Служанка Драконова. Книга 1 (СИ)

– Кэра, ты же знаешь, как мы, драконы, относимся к правилам. Если там внесено правило, что принц обязан проводить аудиенции, то он будет их проводить. Это тот случай, когда принцу можно лишь посочувствовать. А с учетом того, что он дознаватель, вдвойне. Как ему теперь вести расследования? Бедный принц, – печально вздохнула госпожа.
Все же моя госпожа слишком добра. Я бы выразилась совершенно иначе. Бедные, бедные девочки, которые стремились оказаться поближе к принцу! Пусть они и глупые, что хотят замуж за не пойми кого, но мне их все равно жалко.
Представьте! Мало того, что принц, так и еще и драконий. И вдобавок проклятый. И со странностями. И бесстыдный напрочь – может ворваться прямо ночью. Да еще и неясно, дееспособный ли… Торшер-то тяжелым был.
***
Госпожа отправилась на занятия, а я решила прогуляться, чтобы разузнать все о бале. Ну и ознакомиться со списками – очень-очень важными бумажками, в которых указываются не только приглашенные, схемы рассадки, но и очередь на танцы с особо важными персонами, к коим и относится принц.
Так что списки – это действительно очень важно. Точнее, не столько они, сколько возможность их чуть исправить. Сделать более правильными с учетом пожеланий моей несравненной госпожи. Так что придется на время одолжить списки или того, кто их составляет, чтобы отправить всех поклонниц всего на один пункт дальше. Эх, давно я у людей ничего не одалживала, надеюсь, обойдусь одними списками. А то знаете, как трудно сдерживать плохие, но полезные привычки? Прям ой-ей!
Бал в академии – это событие, которого ждут все девушки. И мужчины, в принципе, тоже ждут, но разве ж они признаются? Будут высокомерно крутить носами, снисходительным тоном говорить о том, как позволяют развлекаться своим леди, добродушно смеяться, мол, выбор платья их дам занимал неделю, а на деле… А на деле умиляются с нарядов своих дочушек, сестричек, женушек, подружек, хвастаются в своем кругу, сколько за наряды золотишка отвалили, любуются танцами. И своими девушками. А может, и чужими, тут уж не угадаешь – встречаются разные.
Помню, проводили мы бал в доме у госпожи. Ах, как там было здорово! Мне даже прикупили нарядное платье и потребовали веселиться. Я тогда дружила с сыном нашего бывшего конюха. И мы с ним договорились провести вместе этот бал. Меня он привлек тем, что он был единственным человеческим ребенком моего возраста, у которого все зубы были на месте. Ну не могла же я танцевать свой первый танец на своем первом балу с мальчиком, у которого спереди недоставало зубов? У меня-то были все на месте! В общем, кавалер был избран по «зубному» достоинству.
Именно на том балу я узнала много нового для себя. Оказывается, если мальчик обещает все танцы подарить тебе, это не значит, что он так и поступит, когда ты отойдешь за лимонадом. Достоинство в виде целых зубов, в принципе, временное достоинство. Оно очень легко исправляется кулаками. В случае сына конюха, который пригласил такую же наивную, как и я, дочь поварихи, «зубное» достоинство убралось с легкой подачи моих кулаков. С тех пор, кстати, я не особо и люблю балы. Слава драконьему боженьке, что на нынешний бал можно было приходить без партнера.
Списки, списки, списки… Эх, пора мне наведаться в кабинет ректора. Я тряхнула головой и уверенным шагом поплелась в сторону приемной. Наверняка списки у него. Гораздо худший вариант, если списки окажутся у принца, но не думаю, что тому мало проблем в виде расследования и борьбы с личным проклятием. Когда уж ему организацией бала заниматься? Да и Орсену некогда, а про эльфа я молчу – не по силам задачка. Так что можно наверняка сказать, что списки все же у ректора.
По счастью, прорываться с боем в кабинет ректора не пришлось: секретарь запомнила нас с госпожой с прошлого раза, поэтому сейчас лишь поздоровалась и кивнула в сторону двери, мол, ректор у себя. Более того, он определенно меня ждал:
– Здравствуй, Кэра. Что тебе снова от меня понадобилось? Какое драконье проклятие привело тебя сюда?
   
