Русалка (СИ)
В общем, мне-то показалось, что такой контракт – это сыр в мышеловке, что какой-то развод, что, быть может, в бумагах окажется какой-то подвох, и он потратит на исполнение контракта больше, чем рассчитывает. Халифатцы – известные жуки, просто так подарков не делают, я уже поняла это про них. Такой контракт дают в награду от Халифа тем купцам, которые умудрились порадовать и удивить его своими дарами – и это учитывая, как сложно сделать подарок человеку, у которого все есть. С чего бы кому-то предлагать такое обычному купцу, пусть и со связями?
Чем больше я слышала восхвалений о том, как это важно и круто, тем больше старалась охладить пыл Рохеиса, но тот ничего не желал слушать. Контракт – и все тут, какие могут быть попытки обмана, когда такая удача? Конечно, он заявил, что проверит много раз все бумаги, что все просчитает и сам, и его отец позже, что это всего лишь предварительное соглашение, ведь сам-то он не может подписывать такие бумаги от лица всего рода. Но все равно он был опьянен этой перспективой похлеще, чем вчерашним вином.
А потом… что же было потом?..
Еще один стон послышался от моего соседа, и грубый голос велел:
- Напоите его, чтобы не сдох, он мне живой нужен. – Я замерла, усилием воли стараясь расслабить все мышцы, чтобы было непонятно, что я пришла в себя, одновременно стараясь прикрыть раздербаненую веревку. – А что там наша красавица, еще не пришла в себя? Ну, ничего, это и понятно, женщины дольше отходят от зелья.
Вновь послышалась мычание, в этот раз возмущенное. Звук удара, кашель.
- Веди себя тихо, - рыкнул другой голос, глухой и низкий, от которого у меня аж мурашки пробежали по спине, так он странно звучал, как-то… не по-человечески.
Вода.
Я ощутила воду всем своим существом, всей своей магией. Совсем немного, пресная, она текла в чужие губы, от чего в горле требовательно запершило – едва заставила себя не закашляться. Казалось, будто я вижу воду через темноту, я ее чую. Значит магия моя не заперта, она здесь, со мной, и я на многое способна.
От облегчения захотелось расплакаться еще горше, но просто было нечем.
Вместо этого, уверившись в том, что магия мне подвластна, я попыталась сосредоточиться на воде. Я увидела ее внутренним зрением – небольшой водный пузырь, немного вытянутый. Наверное, литра три, не больше.
Вода льется и исчезает… нет, не исчезает. Ее глотает человек, мужчина, и по его жилам тоже течет вода. Разбавленная, но уже мне знакомая. Кровь и другие жидкости человеческого тела, я увидела его, словно картинку на тепловизоре – он полулежит, ноги вместе, руки по швам – наверное, тоже связан. Другой мужской силуэт поддерживает его в сидячем положении. Здоровенный, мощный, накаченный.
- Может, напоить девчонку? – спрашивает рычащим голосом.
- Не надо, - тянет тот, что командует, - она маг, так просто не сдохнет, а без воды с ней проще будет договориться. Унеси-ка это отсюда.
Связанный мужчина возмущенно мычит – опять ему сунули в рот кляп. Кто же это? Жаль, что я не могу понять внутренним зрением.
Воду уносят, мы остаемся втроем. Третий человек, который командует… какой-то маленький, тусклый. Тоже уходит прежде, чем я успеваю его рассмотреть.
Оглядываюсь внутренним взором внимательнее. Кажется, вокруг никого. Темнота. Сейчас ночь? Или это такой плотный мешок на мне? Тогда почему такая жара? Я дальше выпускаю свое чутье, пытаясь понять, что и как. Еще люди. Несколько очень крупных мужчин, как тот, первый. Животные на четырех ногах с бурдюками с водой на спине… нет, не только с бурдюками. Это верблюды, поэтому вода такой странной формы. Хотя и запасы воды тоже тут. Еще люди, снуют вокруг, что-то делают. Кажется, заботятся о животных и о том странном маленьком человеке.
