Моя дочь от тебя (СИ)
Я смотрю на Тоху, а ведь он реальные вещи говорит. Почему я сразу не подумал об этом? Мысль о том, что Головнюк мог заставить Майю поехать к нему, должна была прийти ко мне в голову сразу!
- Нам нужно разделиться, Макс, - подводит итог Антон.
- Тут даже и возражать не хочу. Пожалуй, впервые ты говоришь верные вещи.
***
В контору по аренде автомобилей мы приезжаем, когда уже сумерки спускаются на землю. Воздух наполняется сыростью и прохладой. На улице становится зябко.
- Тох, ты тогда оформляй авто, а я поеду. Не могу, когда тачка под задницей, сидеть на месте. Что-то неспокойно на сердце. Мне нужно двигаться, иначе хрень всякая в башку лезет.
- Давай, ага. Начни с дома матери Головнюка. К нему, я сам докачу. А то, боюсь, если вдруг встретитесь, поубиваете друг друга. Нам же лишние проблемы не нужны, - хмыкает Тоха.
- Договорились, - киваю и трогаюсь с места. - Отзвонись потом, чтобы маршрут выстроить дальше.
- Само собой, бро.
Тоха поднимает руку в знак прощанья и заходит в помещение. Я же отъезжаю, направляясь уже по знакомому адресу.
Через двадцать минут моя машина припаркована у обочины, а я гипнотизирую взглядом решетчатую калитку и дорожку, ведущую к входной двери дома Ирины Витальевны. Ожидание медленно съедает мое терпение. Но я, сцепив пальцы на руле, держусь из последних сил.
Настойчивый стук в окно заставляет вздрогнуть всем телом.
Твою мать!
Меня аж передергивает, когда перед глазами возникает лицо Ирины Витальевны.
Как так получилось, что я не заметил ее?
Опускаю стекло.
- Опять ты? - недовольно цедит женщина.
- Майя вернулась? - задаю интересующий меня вопрос вместо приветствия.
- Никак не успокоишься, да? - Ирина Витальевна отталкивается от машины и встает так, что на ее лицо падает свет фонаря.
Только сейчас замечаю, насколько у женщины измученный вид.
Видимо, тоже переживает за Майю - промелькает мысль.
- Ирина Витальевна, я бы не хотел с вами препираться и уж тем более грубить. Вы взрослая женщина и должны понимать. Разве у вас не болит сердце за нее? - давлю на ее чувства.
- Нет ее дома, - бубнит женщина, и ее голос срывается, подбородок начинает дрожать.
- Ирина Витальевна, помогите мне найти ее. К кому она могла уехать? Возможно, у нее есть знакомые, у которых бы она смогла переночевать?
Я сознательно не спрашиваю ее про сына. Пусть Майя будет где угодно, только бы не у него.
- Нет. Нет у нее здесь никого, кроме меня и Ярика. Но у него ее тоже нет. Он сам весь на взводе. Ищет ее. - Сказав это вслух, женщина замолкает, врезается суровым взглядом в меня. - Не ищи войны с Ярославом. Иначе худо будет Майе. Еще раз прошу: оставь их.
Но я женщину уже не слышу.
Закрываю окно. Бросаю последний взгляд в ее сторону. Уезжаю.
Она же провожает меня тяжелым взглядом. Мне от него не по себе. Дрожь прокатывается по коже. Обстановка обостряется.
Я задумываюсь над тем, что слишком много в исчезновении Майи неизвестных составляющих. И если она не у Головнюка, то где?
И, будто услышав мой вопрос, Вселенная решает мне на него ответить звонком Тохи.
Я сразу же принимаю вызов:
- Скажи, что есть новости, - выпаливаю.
- Новости-то есть, только насколько они будут полезными для тебя... - Тоха выдерживает паузу.
- Ну? - раздраженно бросаю в микрофон.
- У Головнюка ее тоже нет, - отвечает Антон.
- Значит, не обманула, - бормочу под нос.
- Но это не все, Макс. Есть еще кое-что, - Антон снова делает гребаную паузу, и у меня лопается терпение.
- Ты, мать твою, что на нервах мне играешь, Тох?! - ору в трубку.
- Псих! - констатирует мое поведение друг. - Возле дома Головнюка пять внедорожников стоят. - Тут же вижу, как на экране высвечивается всплывающим сообщением в мессенджер фото. - Посмотри картинки, я номера запечатлел. Похоже, женишок собирается искать сбежавшую невесту,
- язвит друг, а у меня от его слов в груди все переворачивается. - Нам нужно поторопиться, если хотим найти ее первыми.
