Согрей мое сердце (СИ)

Попрощавшись с девчонками и пообещав им присылать кучу фотографий из райского места, под названием Глацес, я возвращаюсь домой.
Вещей у меня не много, одни свитера, да джинсы с начесом, толку от них в городе в котором средняя годовая температура воздуха плюс двадцать два, никакого.
Собрав одну небольшую дорожную сумку, я беру в руки свой смартфон. Нужно позвонить родителям, обрадовать, усмехаюсь.
— Перед смертью не надышишься, — киваю сама себе и не давая себе передумать быстро набираю маму.
— Привет, — отвечает после третьего звонка родительница.
— Привет. Как дела? — отвечаю шёпотом.
— Все так же Варвара. Работа, дом. Папа — вот вчера спину надорвал, ему бы работу сменить, но других мест в нашем захолустье нет, это же не город, — мама с ходу начинает прибедняться и намекать на то какая я неблагодарная дочь.
— Мам, я уезжаю в город, — кусаю губы в ожидание волны восторга с ее стороны. Это самое неприятно за сегодняшний день.
— В город? — в мамином голосе тут же узнается радость. — Правда?! Ты не шутишь?
— Нет, мам.
— Боже! Какое счастье, невероятно, наконец-то, я так долго этого ждала! Неужели мои молитвы были услышаны! — как же больно это слышать, я столько раз говорила о своем нежелании переезжать в Глацес, а она так этому рада. — Кто он? Кто этот счастливчик?
— Никто, это по работе, меня переводят в город.
— Ну ничего, ты у нас с отцом красавица, я уверена уже через неделю жизни в Глацесе за тобой будет бегать толпа поклонников.
— Мам! Давай я позже перезвоню, просто хотела сказать, что не успею к вам зайти, попрощаться. Я выезжаю через двадцать минут, — говорю, прикрыв глаза.
— Жаль конечно, но ничего страшного. Счастье то какое, нужно позвонить Тамаре, нос утереть этой вертихвостке, ее дочь вон уже год пыхтит, а все никак, никому она не нужна, страшная бегемотиха, — мама счастливо смеется в трубку.
— Мне пора, пока, — тут же отключаю вызов, не услышав ответ родительницы. Не хочу я слышать всю эту грязь.
Как сильно мне хотелось услышать: «Будь осторожна, береги себя, мы с папой любим тебя», а не вот это вот все.
Подбодрив саму себя и одевшись, я закрываю свою маленькую съемную квартиру на ключ и иду к хозяйке жилплощади на пятый этаж.
Три года назад, когда я только начала работать на электростанции, первое что я сделала, получив зарплату, это съехала от родителей. В начале было тяжело и страшно, но я была невероятно счастлива, что теперь моя жизнь полностью принадлежит мне и только я решаю, что мне делать, а что нет.
Первое время мама каждый вечер приходила ко мне домой, чтобы убедиться, что я не вожу неугодных ей, местных мужиков. Через месяц ежедневных посещений мама заявила, что я фригидна и ей ничего бояться. С тех пор родителей я вижу редко, раз в три, четыре месяца, хоть мы и живем на соседних улицах.
Попрощавшись с соседкой, выхожу на улицу и вижу перед своим подъездом люксовый автомобиль, черного цвета. Не слишком ли жирно для рядового бухгалтера?
Передняя дверь автомобиля распахивается и из машины выходит рослый мужчина в черном костюме и сером расстегнутом пальто. Он подходит ко мне и смотря сверху вниз произносит:
— Добрый вечер, давайте я вам помогу, — мужчина забирает мою дорожную сумку.
— Добрый, — бормочу растеряно.
Уложив мои вещи в багажник, мужчина открывает для меня заднюю дверь автомобиля, все так же растерянно благодарю водителя и усаживаюсь в машину.
— Добрый вечер, Варвара.
Вздрагиваю и обернувшись вижу улыбающегося Ахметова, а вот и подвох.
— Добрый, а вы всех новых сотрудников в город сопровождаете лично? — стараюсь сесть как можно дальше от мужчины, практически вжимаясь в дверцу авто, так как мужчина расслабленно сидит посередине и насмешливо наблюдает за моими попытками исчезнуть.
— Нет, такое впервые, раньше я не переводил сотрудников из филиалов. Не было достойных.
