Доля ангелов (СИ)

Калла лежала на моей кровати. Ее обожженные руки были густо намазаны зеленой мазью. Она морщилась во сне и чуть постанывала. Калерия сидела возле нее.
— Я останусь здесь на ночь, девочка, иди спать к Лимаре, она должна видеть, что я рядом с ней, когда очнется. Она сильная, и скоро выздоровеет.
— Дин, принеси в комнату свою кровать. На ней будет ночевать Калерия, а ты ночуешь в кухне с Карлом, — Дин мотнул головой, и пошел в свою комнату разбирать постель.
На улице Дюбар накинул мне на плечи свою куртку:
— Я даже не знаю, как ты здесь выжила, Лора. Я следил за тобой, и был готов вмешаться в любой момент, но ты справлялась. Сейчас ты очень устала и больше не можешь рассчитывать только на себя, — он усадил меня на лавку и сел рядом.
— У меня есть Карл и Дин, у меня есть Шатиль. Да, Люка, я согласна принять твое предложение, только я прошу тебя об одном — не нужно считать, что я твоя вещь. Если ты сможешь сделать так, чтобы все эти люди остались здесь, и они были в безопасности, сделай это.
— Я тебе обещаю. Эти земли будут твоими, и у тебя будет небольшая, но хорошая армия. Весной здесь начнется строительство имения, в котором ты будешь жить. Если я буду уверен, что у тебя все хорошо, я не стану вмешиваться в твои дела. У меня есть доходы, из которых я буду платить налог в казну ближайшие три года. Думаю, этого времени будет достаточно, чтобы люди встали на ноги и смогли платить, — он говорил очень воодушевленно, и я чувствовала, что он рад моему согласию.
— Лора Гросарио, согласна ли ты быть моей женой? — он опустился передо мной на колено и смотрел в глаза. Да, он был очень красив и уверен в себе, и даже сейчас, в одежде простолюдина он не выглядел беспомощным.
— Люка Дюбар, я согласна быть вашей женой, — сердце билось как у кролика, которого взяли в руки, которые могли приласкать, а могли тут же пустить на рагу.
— Завтра мы выезжаем в Альдербан, и все решим за месяц.
— Я не могу оставить здесь все как есть и уехать.
— Можешь. Здесь Карл и Дин, и Шатиль, которая знает все, что нужно сделать.
— Мне нужно отвезти в Альдербан вино и сладости. И заехать в деревню за фруктами.
— Вино и сладости зимой будут только дороже, и мы пробьемся теперь на королевский стол, Лора, а в деревню съездят мои люди, и привезут сюда все, что ты хотела.
Я обернулась и у двери увидела Карла и Дина. Они слышали наш разговор. Я не могла понять — что они чувствуют, но у меня уже не было сил что-то доказывать или обороняться.
— Утром мы с Дюбаром едем в Альдербан. Карл, вы с Дином остаетесь за старших. У вас есть продукты, охотники приносят мясо. Главное — не позволить трогать Калерию и Каллу. Как только она выздоровеет, пусть поживет здесь, в моей комнате. Ты останешься в этом доме. У тебя будет много мужчин в помощь, и кроме охранников, есть мужчины в деревне, что присоединятся к тебе, если остальные будут нападать на этих женщин.
— Хорошо, Лора. Ты хорошо подумала? Ты точно этого хочешь? Или же как всегда, делаешь это только ради этих людей? — он махнул в сторону дороги и сплюнул.
— Мне нравился Дюбар, Карл. Он хороший человек, и может нам помочь. Идемте спать, до завтра, Дюбар, утром я буду готова, — я подозвала Дина. — Проводи меня до Лимары.
Мы шли по улице, и я даже в темноте слышала, как тут и там люди перешептываются у своих домов — никто не уходил, и все ждали какой-то развязки. Охотники сегодня не ушли в ночь проверять ловушки. Все прятались вокруг нашего дома, двое шли, переговариваясь и смеясь перед нами, будто идут вовсе не с нами, но я знала — они ночуют у дома Лимары.
— Дин, будь умницей, и следи за Шатиль и ее родителями, чтобы с ними ничего не произошло. На тебе остаются наша Вивьен, ее ксе равно нужно доить, и лошадка, на которой иногда нужно выехать. Если получится, и сюда привезут фрукты, варите их с Шатиль, я рассказала, что с ними делать, когда мы привезли немного, — я потрепала его волосы. — Скоро будет готова твоя куртка, а завтра утром я уже заберу свою. Я заказала у Морены пальто и для Шатиль. Заказала костюм для тебя и платье для нее. Через неделю заберите свои подарки.
 