- Чертов ублюдок! Не понимает по-хорошему. - Открываю присланные сообщения, и по позвоночнику холодной змеей скользит нарастающие напряжение, а рот искажается в хищном оскале.
- Макс, только без глупостей давай. Отправь мне свои координаты и дождись меня, - слышу в голосе друга тревогу.
- Я сам подъеду. - Отключаюсь и, развернувшись через двойную сплошную, еду к дому Головнюка.
Глава 17
- Мам, мне скучно, - теребит меня Маруся, отвлекает.
- Тс-с, малышка, - прикладываю палец к губам. - Света, придумай что-нибудь. Все что угодно, только не дай ему подумать, что я у тебя, - умоляю секретаршу.
Но Света ничего не успевает мне ответить: в динамик врываются громкие биты музыки.
- Боже! - резко отнимаю от уха трубку, смотрю на нее в непонимании. - Что они там делают?
Следом все обрывается. Видимо, Света сбросила вызов. Но тут же в мессенджер приходит смс от секретарши:
Л'Я постараюсь, Майя Ивановна. Но ваш знакомый - настоящий псих".
Она меня, естественно, этим заявлением не удивляет. Я прекрасно знаю, какой Макс. И то, что он вернулся в Новокузнецк, тому подтверждение.
- Мам, ты все? Все? - заглядывает в телефон Маруся.
- Да, детка. Прости, что пришлось так долго ждать, - улыбаюсь дочке.
У самой же кошки на душе скребутся. Мне становится крайне неудобно перед Светой. Ведь я даже и предположить не могу, что задумал Максим? Зачем вернулся? Зачем к девушке полез? С какой целью ищет меня?
От последнего вопроса волосы на голове шевелятся и мурашки покрывают все тело. Становится до тошноты страшно. Я даже думать не хочу в том ключе, в направлении которого движутся мысли.
- Мам, что с тобой? - Вдруг дочка проводит ладошкой по предплечью, хихикает. - У тебя волоски на руке встали. Это так и надо? Ты намагнитилась? Как у тебя получилось? Я тоже хочу!
Она тут же выставляет ручонку вперед, задирает рукав кофточки до локтя.
- Научи, - улыбается выжидающе.
Сжимаю губы, хмыкаю в ответ.
Знала бы ты, моя родная, от чего они, вряд ли бы так радовалась.
- Точно хочешь? - Опускаюсь перед ней на корточки.
- Да-да-да! - нетерпеливо кивает головой, отчего ее кудряшки подпрыгивают в такт движению. Тогда склоняюсь к ее ушку и обдуваю его.
Эффект достигнут. Дочка передергивает плечиками, и я вижу, как по ее щечке побежали мурашки. Волосики зашевелились и поднялись дыбом.
- Мама! Круто! - восклицает малышка, показывая руку. - Сделаешь еще?
- Майя! Майя! - доносится из соседней комнаты хриплый женский голос.
- Да, Нина Федоровна. Сейчас иду, - отзываюсь. - Сладкая моя, порисуй немного, хорошо? Я скоро вернусь.
Маруся недовольно морщит носик. Я ее могу понять. Все время, пока Светы нет, мне приходится ухаживать за ее мамой. Такова моя расплата за гостеприимство. Но мне это совершенно не в тягость. Ухаживания за женщиной напоминают мне те времена, когда папа еще был жив.
Светлане с мамой я помогаю давно. Не столько физически, сколько материально. Мне от этого как будто легче на душе. Делаю это в память о папе. Когда вспоминаю о нем, совесть не мучает так сильно, как раньше. Ведь, думаю, мой побег его подкосил сильно.
А я, когда папа умер, даже приехать на похороны не могла. С одной стороны, меня преследовал страх, а с другой - Даша сообщила мне о том, что папы не стало, месяц спустя после его смерти.
Откидывая воспоминания прошлого, захожу в комнату к Нине Федоровне.
- Майя, детка, извини, что отвлекаю. Но я что-то за Свету беспокоюсь. Звоню ей, а она не отвечает...
- голос женщины дрожит от волнения.
Меня бросает в пот. И мне становится крайне стыдно и неудобно перед ней. Внутри просыпается чувство вины: ведь Светлана задерживается из-за меня.
- Не волнуйтесь, Нина Федоровна. Света скоро приедет. Она успела меня предупредить о том, что забыла зарядить телефон. Так что он у нее, скорее всего, разрядился, - успокаиваю женщину, обманывая ее.