Что это? Столп воды, идущий вертикально вверх на несколько метров. Как человек, только более плотный. А под землей – извилистые ходы для влаги…
Дерево, вот что это. Его корни уходят глубоко-глубоко вниз, под землю. Так тяжело пробиться, она такая сухая, но я следую за древесными корнями, доверяю им, еще немного…
Подземная водная жила. Моя магия окунулась в нее, будто в живительный источник. Холодная, зажатая со всех сторон камнями и песком, там, в глубине, она все равно старается привнести жизнь в пустыню.
- Мне кажется, пора будить нашу красавицу, - голос вернувшегося человека заставил вынырнуть из транса. – Посмотрим, как быстро она согласится подписать контракт и стать моей рабыней.
Что же вчера было?!
Глава 60
Ко мне приблизились две крупные сотканные из воды фигуры, и я зажмурилась и зажала в ладони разорванное место на веревке, стараясь его скрыть. Расслабиться, надо расслабиться, будто я без сознания, надо тянуть время.
Меня резко посадили и сорвали с головы мешок. Яркий свет ударил по глазам даже через закрытые веки, заставляя зажмуриться от слишком большого контраста.
- Она пришла в себя, - рыкнул голос справа.
Я поджала губы, но притворяться не было смысла, меня уже раскрыли. Опустила голову, чтобы яркий свет не бил в глаза, и смогла их приоткрыть. Глаза адаптировались небыстро, но все же через некоторое время я смогла оценить обстановку.
Пустыня, едва ли не полдень – ярко светит солнце. Жара. Подо мной какой-то потертый пыльный ковер, голову от жара едва прикрывает тент из обычной ткани, совсем не такой светонепроницаемой, как закрывала мне раньше голову. Рядом возвышается здоровенный детина с не по-человечески оливковой кожей. Он ухмыляется, и теперь, вблизи, я вижу, его торчащие клыки даже крупнее моих, они немного выступают вперед из ряда зубов, но не торчат из-за губ, как у чистокровных орков, если рот закрыт.
Второй такой же стоит справа, скрестив руки на груди, он одет сверху в одну безрукавку, и видны его бугрящиеся мышцы, покрытые какими-то мелкими узорами из круглых, треугольных и квадратных спиралей и каких-то орнаментов. На поясах у обоих висят здоровенные палаши.
- Пришла в себя, красавица? – с улыбкой доброго дедушки тянет старик-купец, один из партнеров Рохеиса.
Он сидит на груде шелковых подушек на отдельном чистом ковре, постеленном сверху нашего, один слуга держит над его головой дополнительный зонтик от солнца, а двое других обмахивают сделанными из перьев опахалами.
«Не знаешь, что говорить – помалкивай», - частенько приговаривала мне Анна Павловна, мой дипломный руководитель. В хорошей ситуации еще улыбнуться можно, это обезоруживает. Сейчас улыбаться меня совсем не тянуло, но я решила подождать и посмотреть, что же он скажет.
Старик бросил взгляд в сторону и кивнул, от чего один из слуг, уже четвертый, аккуратно присел между нами и положил на ковер какую-то бумагу, перо и чернильницу. Что это такое я спрашивать не стала, все так же молчала и ожидала пояснений.
- Что ж, подписывай, - предложил со вздохом старик.
- Простите, я не умею писать, - улыбнулась ему вежливо.
- Умеешь, я же видел, - хмыкнул он. Да, забыла, я же делала заметки на встрече.
- Я умею только рисовать. Вы не знали? Я же дикарка с Жемчужных островов, не владею халифатским, имперский только учу. Выучила пока только буквы «Альк» и «Бельк», могу их нарисовать.
Он рассмеялся по-доброму, будто Дедушка Мороз, а у меня от этого голоса мурашки по спине побежали и плавник чуть не дернулся – едва сдержалась.
- Да мне все равно, на каком языке ты подпишешь, хоть крестик поставь, хоть кружок нарисуй, главное – что это будет твоя подпись. Это же магический контракт.
- И что же в нем написано? – осведомилась из любопытства. – Простите, сама-то я прочесть не могу, не грамотна.
- Что ты берешь у меня в долг двадцать тысяч золотых и обязуешься их вернуть, а если не сможешь, то обязана отработать, став моей рабыней. Число, подпись.
- Отработать в доме удовольствий? – выгнула я бровь. – И с какой же зарплатой?