— Ты точно вернешься?
— Обязательно, мальчик мой.
— Я уже не мальчик, Лора, я взрослый мужчина.
— Я вижу, только будь осторожен, пожалуйста. Обещаешь?
— Обещаю.
  
Глава 54
 
Рано утром мы выехали верхом. Кроме Карла, Дина и Шатиль никто не знал, что я еду становиться герцогиней и хозяйкой этих земель. Мы ехали в одежде крестьян и ничем не выделялись.
— Тебе неудобно разговаривать со мной, Лора? — Дюбар начал разговор только через час, когда понял, что сама я говорить не начну.
— Я не знаю почему вы сделали мне предложение, и само собой, мне страшно от этого непонимания. Мне проще говорить с вами искренне, герцог, — он не был мне неприятен, а даже наоборот, он казался честнее всех высокородных, которых я успела узнать.
— Ваш отец делает большое дело, но он не может одержать победу над Детьми Гасиро, и я надеялся, что ваша хватка что-то изменит, но все повернулось вот так.
— Как?
— Вы изменились, и на балу я понял, что с вами что-то не так. Вы стали другим человеком. У вас не горят глаза при разговорах о политике.
— После того падения с лошади я плохо что помню.
— Может это и к лучшему, Лора, потому что ты стала человечнее.
— Может и так.
— Точно, потому что с тобой сложно было что-то обсуждать — у тебя был какой-то только тебе ведомый план, и ты шла к нему, сметая все на своем пути.
— Я вам не нравилась? — я сказала и потом только смутилась. — Ну, вернее, я хочу понять почему вы решили на мне жениться. Не очень верится, что вы хотите помочь мне и этим людям.
— Считай, что хочу помочь, Лора, — он не смотрел на меня, и мне сложно было понять, что у него на уме.
У меня никогда не было отношений, где мужчина искренне любил бы меня, а не выбирал меня ради тех или иных благ. Сейчас мне было обидно и грустно от этого. Но сейчас жаловаться было не на что.
Мы ехали по первому снегу, и когда проезжали деревни ехали в полной тишине. Вокруг было так красиво, что захватывало дух. В последней деревне мы остановились на ночь, и ужинали в харчевне, где люди обсуждали новые законы на этих землях. Мы прислушивались к тому, как они радовались новым законам. Законам, которые могли полететь в тар тарары, если я не выйду замуж.
Мы ночевали в двух комнатах, утром хозяева накормили нас завтраком. По мере приближения к Альдербану становилось теплее, но все равно, зима брала свое.
К имению Герцога Хармского мы подъехали уже заполночь, но нас встречали — на первом этаже замка горел свет. Мне выделили служанку, которая быстро подготовила мне комнату и удивилась, что я без гардероба.
— Люка, я могу утром сходить до швеи, у которой я заказала одежду? — мы ужинали вдвоем в огромном зале, где нам прислуживали не менее десяти человек.
— Да, я прикажу заложить карету.
— Это лишнее — ехать в карете в одеждах крестьянки.
— Тогда мы пойдем вместе, но к вечеру мы должны быть при дворе короля на ужине, где я сообщу о своем решении жениться.
— Я тоже должна там быть?
— Да, конечно.
— А то, что мои документы сгорели на площади во время отмененной казни?
— В Валенторне нет титулов, но ты высокородная, и по сути, ты Графиня Гросарио. Альдербан не признает того, что там сейчас вытворяют Дети Гасиро.
— Люка, скажите, а что можно сделать, чтобы подточить их?
— Я не знаю точно, но можно аккуратно обнародовать документы, что выкажут их в ином лице. Но это нужно делать параллельно с организацией революции в королевстве. Такая схема может лишить короля своего статуса, но нам этого не хотелось бы.
— Кому это «нам»?
— Во-первых, один на один, ты можешь называть меня Люка, а не на «вы». во-вторых, существует некая подпольная группа, в которой, между прочим, состоит твой Карл. И мы решаем, как свергнуть этих фанатиков, особо не трогая престол. Но, опять же, как оказалось, король в Валенторне ничего не решает. Он просто кукла, которой правят эти сумасшедшие.