Русалка (СИ)

Люди на корабле раскричались, забегали, явно они сами не ожидали такого улова, но радостными не выглядели, скорее возбужденно-разозленными.
- Я пришла с миром! – крикнула первое, что пришло в голову, вцепляясь похолодевшими пальцами в веревочную сеть. Кажется, это должны говорить пришельцы, но какая разница.
Люди замерли, а потом забегали активнее, закричали злее, и я поняла, что надо тикать, потому что моя сеть была не простой, действительно слишком большой, ее не кидали люди руками. К мачте была прикреплена горизонтальная балка, к ней крепилась сеть, а на палубе стоял какой-то механизм из веревок и деревянных блоков, с помощью которого, очевидно, наматывалась веревка и поворачивалась балка с сетью. Все это в целом напоминало чем-то башенный кран, и сейчас балка поворачивалась так, чтобы, когда я упаду, я попала не в море, а на палубу корабля. В окружении десятка вооруженных мужиков, привыкших сообща глушить рыбу.
«Пора тикать» - сообразила тормознуто, как всегда у меня бывает в стрессовой ситуации. Да, я тот тупой пешеход, который обычно замирает на зебре в случае неожиданности, как олень в свете фар.
Раз сеть разорвать не получилось, надо оборвать веревки, которые ее держат, упасть в воду – а там уже разберусь, выкручусь как-нибудь, доберусь до своего сделанного из раковины ножика, оставшегося в рюкзаке. Да что там, хоть зубами веревки перегрызу, было бы время. Сейчас его точно не было.
Я заприметила нужную веревку на балке и попыталась срезать ее водным лезвием – тонкой, но сильной струей воды.
Но ничего не произошло.
Я растерялась, попыталась снова и снова, попыталась успокоиться, расслабиться, потрясла руками... этого просто не могло быть, но магия совершенно точно перестала работать. Совсем. Словно в первые дни моего пребывания в этом мире.
А тем временем балка, к которой крепилась сеть, медленно повернулась, подо мной теперь была деревянная палуба, кусок пустого пространства на которой окружили мужики, вооруженные кто чем горазд: палками с гвоздями, длинными ножами, мечами, топорами. И все они ждали меня.
И когда я ощутила, что опора подо мной пропала, что сеть развязана, я закричала в панике и изо всей силы уцепилась за веревки, не позволяя своему телу упасть на палубу. Мой хвост завис где-то в полуметре над головами мужчин, и я поспешила подтянуть его, завернув в сложный крендель, чтобы никто точно не дотянулся. Они закричали возмущенно, попытались подпрыгнуть, размахивая кто чем, но пока я была слишком высоко.
Было понятно, что это ненадолго, они уже перекрикивались между собой, и несколько человек судорожно крутили ручки и дергали рычаги на механизме, собираясь опустить меня вниз, я же пыталась подтянуться на руках выше. Вот так и понимаешь, зачем на физре у нас были дурацкие занятия по карабканью на канат, но я всегда получала за это двойку, даже когда можно было помочь себе ногами, а сейчас и того не было.
Сеть дернулась, а потом начала медленно опускаться вниз, рывками, будто в часовом механизме, отсчитывая последние секунды моей второй жизни.
- Помогите! – закричала я в отчаянье, прекрасно понимая, что и помочь-то мне некому, и даже понять, что я хочу, они не в силах.
Глава 20
Если бы я был Ларой Крофт, то сумела бы раскачаться на веревке и вовремя отпустить ее и упасть в воду, но, к сожалению, я ею не была. Я лишь кое-как с огромным трудом сумела по сети, как по веревочной лестнице на одних руках подняться повыше, да подтянуть хвост к животу, чтобы не достали. Но сетка, которая в начале помогала мне не соскользнуть и позволяла цепляться лучше, чем я могла бы держаться за канат, теперь стала моею погибелью – я была внутри мешка, и дороги выше просто не было, а сеть медленно, но верно, опускалась вниз, подбадриваемая криками моих будущих убийц.
Я косилась на них и подвывала от страха. Никогда прежде я не испытывала такого ужаса, как в этот миг. Чего я могла бояться в своем прежнем мире? Я боялась быть сбитой машиной из-за того случая в детстве, но чем бы это обернулось бы для меня? Травмами, болью, которую немедленно купировали бы врачи скорой, долгим лечением или быстрой смертью на операционном столе – в любом случае, все это было бы направлено на попытку мне помочь, вылечить. А здесь я могу рассчитывать разве что на быструю смерть, а, если не повезет, на медленные мучения и истязания. Меня будут на кусочки резать и не потому, что хотят от меня вызнать какую-то военную тайну, а потому что я есть то, что я есть – тварь магическая, куски мяса которой, возможно, они продадут какому-нибудь чернокнижнику для экспериментов.
 