Глава 25
 
Ух, какой недружелюбный. Знать бы еще почему? Вроде ничего сверхважного я у него не одалживала, спорить не спорила, да и даже ночью в комнаты ни разу не пробиралась. Не то чтобы у меня такая привычка была, но…
– Не думала, что я вам не нравлюсь до такой степени, – я невинно улыбнулась.
– Не могу сказать, что испытываю к вам какую-то особенную личную неприязнь, но как ректор этого заведения я предпочитаю быть главным. К сожалению, политика такова, что не только королевские дознаватели могут вмешиваться в дела академии, но и уважаемая семья драконов считает, что вправе мне указывать.
Я приподняла бровь, а ректор закатил глаза и полез копаться в ящик. Именно копаться, вы не ослышались. Если вы когда-нибудь видели фурролов, которые роют ямы, то это было примерно то же самое: ректор просовывал в ящик (не иначе как бездонный) руку, складывал ладошку лодочкой, а потом резко вытаскивал кипу бумаг. Бумаги разлетались во все стороны как огонь в руках магов-первогодок. Эх, а с виду мне таким приличным показался, надо бы присмотреть, чтобы рядом с госпожой не крутился этот… бумагокоп.
Передо мной лег мятый конверт со знакомым рисунком. Я взяла в руки письмо с символом Фор Мирте – золотым драконом, свернувшимся вокруг яйца, – и стала читать. Надо же, вот уж не подумала, что родители госпожи не только мне письмецо состряпают, но и ректору. В письме все было прилично: вежливо и витиевато просили «не препятствовать защищать Сильвию Эль Фор Мирте ее служанке Кэре и оказывать посильную помощь, иначе мы сильно разочаруемся в академии и ректоре, о которых получили столь много положительных отзывов».
Прилично звучит, согласитесь? Даже мило. Но тут есть подвох, который поймет любой, кто более или менее близко знаком с драконами и вообще традициями благородных родов. Драконы обычно не разочаровываются: если им что-то не нравится, то они пройдут мимо, забудут, словно не было. Драконы, в принципе, не употребляют это слово. За исключением рода Фор Мирте. Когда кто-то из рода говорит о том, что ты его разочаровал, то считай, что он объявил тебе вендетту. Эдакая скрытая-нескрытая угроза. С учетом того, как мало и плохо жили те, кто разочаровал чету Фор Мирте, у ректора были все поводы напрячься.
– Интересно, почему вам так доверяют? Вы ведь просто человек, слабый человек, у которого из впечатляющих талантов лишь изворотливость и хитрость. – Ректор не хотел меня оскорбить, скорее смотрел сверху вниз.
Он частично прав. Для того, кто смешал в себе столько рас, кто был силен в магии и смог возглавить академию, я действительно казалась маленькой и ничтожной. Но еще ректор был достаточно умен, чтобы понять – букашке не доверили бы защиту редчайшей драконицы.
– Поверьте, вы не захотите узнать, – честно ответила я.
– Иначе вам придется меня убить? – рассмеялся ректор, а я лишь скромно улыбнулась в ответ – пусть думает, что хочет.
Комната тут же наполнилась магией. А ведь ректор действительно силен. К счастью, он лишь демонстрировал силу, а не угрожал. Ну и ладно, пусть потешит свое мужское самолюбие. Я не настолько глупа, чтобы вестись на эти детские провокации. Впрочем, долго он не развлекался. Успокоил магию и спросил:
– Итак, уважаемая, что вам от меня нужно?
– Ничего особенного, всего лишь списки для бала. Списки на танцы, списки аудиенций и тому подобное, – ответила я без капли стеснения, а после притянула стул и уселась.
Не стоять же? Конечно, правильно было бы дождаться, пока предложит ректор. Но раз родители госпожи дали мне карт-бланш, то могу же я понаглеть? Конечно, могу! Тем более ректор предлагать присесть не торопился. Мне как решительной и умной девушке пришлось исправлять его досадную ошибку самостоятельно.
– Всем сегодня нужны списки, что же такое?! – издевательски усмехнулся мужчина.
– И, разумеется, вы не можете сказать, кто это был.
– Разумеется. – Ректор вытащил стопку и всучил ее мне. – Здесь все списки, если хотите что-то подкорректировать, то скажите мне. Тот, кто просил списки, внес изменения. Даже если семья Фор Мирте меня проклянет, я не позволю их скорректировать.