— Ясно, — отвечаю и отворачиваюсь к окну, машина уже тронулась и сейчас мы стремительно пролетаем обшарпанные дома моего родного поселения.
Внутри автомобиля очень тепло, похоже печка работает на полную, неудивительно, что мистер большой босс сидит в одном костюме, тогда как я в своем теплом комбинезоне.
 
Через несколько минут поездки мне становится невыносимо жарко, приходится снять шапку и расстегнуть верхнюю часть комбинезона. Наверное, это было опрометчиво так утепляться перед поездкой, но я к такому не привыкла. В наших местных автобусах обычно точно так же холодно, как и на улице, поэтому не утеплившись, я на улицу не выхожу, привычка.
Звон входящего сообщения, достаю телефон из кармана. Мама?
Открываю сообщение и вижу несколько фотографий себя идущей к машине Ахметова, а внизу подпись: «Ты же говорила это рабочая поездка! Кто он? Он очень богат? Ты же моя умница!».
Не прошло и десяти минут как я покинула свой дом, а мама уже получила от кого-то отчет о моем отъезде и скорее всего не только она. Завтра уже все в поселение будут знать, что Варенька, вечно задирающая нос и утверждающая, что жизнь в городе не для неё, умотала с богатым папиком в Глацес. Кошмар!
— Хм…интересно, — слышу насмешливый голос Ахметова над своим ухом.
Быстрым движением блокирую телефон и чувствую, как краснею: — Простите, моя мама она немного бестактна.
— Что у тебя за духи? Такой приятный цитрусовый аромат. Ммм…мне нравится.
— Что? — теряюсь от такой резкой смене темы. Мужчина вдыхает воздух рядом с моей щекой, он слишком близко, если я сейчас поверну к нему, мы точно соприкасаемся губами. — Не могли бы вы отодвинуться?
— Нет, не хочу, — смеется мужчина.
Закусываю губу, ну вот и что мне теперь делать? Не толкать же его в самом деле, кто знает, что мне потом за это будет. Отодвинуться я тоже не могу, некуда.
— Пожалуйста, — шепчу, выходит жалко и нелепо, но я действительно не представляю, как мне поступить.
Мужчина тихо смеется: — Забавно.
Я не выдерживаю этой издевки и оборачиваюсь, чувствую себя как в школе, когда одноклассники издевались надо мной из-за скромного характера. Варвара прекрасная кукла для битья, делай с ней что хочешь, она все равно молчит и не бьет в ответ, так они говорили.
— Зачем вы это делаете? — спрашиваю шепотом, практически касаясь губ мужчины. В нашу первую встречу мы точно так же были близко, как и сейчас, но ощущения разные. Тогда я почти была готова отпустить себя и отдаться мужчине, сейчас я ненавижу его за то, что он пробудил мои болезненные воспоминания о школе.
— Делаю что? Я задал вам элементарный вопрос, Варвара. Какими духами вы пользуетесь? Нет ничего страшного в том, что ваши духи могут кому-то понравиться, и он поинтересуется их названием, — говорит Ахметов и отстраняется.
— Я не пользуюсь духами, — отвечаю тихо и отворачиваясь обратно к окну. В вопросе мужчины действительно нет ничего страшного, но то каким образом он решил его преподнести, неприятно и оскорбительно.
— Ясно, — отвечает мужчина и взяв в руки планшет что-то в нем быстро печатает.
Почему наши диалоги всегда такие странные? Почему меня не покидает ощущение, что Григорий Сергеевич со мной играет и эта забава ему очень даже по вкусу.
Спустя почти два часа, мы наконец-то подъезжаем к стене, никогда не видела ее настолько близко. Однажды еще в школе, нас возили на экскурсию в ближайшее к городу поселение и оттуда мы наблюдали за стеной. Все дети воодушевленно мечтали о том, как однажды они вот так подъедут к воротам, которые тут же приветливо перед ними распахнутся, и они заживут богатой и счастливой жизнью.
Преодолев пограничный переход, я против своей воли тут же прилипли лицом к стеклу. Хоть на улице и ночь, а мы находимся на самой окраине Глацеса, увиденное поражает меня. Все люди ходят в легкой одежде, платья, шорты и футболки, я даже дома себе подобного позволить не могу, слишком холодно, а тут. Деревья так же ввергают меня в шок, в свои двадцать четыре года, я впервые вижу дерево с листьями, растущее на улице, а не дома.