С песней по жизням. Часть 1 и Часть 2 (СИ)

-Паненка, тетка, утречка! Пойдемте, я вас умыться отведу. Завтрак вам отложили, но мы немного постоим тута, капитан отправил воев на охоту.
- Почему вдруг не торопимся? –вставая на ноги, задала вопрос Ирина.
- Не знаю, вроде, должон вскорости ветер подняться и дуть будет аж пару дней, так норды хотят без стоянок идти, пока возможность есть. Вот и запасаются снедью. Ротмистр с охотниками ушел, меня при вас оставил, ну и в помощь кашеварам. Я сушняк из лесу таскал, воду..
Воодушевленный парень трещал по дороге к заводи об оружии и навыках воинов, которые на рассвете тренировались, а он видел, потом о предчувствиях капитана, об устройстве драккара, на который уже успел залезть.
-Ух, они такие! – закатывал глаза Микола. – Я бы с ними пошел на север, посмотреть, где они живут и как, да только ротмистр велел вас беречь и пока до имения не доедем, не бегать по мечтам своим. А там он меня драться научит и языку нордскому, а следующей весной...
Тут Дина охнула и залепила племяннику подзатыльник.
-Ишь, чего задумал, окаянный! Только из дому сбежал, уже и в неведомые земли собрался! Вот посмей только, места живого за заднице не останется. Я тебя…
За разговорами и перебранкой женщины привели себя в порядок, потом Миколка принес им холодную жареную на костре рыбу, хлеб и дамы поели. Солнце светило ярко, легкий ветерок шевелил волосы и овевал лицо. Намеков на его усиление Ирина не ощущала. «Может, здесь свой Гидрометцентр есть, и тоже врет?» – лениво думала женщина, наблюдая за возвращением охотников, к которым навстречу поспешил конюх.
Отделившись от группы, к спутницам подошел ротмистр.
-Доброе утро, панны! Как спалось на природе? Микола уже, небось, поведал о планах капитана?
Ирина кивнула, а Дина озабоченно нахмурилась и спросила:
-Пан Збышек, это, и ночью плыть будем? И откель им известно о ветре-то? Вона, небо чистое, тихо вроде…
Бывший военный пожал плечами.
- Я в морском деле не сведущ, но раз опытные люди сказали, нам-то куда лезть? Быстрее доберемся, нам же лучше. А едой – мотнул он головой в сторону костров – за пару часов запасемся. Не переживайте, панны, герр Густафссон, действительно, хорош в своем деле. Доверимся ему и его команде. Вы пока наслаждайтесь видами.
***
 
Прогноз норда сбылся, и следующие дни на берег водоплаватели не сходили, зато расстояние до цели покрывали успешно: караван двигался уверенно и ходко, поскольку наполненные крепким ветром паруса не опадали и даже ночью. Команда явно наслаждалась такой ситуацией, не проявляя раздражения или недовольства отсутствием горячей пищи или невозможностью пройтись по твердой земле.
А вот женщины страдали. Дину внезапно одолела «морская болезнь»: она лежала под одеялами на палубе, постанывая и жалуясь на всех и все. Валиева особо качки не ощущала (не море), но от постоянно дующего ветра стала уставать. Она вообще к ветру, тем более, к сильному, настойчивому и долгому относилась отрицательно: он ее раздражал, вызывал тревогу и желание спрятаться. А куда денешься с подводной лодки, как говориться?
Приходилось терпеть, как и нытье Дины, бодрых до отвращения северян, устраивающих не только шутливые потасовки посередине летящего по воде кнорра, сопровождаемые смехом и громкими разговорами, но и ночные концерты: мужики ХРАПЕЛИ! Дружно и мощно, иногда, до кучи, еще и составляли конкуренцию ветру, пуская свои собственные…
Норды были весьма непосредственны в человеческих проявлениях: рыгали, сплевывали, зевали с шумом, пер…ли, даже справляли нужду прямо с бортов. Ирина сначала оторопела от таких демаршей, а потом поняла: для мужчин, проводящих большую часть жизни на реке или море среди себе подобных, такое –норма, и места стеснению тут нет. Не будешь же прибиваться к берегу каждый раз, когда кому-то приспичит облегчиться?
«Что естественно, то небезобразно, воистину. – Думала Ирина, в очередной раз закрывая глаза на пристраивающегося у борта викинга. – Хорошо, что Дина почти в отключке. В обморок бы упала от сих видений».
***
 
