Принц и Ида 5. Новая кровь (СИ)

— Было что-то еще, — согласился Янис, напряженно морща лоб.
— Надо отсыпать ей чудодейственного средства, что развязывает язык. Если оно существует.
— Есть такое средство. С ядом сивилл, это правда. Действует как алкоголь, но с некоторыми особенностями. Расслабляет и практически лишает человека воли, кто-то действительно болтает все подряд и не может остановиться. Но такой эффект нельзя назвать правилом. Некоторые просто падают без чувств до утра, некоторые готовы наговорить на себя и подключают фантазию… никогда не угадаешь, что будет. Но об этом мы не распространяемся, а вот на чудодейственность напираем. Городская легенда как она есть.
— Значит, вы соврали Фрее?
— Отчего же? Сказал правду, удобную мне. Вы сами не раз так делали.
— Ну раз я так делала… жалко девчонку. Глупая.
— Жалко, но ее глупость нам на руку — с Фреи хорошо было начинать. Ей семнадцать, она, считай, и в Низменности не росла, заматереть не успела. Такую легко напугать двухсотлетним заключением и разговорить. Да, знает она меньше всех, но ее информации может хватить, чтобы подступиться к другой сивилле… — Янис на ходу глянул на записи. — …Герде Агне. Ее допрашивал мой первый помощник, они… оказалось, они были знакомы в далеком прошлом, когда Герда жила в Низменности и работала в одном примечательном мужском клубе. Мы посчитали, что личное знакомство сыграет на руку. Информация от Фреи, информация от моего помощника… может сработать. Другие мои люди занимаются вопросом вашего появления: кто видел, кто мог узнать, кто отлучался из дворца, чтобы передать информацию.
— Есть зацепки?
— Несколько, но скоро у нас появится более полная информация… а вот и мой помощник, — Янис указал на человека в коридоре, он тоже носил белую форму, что бы это ни означало. Остальные щеголяли в сером. — Вильгельм! Есть новости?
Но этот Вильгельм застыл, глядя на меня во все глаза.
Должно быть, я еще не раз встречу людей с такими лицами, привыкну, но пока каждая такая встреча загоняла в угол, заставляла зажиматься и готовиться к удару. К удару по моей дырявой памяти, разумеется.
Янис тоже заметил реакцию первого помощника и деловито сообщил:
— По прямому распоряжению его величества альтьера Морландер присоединится к расследованию, при ней можно говорить. Что рассказала Герда Агне? Ты разговаривал с ней с самого утра, наверняка что-то полезное есть.
Но Вильгельм словно не слышал начальника.
— Так вот на кого напали ночью, — прошептал он. — Ида собственной персоной…
— Вильгельм, прошу не забываться и сосредоточиться на деле.
Опять не сработало:
— Это сделал Александр? — глядя мне в глаза, спросил мужчина. Я его, конечно, не узнала: очень высокий и крупный, чуть ли не раза в два меня больше, хотя я тоже совсем не маленькая девочка; черты лица вроде бы приятны, но все портило это злое, агрессивное даже, выражение. Оно застыло на мужском лице, как маска.
Вильгельм вдруг шагнул ко мне и схватил за руку:
— Ну же, Ида, это сделал Александр? Он нашел тебя? Он нашел только тебя или их тоже? Говори! — он дернул меня, точно куклу. — Он вернул их?
Пока я думала, как поступить, между нами вклинился Янис:
— Альтьер Роткирхельт, я бы порекомендовал воздержаться от подобных выпадов!
Но вышеназванный альтьер легко оттеснил более мелкого Яниса и двинулся в мою сторону. Его глаза полыхали неприкрытой яростью, а я с тоской прикидывала в уме варианты своего подзабытого греха. И в который раз в голову влез Дарлан с его «держись там, никому не рассказывай о потере памяти». Отличный совет, отличный план, отличный Дарлан, мать его…
— Принц и принцесса, Ида! Ну же!
Я пятилась назад, пока не уперлась в стену. Драться с мужчиной, у которого одна рука толщиной во всю меня, не хотелось совсем, сколько можно… опять это станет известной всем историей, и опять это отразится на Хале. А я пока не знала, как быть с ним, я ничего не знала, кроме того, что опять все порчу. Как и было задумало.
