С песней по жизням. Часть 1 и Часть 2 (СИ)

Ирина Михайловна слушала парня и переживала, а потом, конечно, пообещала, тем более, что к ней вернулась вуэла! Надо только немного с ней пообщаться, настроить да привыкнуть, пусть не до концертного исполнения, но три аккорда тоже хорошо!
Ободренный ее обещанием, Микола умчался, а певица пошла на задний двор, где, усевшись под яблоней, начала настраивать гитару, привыкая к ней и проникаясь. Она разговаривала с незнакомкой, просила помочь, и через пару часов вроде стало что-то получаться.
За этим занятием ее и застал араб.
- Госпожа умеет играть на вуэле?- спросил сопровождающий иностранца мальчишка-раб (ошейник на шее не оставлял сомнений). –Мой господин любит музыку.
Ирина встала, поклонилась и уставилась на юношу. Да , араб был, скорее, парнем, чем мужчиной: бороды не носил, так, легкая небритость, лицо гладкое, кожа сияет, как и миндалевидные карие, словно кофе, глаза. Он выжидательно смотрел на девушку и молчал. Толмач, бросил взгляд на хозяина и сказал:
-Госпожа, мой господин почти не говорит на местном наречии, но многое понимает. Он третий сын правителя Пустынного халифата, Аладдин Али-Абу ибн –Рашид, не степняк – голосом выделил мальчик последнюю деталь. – Как я могу обращаться к вам?
Как Ирина от нервов и удивления опять не заржала, неизвестно. Аладдин, мать вашу, халифат! Принц Персии почти!
-Эйрин Торвальдссон, к вашим услугам – полезла откуда-то надменность и придворная (ага, подъездная) учтивость: девушка приложила правую руку к сердцу и слегка поклонилась, не отводя взгляда от чужеземца в белом. Тот отзеркалил жест, не меняясь в лице.
«Что он во мне такое увидел? – подумала попаданка, а потом чуть снова не рассмеялась. Представила себя в штанах, мужской рубахе, в лаптях, с заплетенными по всей голове косичками. Любава исполнила странную просьбу девушки: получилось весьма необычно, но красиво и практично – почти дреды, теперь голову можно не мыть долго, волосы, стянутые, не будут так уж пачкаться. Что с ними будет потом, Ирина предпочитала не думать (Эйрик запретил дочери стричь косу, пришлось изгаляться).
-Какими судьбами принца занесло в эту гостиницу? – не удержалась от вопроса девушка, и раб, переглянувшись с парнем в шимиге, рассказал историю еще одного предательства, подтвердившую пословицу о тесноте мира.
Оказывается, Аладдин ибн, короче, принц пустыни прибыл вместе со своим четвертым братом (гарем, гарем!) в Куяву, чтобы найти – не удивительно – Эйвинда Густафссона, про которого с уважением отзывались сарацинские (знакомое что-то) купцы, ни единожды бравшие его в сопровождение при путешествии по герцогству, Руси и остальному псевдо-европейскому континенту. У братьев была цель: добраться до нордманских земель и установить дипломатические отношения с конунгом, если получится, но пройти по этим местам и познакомиться с жизнью стран и народов – обязательно.
Халиф отправил с ними старого визиря, но тот предпочел плавание по Внутреннему морю, в обход Кордовы, где жили его родственники, потом по Холодному морю – в столицу нордов, парни же решили испытать удачу самостоятельно.
-Мой хозяин доверял брату, а тот, выкрав ночью наших коней и письмо к конунгу, нанял Густафссона и уплыл с ним! Хорошо, что наши вещи и деньги, а также еще одно послание осталось в личных вещах охранника Низама, теперь господин может доказать, что он - это он. Но мы не можем найти никого, кто готов отвезти нас к нордам! - вскричал возмущенный мальчишка, а Аладдин успокаивающе похлопал его по плечу.
- Ты уверен, что вероломный брат уплыл именно с Густафссоном?- задала вопрос Ирина. – Потому что Эйвинд Густафссон сейчас носится по городу и ищет заказ, с которым может немного подзаработать на пути домой, где должен быть не позднее холодов.
Глаза парней превратились в плошки, и в них загорелась надежда.
-Это правда? Эти люди здесь – команда знаменитого кормчего?-задыхаясь от волнения, прошептал раб-толмач, потом что-то затараторил на арабском и запрыгал на месте.
- Госпожа, это замечательно! Мы можем заплатить нордам, даже без коней мой господин в состоянии выполнить задание отца-халифа! Визирь привезет еще золото и щедро вознаградит вашего командира! Когда можно с ним переговорить?
 
