просто разнесло вместе с его кистями и носом.
— Где-то я уже это видел. — вспомнил я болота. Может им искажающего камня дать?
К счастью, у гоблинского шамана не было более никакой защиты (или была, но не от пуль). И сразу несколько попаданий закончили его жизнь. Даже тяжеловооруженному боссу было достаточно получить пулю в жбан, чтобы прилечь здесь навсегда.