К счастью, Янис успел привлечь других полицейских, сопротивляющегося альтьера Роткирхельта (он продолжал выкрикивать вопросы о принцах и принцессах) не без труда оттащили в сторону и закрыли в чьем-то кабинете, хотя, думается мне, сей альтьер мог бы вынести любую дверь, даже не напрягаясь. Он бы и сквозь стену пробился при желании, какая там дверь при таких габаритах.
 
— Полагаю, разговор с ним пока откладывается, — деликатно заметил Янис. — И лучше я побеседую с ним один, а то мало ли… вообще-то, альтьер Роткирхельт неплохо себя показал и в полицию когда-то попросился сам. Мертвая наука ему не чужда, а таких людей всегда катастрофически мало, и вот… я лично его принял. И ни разу не пожалел. Что до сегодняшнего — не обижайтесь на него, альтьера. У него личная ситуация, а личное всегда очень болезненно.
— И я причастна к его личной ситуации?
— Никоим образом. Но вы… полагаю, ваше появление оказало на альтьера весьма сильный эффект. Он не справился, но скоро отойдет и извинится. Возможно, следующий ваш разговор сложится иначе.
Вскоре Янис бесстрашно отправился на разговор с яростным альтьером, а меня оставил пить ягодный отвар, наслаждаться пирожными и взглядами приставленной ко мне стражи. Во время памятной встречи в коридоре часть стражи осталась на улице, а часть ждала в большом зале. Предполагалось, что в здании, полном полицейских, да еще и рядом с Янисом, я в полной безопасности, а толпа из стражи рядом только усугубит ситуацию. К примеру, можно банально не разойтись в коридоре и застрять… но это был просчет, за который король может спустить с людей шкуру. В общем, на меня смотрели не самыми добрыми взглядами, как на женщину, умудрившуюся найти проблемы даже в окружении полицейских.
Вот что, спрашивается, нужно было этому альтьеру?
Принц и принцесса… кажется, Дарлан упоминал о детях короля Александра, о том, что они воспитываются в Аннераме, не видя ни отца, ни столицу. Эти дети как раз могут быть искомыми принцем и принцессой, но зачем они альтьеру Роткирхельту понадобились, да еще как что-то глубоко личное? Я бы поняла, спрашивай про детей Хал. Он король, у него может быть интерес… интерес страшный, но объяснимый. А у полицейского из Тенета? Ничего не понятно.
Я потерянно взялась за кружку с отваром и хотела было отпить, но ее аккуратно забрали из моих рук. Стражник отлил часть напитка в отдельную чашку и передал другому мужчине, тот выпил и утвердительно кивнул. Чашку мне вернули, но пить расхотелось. И находиться здесь тоже расхотелось.
Янис застал меня с остывшим напитком:
— Не понравилось? Если хотите, попрошу ребят сделать что-нибудь другое, например, ликао. Лин говорила, вы любили… любите его. Распорядиться?
— Нет.
— Тогда… — он глянул на стражу и понятливо кивнул: — Поговорим с Гердой, вся необходимая информация у меня, — он пригласил меня следовать в сторону допросной, а стражу остановил жестом: — Боюсь, вам придется остаться за дверью, посторонние люди могут помешать делу.
Начался спор, в суть которого не хотелось вдаваться. Кажется, Янис отстаивал право на допрос без посторонних, что понятно — ему и меня за глаза, а стража, назначенная королем, козыряла полномочиями, которые превыше всего, раз приказ глаз с меня не спускать поступил сверху, а в полиции не так безопасно, как утверждалось.
Устав это слушать, я вышла на улицу.
Никем не замеченная, между прочим.
Убегать я не собиралась, отошла за соседнее здание, привалилась к нему спиной и блаженно выдохнула. Хорошо. Шум города, река неподалеку, и никаких криков о полномочиях. Возвращаться не хотелось, но прогулка по городу в одиночестве выглядела верхом глупости. В моем-то положении, после нападения… и все равно соблазн был велик, я буквально силой удерживала себя на месте.
— Ида? — голос был знакомым, я повернула голову и увидела буйного коридорного альтьера с его принцами и принцессами. В этот раз он выглядел спокойнее, в глазах ни намека на ярость или желание зажать меня в ближайшем углу. Он вообще выглядел потерянным и безопасным, несмотря на устрашающие размеры.