С песней по жизням. Часть 1 и Часть 2 (СИ)

Пан Збышек искоса посмотрел на отстраненную спутницу, хмыкнул и продолжил:
-Говорил, что однажды демон, перенесенный им во внезапно скончавшегося слугу, прожил у него пару лет, но, увы, сбежал! Или не демон то был, а, А-ри-на?- довольный собой ротмистр протянул имя девушки и снова гаденько ухмыльнулся. – Кто ж ты такая? Ты точно женщина, и наверняка старше Славиной дочки: не мельтешишь, лицо держишь. А ведь боишься, так? Оно, конечно, как не бояться, не дура чай. Не хочешь говорить? Обиделась?
Ирина не повернула головы, не ответила. Зачем? Этому лицемеру важен он сам и его блестящий план, так пусть и дальше откровенничает, раз уж так распирает.
- Ну, я не слишком гордый, не то, что мать твоя, то есть, панна Славия, мне и того, что теперь в руках, хватит на всю жизнь. Я и с тобой могу поделиться, если правильно себя поведешь. Ты ж пока телом молодая, за тобой пригляд нужен, и хозяйство тамошнее вести, и с властями задружиться. Кто ж девчонку-то всерьез воспримет? Прижмут, окрутят и- поминай как звали пришлую паненку. А со мной ты будешь в неге да сытости жить, я и жениться могу, не родня ведь. А ты на Славию похожа…-вдруг вздохнул ротмистр.
-Что, гадом я тебе вижусь? – опять окинул взглядом Ирину.- Ну, думай так, мне чихать. Да только я, правда, любил Славию, бежать с ней хотел, даже у герцога выяснял, возможен ли развод и что я ему за то должен буду...А она уперлась, коза! И Тадеуш, недоносок, приревновал ее да проследил, а потом навет на меня герцогу настрочил! Опозорил, места лишил, сволочь!
Ротмистр остановился и пнул камешек с досады. Ирина равнодушно смотрела на разошедшегося мужика и не чаяла, когда сможет избавиться от него и его словесного поноса.
- Жаль, что она померла, зато ты вот мне досталась..- мужчина поднял лицо девушки за подбородок и заставил смотреть на себя, и даром, что стояли на улице.- Подрастешь, округлишься, я тебя попробую… Вместо матери! Должна же быть у меня награда, не думаешь? Ах, ты же другая! Но тело-то ЕЁ..Тебе понравится, уверен, я умею обращаться с паннами…
Как Ирина выдержала монолог напыщенного фигляра и не дала ему в морду, останется за кадром, но в гостиницу она приползла, зашла в номер и легла на кровать, не обращая внимания на вопросы и причитания Дины. Надоели оба!
***
Ужинали дамы в номере, а ротмистр, распорядившись не беспокоить женщин и наказав Дине присматривать за девушкой не задавая вопросов, отправился в ближнюю таверну, где подавали фризские блюда, по которым он соскучился. Все это Ирина выслушала молча, ополоснулась и легла в кровать. Думать не хотелось, так вымотал ее ротмистр. Дина охала, удивлялась, пыталась разговорить воспитанницу – тщетно. И тоже легла.
На город, который Ирина не увидела, опустилась ночь. Микола так и не пришел…
  
Глава 24
 
До рассвета Ирина Михайловна то засыпала под храп лежащей рядом (по ее настоянию, место-то много) Дины, то от него же и просыпалась. В конце концов, промаявшись с час после очередной побудки, тихонько встала, оделась и, подойдя к грязноватому окну, застыла в раздумьях.
- Что будем делать, дорогая? –обратилась она к себе.- Микола не поверил, очевидно. Обидно, досадно, но ладно. Теперь план меняется? Уйти сейчас? Пока нянька не видит? - она кинула взгляд на служанку, спящую сном праведника, прикинула возможности и начала осторожно рыться в вещах, сложенных Диной на длинной лавке.
Ирина выбрала все штаны, рубахи, исподнее, драгоценности (перстень, родовой, ротмистр забрал, когда доверенность оформляли), письма , швейные принадлежности, гребень…Получился приличный узел. Поделила те деньги, что чудом остались у неё от размена (честно, даже забыла, что они есть), поровну и отложила к вещам служанки. Бросив взгляд на нравившуюся вуэлу, тоскливо вздохнула и решительно взялась за ручку двери. Та не поддалась!
- Это он, сволочь, нас запер, что ли? Да когда? Или я настолько отключилась, что все пропустила? И что теперь-то, господи? – прошептала Ирина и в расстройстве присела на лавку. Мысли завертелись волчком, и ни одна не давала надежду..
 
