Отступник. Изгнанник. Воин

– Иди сюда, Гвенвивар, – тихо и спокойно сказал Дзирт. – Оставь ребенка в покое.
Гвенвивар лениво зевнула и подчинилась, заняв место рядом с хозяином.
Какое-то время мальчик лежал без движения. Наконец, собрав все мужество, он вскочил на ноги и оказался лицом к лицу с темным эльфом и пантерой. Его глаза на чумазом лице раскрылись еще шире, являя собой карикатурное воплощение ужаса.
– Ты кто? – спросил мальчик на языке людей.
Дзирт развел руками в знак того, что ничего не понимает. По какому-то наитию он ткнул пальцем себе в грудь и ответил:
– Дзирт До'Урден.
Он заметил, что мальчик незаметно пятится назад, и не удивился (на этот раз он был убежден, что удержит Гвенвивар), когда мальчик круто повернулся и побежал прочь, отчаянно вопя:
– На помощь! Это дзиррит!
Дзирт взглянул на Гвенвивар и пожал плечами, и ему показалось, что кошка повторила его жест.
  
Глава 3
 
ВЕЛПЫ
 
Длиннорукий гоблин Натак медленно поднимался по крутому каменистому склону, еле волоча ноги от страха. Гоблин должен был доложить о своей находке (пять мертвых гноллов – это не шутка!), и несчастный сильно сомневался, что Улгулу или Кемпфана благосклонно выслушают эту новость. Но разве у Натака был выбор? Конечно, он мог убежать, перебраться на другую сторону горы и скрыться в чащобе. Однако это казалось совсем уж отчаянным поступком, потому что гоблин отлично знал о мстительном нраве Улгулу. Огромный властелин с багровой кожей мог голыми руками вырвать дерево из земли, мог выломать огромный валун из стен пещеры и с удовольствием растерзал бы гоблина-дезертира.
Вздрагивая на каждом шагу, Натак пробрался через защитный кустарник и оказался в маленькой прихожей, ведущей в пещеры повелителя.
– Где это ты болтался? – зафыркал один из двух гоблинов, сидящих в комнате. – Тебя не было два дня!
Натак только кивнул и глубоко вздохнул.
– Что разнюхал? – спросил третий гоблин. – Нашел гноллов?
Физиономия Натака побелела, и никакие глубокие вздохи не могли скрыть его истерического состояния.
– Улгулу здесь? – неверным голосом спросил он.
Стражники-гоблины с любопытством переглянулись и опять уставились на Натака.
– Он нашел гноллов, – догадался один из них. – Мертвых гноллов.
– Улгулу будет недоволен, – проверещал другой.
Они расступились, и один из них поднял тяжелую завесу, отделявшую прихожую от комнаты для аудиенций.
Натак заколебался и стал оглядываться назад, словно передумав. Возможно, сказал он себе, разумнее было сбежать. Стражники-гоблины схватили своего тщедушного собрата под руки и грубо втолкнули в комнату для аудиенций, скрестив копья за спиной Натака, чтобы закрыть путь к отступлению.
Натаку стало немного легче, когда он увидел, что в огромном кресле на другом конце комнаты сидит не Улгулу, а Кемпфана. Среди гоблинов Кемпфана пользовался репутацией более спокойного из двух правящих братьев, хотя он тоже сожрал немало подданных, чтобы заслужить их безграничное уважение. Кемпфана едва заметил появление гоблина, слишком увлеченный беседой с Лагерботтомсом, жирным горным великаном, заявившим, что эти пещеры принадлежат ему.
Натак прошаркал через комнату, вдыхая испарения, исходящие от горного великана и гигантского краснокожего гоблиноида, почти такого же мощного, как Лагерботтомс.
– Да, Натак, – обратился к нему Кемпфана, останавливая нарастающую волну возражений горного великана простым взмахом руки. – Что ты можешь нам рассказать?
– Я. я. – принялся мямлить Натак.
Большие глаза Кемпфана неожиданно вспыхнули оранжевым огнем, что было явным признаком опасного возбуждения.
– Я нашел гноллов! – выпалил Натак. – Мертвых. Убитых.
Лагерботтомс издал низкий угрожающий рев, но Кемпфана крепко схватил горного великана за руку, напоминая ему о том, кто здесь главный.
– Мертвых? – тихо спросил гоблин с багровой кожей.
Натак кивнул.
Кемпфана сожалел о потере верных рабов, но в этот момент баргест-велпа больше занимали мысли о непредсказуемой реакции брата на эти новости. И Кемпфана не пришлось долго ждать.
 
