Охотница (СИ)

– Подожди, – перебила я, – сколько тогда тебе лет?
– Триста двадцать, плюс-минус десяток. В самом начале после обращения мне было сложно отслеживать время, и иногда я теряла связь с реальностью, – невозмутимо ответила Илени. – Оборотни живут дольше обычных людей, есть даже предположение, что они могут жить вечно. Однако пока еще ни один оборотень не смог дожить пусть и просто до преклонного возраста, чтобы проверить эту теорию – сами понимаете, маги-Охотники, крестьяне с вилами и прочие не способствующие долголетию явления.
– Давайте не будем отвлекаться на лирику, – перебил девушку маг. – Я по-прежнему хочу услышать объяснение такому количеству смертей.
– Как я уже говорила, – вновь продолжила повествование оборотень, – я прожила одна следующие три века. Периодически я перебиралась из одной деревни в другую, чтобы не вызвать подозрений, старалась ни с кем по возможности не общаться, в полнолуние уходить как можно дальше в леса, чтобы никого ненароком не встретить. Потом я познакомилась с Тремом, мы полюбили друг друга, строили планы на долгую и счастливую жизнь. К моему удивлению, узнав, кто я на самом деле, Трем не оттолкнул меня и смог примириться с моей сущностью. Все было слишком хорошо, чтобы длиться достаточно долго. Оказалось, что Неден и не думал никуда уезжать, он лишь затаился на какое-то время и решил выждать. Что для оборотня какие-то триста лет? Ему очень не понравилось, что я счастлива. Он заявил, что будет мстить мне за его отвергнутые чувства, и первым делом обратил моего возлюбленного в оборотня. Когда мы с Тремом обсуждали его возможное превращение, мы планировали, что я буду рядом в трудный момент, уберегу его от поступков, о которых он может пожалеть в будущем. Но в результате Трем остался один. Вчера началось его первое полнолуние, а именно оно бывает для оборотней самым тяжелым. Трем обезумел, почуяв поблизости людей. Я не смогла его удержать. В результате, случилось то, что обычно случается в подобных ситуациях – он погиб от рук магов. То есть, вас.
– И теперь ты решила отомстить нам за него? – пальцы Ремара озарило льдисто-синее сияние.
– Не угадал, – Илени с невозмутимым видом не двинулась с места. – Я хочу отомстить, но не вам, а с вашей помощью. Неден, по его словам, в этот раз решил не ждать, пока я одумаюсь и вернусь к нему. Он обращает мирных жителей в нам подобных, в деревнях люди пропадают уже десятками, и все это не прекратится, пока я не соглашусь быть с ним.
– Ну, хорошо, – напряженно произнес маг. – Я понимаю, что он тебя шантажирует. Но зачем ему создавать новых оборотней? Не проще ли убивать людей, это обычно куда действеннее.
– Он собирает армию, весьма своеобразную, но нельзя не признать, действенную, – совершенно спокойно ответила Илени. – Хочет подчинить себе земли некогда принадлежавшие моей семье. Я – это, так сказать, его программа-минимум, а завоевание земель моего отца – программа-максимум.
– Неужели он надеется, что никто об этом не узнает, и сюда не пришлют специальную группу Охотников для уничтожения особо зарвавшейся нежити?
– Мы живем в такой глуши, – тоскливо протянула оборотень, – что вести доходят до нас через год-два. За это время армия Недена успела бы полностью подчинить себе все деревни, и отсюда уже не вырвался бы ни один магический вестник. К тому же Неден маг, не забывайте. Наверняка он уже установил какую-нибудь специальную преграду, через которую не проходят сообщения. Мы полностью изолированы от внешнего мира и можем рассчитывать лишь на собственные силы.
Мы помолчали, обдумывая только что рассказанную историю.
– Так вы мне поможете? – рискнула нарушить тишину Илени.
– Да, – медленно кивнул головой Ремар. – Но мы поможем тебе не в удовлетворении личной мести, а в избавлении деревень от угрозы нашествия нежити. Согласна на такую формулировку?
– Называйте как хотите, – недобро оскалилась оборотень, – но суть останется та же.
– Тогда идем, – маг решительно отставил кружку и направился к двери. – Нам стоит поторопиться, пока Неден не наметил себе новую жертву.