  
Часть вторая Глава 4
 
Этим вечером в заведении Гильфи Хансена царило веселье и возбуждение.
Когда уставший и внешне невозмутимый Эйвинд с Эйриком вернулись из города, их встретила Эйрин с Аладдином. Эйрик недовольно уставился на дочь, а Ирина гордо сообщила:
-Я нашла заказ, который позволит не только вернуться домой, но и прилично заработать! Это – указала на невозмутимого принца – наш пассажир, принц Персии, то есть пустыни, Аладдин Али-Абу ибн-Рашид, прошу любить и жаловать! Отец, капитан, мойтесь, сядем за стол и мы с Яром – жест в сторону раба, – расскажем обо всем подробно. Ребята уже в курсе. И все хотят есть!
Эйв ухмыльнулся, поклонился принцу, получил ответ и двинулся в мыльню. Любава с Ириной –на кухню, а Микола, разнесший весть как сорока – за ватагой.
На радостях попаданка рискнула показать трактирщице кое-какие блюда из прошлой жизни, не имевшие аналогов в этой части мультивселенной. Огород порадовал свежей зеленью, ранней капустой, первыми огурчиками и молодой редькой(или редисом, короче, ни то ни се, но по вкусу похоже). Конечно, иномирянка «забацала» майонез, и на столы был подан салатик из капусты, редиски, огурцов с кучей зелени под майонезом, отварные яйца – с ним же, пшенная каша с субпродуктами (Любава сначала кривилась, но, попробовав, сказала, что вполне и экономно). Кстати, за потрохами (печень, легкое, требуха, сердце и почки) мотался к мяснику Микола с Осе, иначе они бы не смогли приготовить–в трактире Любава такое не держала.
Также на стол были выставлены молоденькие жареные кабачки с чесноком и зеленью, уха из выловленной нордами от нечего делать рыбы, над которой колдовали женщины вместе: Любава требовала засыпать крупу, Ирина настаивала на бульоне с кусками освобожденной от костей речной мелочи.
Специально для принца Ирина приготовила рис с курицей, почти плов. У хозяйки нашлось «сарацинское зерно», но оно ей не нравилось: липкое, безвкусное! Пришлось показать, как правильно варить рис (на удивление белый и крупный): на одну часть крупы полторы части воды (для длиннозерного) и две–для круглозерного. В данном случае–две. Но Ирина, поджарив курицу с луком и морковкой, засыпала рис сверху и налила воды на два пальца, довела до кипения и, воткнув зубчики чеснока, оставила упариваться под крышкой, укутав кастрюлю полностью.
На сладкое – пироги с земляникой! Тоже собирали свободные гребцы: недалеко, на крутых берегах, в траве, ее было видимо-невидимо! Ирина поразилась, а потом вздохнула: мир-то без промышленного загрязнения, природа, считай, первозданная.
В процессе готовки Ирина и Любава переговаривались обо всем и не о чем, ну, чтоб не молчать-то. тогда попаданка и поинтересовалась, как правильно называть новую родню:нордманы или чаще употребляемым понятием «норды»?
-Сами оне, конечно, нордманы – авторитетно заявила Любава – и страну свою называют Нордмана. Но тяжко выговаривать – женщина улыбнулась – вот и повелось: норды да норды. Привыкли и наши, и они перестали поправлять, так что «норды, северные люди» - их называют уж почитай, сколько лет, прижилось имечко народное! Нордка ты теперь, Эйрин!
***
Когда за столами в зале трактира уселись все причастные, попаданка натурально офигела: больше полусотни! Как-то до этого она в полной мере не осознавала количество народу рядом.
«Надо включаться и запоминать всех по именам, хотя бы! – решила Ирина и уселась за стол рядом с Эйриком. Мужики подняли кружки с пивом и заработали ложками. Ели из общего котла жидкое и из одной на двоих тарелки–остальное. Привыкли так, сказала Любава.
«Все-таки, какой примерно век относительно нашей истории, а? –думала иномирянка, следя за реакцией местных на свои блюда. Отвращения не было – и то хорошо.