– Мертвых! – раздался рев, от которого затряслись каменные стены.
Все три чудовища, находившиеся в комнате, инстинктивно пригнулись и повернулись на шум, как раз вовремя, чтобы увидеть, как громадный валун, служивший дверью в другую комнату, с грохотом отлетел в сторону.
– Улгулу! – взвизгнул Натак и пал ниц, не смея поднять глаза.
Огромный гоблиноид с багровой кожей ворвался в комнату для аудиенций, в его глазах кипело оранжевое пламя ярости. Три больших шага – и Улгулу очутился прямо возле горного великана, внезапно показавшегося маленьким и беспомощным.
– Мертвых. – снова взревел Улгулу.
С тех пор, как племя гоблинов стало малочисленное, потому что их убивали другие монстры, люди из селения да и сам Улгулу во время обычных припадков гнева, маленький отряд гноллов стал в логовище основной силой для добычи пленников.
Кемпфана бросил враждебный взгляд на своего брата-гиганта. Оба баргест-велпа пришли на Материальный уровень вместе, чтобы есть и расти. Улгулу тут же объявил себя главным и стал пожирать самых сильных жертв, таким, образом становясь крупнее и сильнее. По цвету кожи Улгулу, по его необычайной величине и силе было очевидно, что этот велп вскоре созреет, чтобы вернуться в вонючие ущелья Гехенны.
Кемпфана надеялся, что этот день близок. Когда Улгулу исчезнет, править будет он, и тогда именно он будет есть, расти и делаться сильнее. А потом и для Кемпфаны закончится бесконечный период изгнания и прозябания на этом проклятом уровне, и он тоже сможет вернуться в родной мир и доказать другим велпам свое право на существование.
– Мертвых, – еще раз пророкотал Улгулу. – Вставай, жалкий гоблин, и рассказывай! Кто расправился с моими гноллами?
Натак еще минуту лежал ничком, затем решился подняться на колени.
– Я не знаю, – захныкал он. – Гноллы убиты, изрублены и растерзаны.
Улгулу качнулся на пятках неуклюжих гигантских ног. Гноллы получили приказ напасть на ферму и захватить фермера и его старшего сына. Эти два выносливых человека, употребленные в пищу, укрепили бы силу огромного велпа и, может быть, даже привели бы Улгулу к степени зрелости, необходимой для возвращения в Гехенну. Теперь, учитывая отчет Натака, Улгулу стоял перед выбором, посылать ли туда Лагерботтомса или вообще идти самому. Однако вид великана или багровокожего чудовища мог побудить население деревни к опасным организованным действиям.
– Тефанис! – внезапно взревел Улгулу.
От дальней стены, той самой, откуда с таким грохотом появился Улгулу, отделился маленький камушек. Высота, с которой он падал, была всего несколько футов, но к тому моменту, когда камушек ударился об пол, маленький эльф-спрайт выскользнул из крошечной норки, служившей ему спальней, промчался двадцать футов по комнате, взбежал вверх прямо по Улгулу и удобно устроился на его могучем плече.
– Ты-звал-меня-да-ты-звал, мой-хозяин, – очень быстро прожужжал Тефанис.
Остальные даже не поняли, как это двухфутовое существо оказалось в комнате. Кемпфана отвернулся, с изумлением качая головой.
Улгулу раскатисто рассмеялся: он очень любил наблюдать за появлением Тефаниса, своего любимого слуги. Тефанис был квиклингом, крохотным спрайтом, передвигавшимся в измерении, в котором действовали иные законы времени. Обладая беспредельной энергией и проворством, которому позавидовал бы самый опытный вор-хафлинг, квиклинги могли выполнять задания, непосильные для представителей других рас. Другие даже не попытались бы сделать то, что квиклинги осуществляли с легкостью. Улгулу сдружился с Тефанисом в самом начале своего пребывания на Материальном уровне. Тефанис был единственным среди обитателей логова, кого баргест-велп не объявил своим подданным, и эта связь, напоминающая дружбу, дала молодому велпу неоспоримое преимущество перед братом. Тефанис выслеживал для него возможных жертв, и Улгулу всегда точно знал, кого сожрать, а кого оставить Кемпфане, а еще знал, как одержать победу над более могущественными соперниками.