 
Мы поспешили за Ремаром, стараясь не отставать от него ни на шаг. Пока мы гостили у Илени, успели сгуститься сумерки. На небе вновь собрались сизые тучи. Они пока еще несмело толпились у горизонта, но постепенно набирались храбрости и захватывали все больше светлого пространства. Сгустилась непроглядная тьма. Ветер стих, ни листочка не шевелилось на деревьях, все лесные обитатели попрятались в убежища в страхе перед готовой разбушеваться стихией. Мы непроизвольно прибавили шаг в надежде успеть найти укрытие, пока не стало слишком поздно.
– Как вы думаете, он уже знает? – робко нарушила молчание оборотень.
– Кто – он? – не поняла я.
– Неден, – пояснил более догадливый маг. – Уверен, он следит за Илени и осведомлен о каждом ее шаге. Так что, да, думаю, он в курсе, с кем ты сумела договориться.
Обратный путь занял гораздо меньше времени, возможно, потому, что мы уже практически перешли на бег. Однако вскоре мы оказались в том самом овраге, в который я провалилась утром. Начался крутой подъем, и у меня совершенно сбилось дыхание из-за того, что приходилось карабкаться по неровному, почти отвесному склону, поскальзываясь на влажной траве. Я остановилась передохнуть, прижимая ладонь к груди. Илени бросила на меня сочувствующий взгляд, а Ремар взял меня за руку и переплел наши пальцы, давая если не опору, то хотя бы поддержку. Что истинный оборотень, что волкодлак выглядели свежими и полными сил, даже не вспотели.
– Как думаешь, Неден приведет с собой своих новообращенных оборотней или явится в одиночку? – с трудом выдавила я.
– Думаю, да, – со вздохом сказал Ремар. – Ему нужны гарантии, что отсюда не вырвется ни один гонец. Кстати, ты была права, – он кивнул в сторону Илени, – когда говорила про магический заслон, останавливающий вестников. Я проверил. Не могу послать даже простенькое сообщение.
– Сейчас все как-то выглядит гораздо серьезнее, чем представлялось вначале, – пробурчала я, пытаясь унять колющую боль в правом боку.
– Насколько я знаю повадки оборотней, – маг поправил магические амулеты, не обращая внимания на мой мрачный тон, – если они что-то решили, они не остановятся, пока не достигнут цели или не погибнут. И расстояние для них не имеет значение. Так что лучше принять бой сейчас, пока мы точно знаем, откуда исходит опасность, чем потом каждый день ждать удара из неизвестности.
– Ты не боишься, что этот бой может стать для нас последним? – не отступала я, наслаждаясь возможностью наконец выпрямиться. – Численный перевес не на нашей стороне. Конечно, энтузиазм – вещь похвальная, но есть ли у нас какой-нибудь хороший план?
– Мы что-нибудь придумаем, – тихо ответил Ремар, шагнул ко мне и взял мое лицо в ладони. – Нам все равно навяжут сражение, рано или поздно, так что лучше принять его на наших условиях. По крайней мере, у нас есть оружие, а что делать простым крестьянам? Помощи ждать неоткуда, кроме нас им надеяться не на кого.
Илени во время этого разговора обеспокоенно переводила взгляд с него на меня, но успокоилась, прочитав на наших лицах лишь твердую решимость.
– Хорошо, – кивнула она. – Я рада, что вы не собираетесь отступать. Где вы будете искать оборотней?
Маг хмыкнул и одним рывком преодолел оставшийся участок склона.
– Зачем нам их искать? – удивился он. – Они сами нас найдут.
*
Местом предполагаемой встречи мы, как ни странно, выбрали руины замка. Илени посчитала это слишком предсказуемым выбором, а я – довольно драматичным.
К ночи поднялся сильный ветер. Он яростно раскачивал верхушки деревьев, гнул их к земле и трепал кусты. Он даже попытался атаковать замковые стены, но древние кирпичи выстояли. Лошади, надежно укрытые в караулке, нервничали, фыркали и били копытами. Мы с Ремаром и Илени испытывали сильное искушение спрятаться от ветра вместе с лошадьми, но это, в нашем понимании, слишком уж походило на попытку занять оборону. Прятаться от опасности было не в наших привычках, поэтому мы храбро продолжали сидеть на ступенях замка, тесно прижавшись друг к дружке, чтобы сохранить остатки тепла. Между тем, то ли ветер нагонял тучи, то ли попросту слишком стремительно наступал вечер, но темнело довольно быстро. Если так пойдет и дальше, мы не только оборотня, но и свои руки разглядеть не сможем. Мы с Ремаром начали беспокоиться – сильный ветер мог отклонить некоторые боевые заклинания, и кто знает, каковы тогда будут последствия.