Вдруг мою сеть резко мотнуло в сторону, заставив меня буквально взвизгнуть и заткнуться. Сперва показалось, что я упала, падаю, но нет, мои одеревеневшие пальцы все так же крепко сжимали сеть, только хвост пронесся над морем, и я запоздало сообразила, что тут-то и надо было прыгать. Но меня уже мотнуло в другую сторону.
Я попыталась сообразить, зачем люди это делают, но увидела лишь что они с криками мечутся по палубе. Потом меня мотнуло вновь, да с такой силой, что мне не удалось удержать хвост, и он распрямился, придавая моему раскачиванию ускорения. Подо мной просвистело море, но разомкнуть пальцы я просто была не в силах. И тут я увидела, как в морскую пучину, неожиданно неспокойную, с криком упал человек с палубы. Я поняла, что качается не моя сеть на веревке, а весь корабль бросает из стороны в сторону, будто в шторм. Только небо-то было чистым.
Вдругг из моря вырвалось нечто огромное, красное и рухнуло на палубу, будто гигантских размеров бревно. Несколько моряков с дикими криками прыгнули за борт, не дожидаясь развязки, но пара попыталась сопротивляться – один мужик, одетый чуть приличнее остальных, попытался резануть эту штуку саблей, второй – здоровенный – рубанул топором. Штука дернулась, и я смогла мельком, но все же сумела разглядеть, что нижняя ее часть нежно-розового цвета, и на ней огромные с мою голову величиной присоски – это было щупальце. Огромное щупальце.
Второе щупальце попыталось смахнуть мешающихся людей с палубы, но те отпрыгнули в стороны. Однако для корабля было уже поздно. Первое щупальце поднапряглось и смяло судно, словно подросток пустую аллюминиевую банку. Немногие оставшиеся на борту моряки ринулись в воду, кто-то успел в этой суматохе спустить на воду шлюпку, и она поспешно улепетывала от корабля, а к ней устремились все уцелевшие люди.
Выбрасывая пузыри воздуха, корабль, утягиваемый спрутом, уходил на дно, и я с ним вместе. И я даже не могла сообразить, это хорошо или плохо вообще? С одной стороны, я вроде как свободна как рыбка, с другой – а меня сейчас эта тварь не сожрет, случайно?
Уже когда мой хвост коснулся воды, я увидела, как огромное щупальце резко выстрелило в сторону и разбило единственную шлюпку, на которой пытались спастись люди. Я испуганно вскрикнула. Да, это уроды, которые меня собирались убить, но это люди, и смерти я им не желала.
Прежде чем я успела еще что-то разглядеть, меня вместе с сетью утянуло под воду – воздух из корабля вышел, и он стал тонуть еще быстрее. Надо было выбираться, и я попыталась разжать пальцы, но они намертво вцепились в проклятые веревки. Хорошо хотя бы, что утонуть мне не грозит, однако и ждать непонятно чего глупо. Я медленно уговаривала себя отогнуть пальцы один за другим, убеждала, что все уже нормально, и кое-как мне удалось превратить мертвую хватку в нечто, напоминающее скрюченную подагрой птичью лапу, осталось лишь выпутаться из сети и уплыть.
 
И тут прямо передо мной оказался огромный непроглядно-черный круглый глаз, обведенный по кругу желтым, будто краской, диаметром с мой рост. Размер тела гигантского спрута просто не поддавался оценке, оно заняло все пространство, а на оставшемся мягко колебались в воде его длиннющие щупальца, покрытые огромными присосками. И в одном из этих щупалец я увидела тело человека, судорожно бьющееся в тисках, выпуская пузырями последние глотки воздуха.