И вдруг щелкнул замок! Ирина аж подпрыгнула от неожиданности и испуга. А дверь между тем стала меееедленно и тихо приоткрываться. Валиева прижалась к стене и непроизвольно поджала ноги.
В образовавшуюся щель бочком протиснулась мальчишеская фигурка и огляделась. Натолкнувшись взглядом на сжавшуюся на лавке Ирину, лазутчик приложил палец к губам, мол , молчи, и, приоткрыв дверь пошире, мотнул головой. Ирина поняла, что он приглашает идти за ним. Несмотря на невероятность проиходящего, Ирина двинулась за неожиданным гостем.
В темном коридоре малец взял попаданку за руку и потянул за собой в другую от лестницы, по которой они поднимались в номер, сторону. Ирина, прижав к себе узел, пошла за ним. Было тихо, только откуда-то снизу доносились приглушенные голоса, звон посуды и шаги. Ведущий Ирину за руку проводник аккуратно ступал по коридору, а она слепо следовала, почти не видя, куда ступает.
Беглецы прошли по коридору, спустились по лестнице (парень велел держаться стены), пересекли (Ирина боялась смотреть по сторонам, опасаясь , что если вдруг увидит кого, их тоже заметят) задний двор, остро пахнущий навозом и отхожим местом, и уперлись в дощатый забор.
И тут, в предрассветной хмари, Ирина смогла рассмотреть проводника. Им оказался не мальчишка, а мужчина-карлик, или, как помнила Ирина по прежней жизни, «маленький»: так, вроде, предпочитали называть себя люди с синдромом карликовости, вернее, там латинское название болезни было, что-то похожее на «нано».
Наверное, только благодаря шоку от всей ситуации Ирина не вытаращилась неприлично на этого человека, макушкой не достававшего ей до груди. А он, отпустив ее руку, раздвинул две доски в заборе и юркнул наружу.
-Пролезай быстро, да узел отдай, застрянешь- проворчал басом человечек и придержал доски. Не раздумывая, Ирина выполнила приказ, и через минуту оказалась где-то в проулке. Пусто и тихо, сыро и грязно, но Ирина готова была целовать землю-она выбралась. И тут до неё дошло: а куда, собственно, и кто ей помог?
-Ты, это, девка, не ори и шуруй за мной. Тебя ждут. Нам еще пилить и пилить, так что давай, ходко.- Мужчинка заковылял вперед на кривоватых ножках, а Валиева двинулась следом.
«Ждут? Кто? Неужели Микола? Или –норды? – лихорадочно соображала девушка, пытаясь не отставать от неожиданно резво передвигающегося сначала по переулку, потом по просыпающимся улицам, каким-то огородам и садам маленьким человеком. Шли довольно долго, как и сказал проводник, и Ирина Михайловна начала беспокоиться.
«Что ж я такая доверчивая-то? Пришел, увидел и увел, и я, как овца, тупо пошла.. – злилась она на себя. –Вдруг тут тоже есть работорговля, и приведет он меня, наивную, в притон?»
Будто услышав ее мысли, карлик, не поворачиваясь, ответил на невысказанный вопрос:
- Да ты не трусь, меня Хмель послал, а его норд, Эйвинд. Смешное имечко, а мужик правильный. Веду тебя в дом на окраине города, подальше от гостиницы. Поживешь там пару дней, чтоб не нашли, если искать будут. Будут ведь? – он повернулся, и Ирина пожала плечами. Ротмистр может, обещал. Хотя, желаемое-то он уже получил. Ну а Дину кто слушать будет?
- В любом случае, на корабль ты попадешь не в порту, там народу глазастого много. Хмель тебя по реке отвезет до деревни в паре верст, а там норды тебя подхватят. Понравилась, видно, ты капитану-то, раз он Хмелю долг давний простил за помощь тебе! Цени, девка, правду баю.
Ошеломленная событиями утра Ирина не отреагировала на слова должным образом, просто кивнула. Главное- она избавилась от опекуна, а дальше жизнь покажет. Ирина взбодрилась и побежала догонять карлика.
  
Глава 25
 
Безымянный проводник привел поапданку в небольшой домик у реки, откуда просматривались купола церквей, но не видно было ни пристани, ни людей. Строение, напоминавшее хуторскую избу, было пустым, не сильно меблированным, но относительно чистым: печь, полати, стол, две лавки, сундук у стены. На притолоке –пара мисок, кувшин, чугунок, сковорода, пузатый закопченный чайник, стопка серых полотенец. В сенях- бочка, ведро, за домом-колодец. Все.