И все же попаданка получала удовольствие от плавания! Если исключить смущающие обстоятельства, путешествие по широкой полноводной реке, мимо полей, лесов, деревенек, под высоким голубым небом и сияющими крупными звездами было восхитительным. Ирина не давала себе послаблений в части размышлений о концах и началах, сосредоточившись на природе, погоде и компании. Ну и заботе о несчастной кормилице, которую приходилось обтирать, поить водой глоками, сопровождать до интимного закута, успокаивать и утешать.
Микола перешел на передний драккар, ротмистр «скорешился» с капитаном и, в основном, находился рядом с ним на носу кнорра. К устроенным в углу под навесом из парусины женщинам он подходил несколько раз – проверить самочувствие или принести сухарей, воды и жаренного мяса (какая-то дичина, что отловили и срочно пожарили на кострах перед гонкой). Ирина видела его неловкость в связи с нездоровьем Дины, но убеждала, что все нормально, и пан с облегчением покидал женский коллектив.
- Эх, мужики, мужики…– вздыхала Ирина. – Как же вы не любите проблемы…Когда же стихнет этот сирокко? Или мистраль? Да неважно, надоел до страсти!
  
Глава 19
 
Ветер стих к вечеру третьего дня. Ирина выдохнула с облегчением, а ротмистр сообщил, что они одолели большую часть пути до Чернигова.
- Утром подойдем к берегу, остановимся, отдохнем, поедим горячего. Деревня там прям у реки, местные снабжают проходящих мимо продуктами, даже, если желают, ночевкой обеспечивают и баней. Эйвинд предлагает воспользоваться, если желаем. До Чернигова дальше пойдем на веслах, если с ветром не задастся.
Высадка на сушу в этот раз прошла цивилизованно: корабли подошли к небольшому пирсу, выстроившись в ряд. Обладающий низкой осадкой один драккар приткнулся бортом к деревянному неширокому мосту, а кнорр пристроился за ним. Северяне перебросили узкую доску, и Ирина, поддерживаемая ротмистром, смогла сойти по ней на берег. Дине пришлось сложнее (боялась и слабая была), но тоже одолела переход.
Оказавшись на земле, няня чуть не плакала от счастья.
-Ой, Аринушка, думала, помру я на этой лодье! Дайте хоть немного на тверди побыть, сил от земли-матушки набраться…– служанка водила руками по траве, стоя на коленях, и шептала молитву.
Норды снова посмеивались над теткой Миколы, а он кривил губы–стыдился. Ирина строго оглядела мужчин и показала кулак парню. Ишь ты, морские волки!
К приставшим кораблям спешили люди, зазывая к себе на постой и предлагая принесенные в корзинах, кувшинах, свертках пироги, сало, яйца, свежие овощи. Капитан переговорил с приветливо улыбавшимся ему как знакомому высоким молодым мужиком и тот, прикрикнув на односельчан, повел капитана к стоящему в десятке метров от мостка строению под соломенной крышей. Остальные двинулись за ними.
«Ресторан тутошний? Ну, поглядим. Хотя, сперва бы в уголок задумчивости не мешало заглянуть. И обмыться да штаны сменить, а то как-то некомфортненько мне» – размышляла Валиева, наблюдая за суетой молодок, стреляющих глазками на бравых нордов, расспрашивающих прибывших мужиков и крутящихся у драккаров подростков.
Капитан сказал что-то предводителю местного дворянства и указал на Ирину с Диной, сумевшей-таки оторваться от земли и бредущей рядом с воспитанницей.
- Да мы, это, с превеликим удовольствием, барин! Ты, милка, подь с моей жинкой, она и воды даст, и постираться поможет. Аглая, сопроводи гостий до дома, пока мы тута побалакаем! – Обратился к Ирине вождь селян, и из толпы вышла рослая молодка в крестьянском наряде, похожая чем-то на Врею: такая же видная, светловолосая, с уложенной вокруг головы толстой косой.
Дина вмиг выпрямилась, окинула подошедшую строгим взглядом и выступила вперед, взяв на себя инициативу в разговоре.
- Здоровы будьте, люди добрые! Госпоже моей надо бы помыться, уж который день с лодьи не сходили. Помочь можешь?