Вторжение (СИ)

Можно было бы возмутиться, но я решил не обострять. Поэтому я сразу же протянул ему свой мобильник. Во-первых, ребята с автоматами не располагали к долгим спорам с представителями власти. Во-вторых, телефон вещь важная, но под землёй он совершенно бесполезен. Да и скрывать мне абсолютно нечего. По крайней мере, вряд ли сотрудники федеральной службы безопасности, обнаружат в моём телефоне хоть что-то интересное для себя.
— Пароль нужен? — изображая невозмутимость спросил я провожая взглядом свой мобильник, который майор тут же передал одному из людей в белом халате.
— Для чего он нам, Максим Александрович? — хмыкнув прищурился он.
— Может проверить что-то хотите, — пожал я плечами.
— Проверим, — заверил он меня. — Обязательно проверим. А теперь прошу вас следовать за мной.
Оставив старшего лейтенанта позади, мы молча прошли в одну из дальних дверей, и оказались в круглом многоуровневом помещении, напоминающем ракетную шахту. Что-то подобное я видел в фильме «Интерстеллар», и в звёздных войнах, в зале сената империи.
Знать бы ещё для чего это всё. По крайней мере, если бы это и правда была ракетная шахта, вряд ли бы мы здесь так просто гуляли. Ух, голова прямо кругом. Не то, чтобы я когда-либо сомневался в наших технологиях, но видеть подобные творения воочию, раньше не приходилось.
— Меня зовут Сергей Петрович Кудрин, — он подвёл меня к поручню, и тут я осознал масштаб шахты. В диаметре она была несколько сотен метров. Я взглянул наверх и сразу стало понятно почему мы так глубоко спускались. Вид захватывал дух. Мы будто оказались в небоскрёбе, но вывернутом на изнанку. Те же самые сплошные панорамные окна, вот только смотрели они не наружу, а внутрь. — Давайте я проясню ситуацию, вы здесь, потому что три дня назад летели рейсом Петропавловск-Камчатский — Москва. Я предполагаю, вы уже успели столкнуться с некоторыми странностями… — он выжидательно посмотрел на меня. Я решил до поры молчать о своих способностях, но загипнотизированный голосом майора и впечатлённый увиденным, я кивнул. Майор, дождавшись моей реакции и сделав свои выводы, кивнул в ответ. — Думаю, вы и сами понимаете, что мы не могли оставить без внимания всех, кто попал под выброс энергии, вызванной падением астероида.
Он снова умолк и уставился на меня, будто ожидая какой-то реакции. Правда я уже взял себя в руки и старательно изображал лицом кирпич.
Я слышал о таком приёме, когда случайно забрёл на тренинг в отделе продаж нашей конторы. Там тоже было что-то о том, что сначала нужно скормить «жертве» какую-то часть информации, а потом, когда собеседник начнёт отвечать вытянуть из него максимум информации, и для этого порой нужно просто помолчать.
Но и для меня что-то прояснилось. Например, майор уже знает, что всех в самолёте накрыло загадочной волной. Но в курсе ли он, что после неё появились способности? Впрочем, я ведь и сам не в курсе, есть ли таковые у других пассажиров.
— Как и те спящие люди? — спросил я.
— Нам предстоит долгая беседа и у вас будет возможность задать любые вопросы, — майор Кудрин остановился у обычной белой двери, которая, в отличии от остальных, вполне обычно открывалась, и не была похожа на шлюз бункера. — Но сделаем мы это после короткого медосмотра. Прошу проследовать в нашу санчасть, Максим Александрович.
Прежде, чем я зашёл внутрь, оттуда вышла ещё одна пассажирка «нашего» самолёта.
Это была та самая блондинка, что как и я висела в пространстве, держась за соседей. Тогда была полнейшая неразбериха, но теперь очевидно, что она смогла таки вернуться в своё тело. Мне вдруг вспомнился её ведьмовский взгляд, и по спине тут же пробежали мурашки, однако сейчас у неё были вполне обычные глаза. Просто взволнованная девушка.
Наши взгляды встретились, и её глаза на миг округлились, видимо она тоже узнала меня, но затем блондинка отвернулась и пошла следом за другим офицером.
Здешняя санчасть, как выразился майор Кудрин, была довольно большим внутренним комплексом, расположившимся сразу на нескольких уровнях. Пока мы шагали, я порой заглядывал в раскрытые двери некоторых кабинетов. И везде было разнообразное оборудование, от огромных капсул для снимков МРТ, до совсем уж незнакомых приборов. Врачи разных возрастов бегали из кабинета в кабинет и явно были заняты чем-то очень важным. Они то и дело перекрикивались, но я мало что понимал из их речи. Видимо они на латыни общались. Кажется, у врачей так принято. Не знаю, что это за клиника, но они похоже что угодно здесь смогут вылечить.
 
Пожалуй, стоит подумать о том, чтобы привязаться к этой поликлинике.
Я ожидал, что меня сейчас начнут препарировать, однако когда мы дошли до нужного кабинета, меня ждал самый обычный медосмотр мало чем отличающийся от тех, которые я неоднократно проходил в своей клинике. Кровь взяли, зрение и слух проверили. Хирург рассказал пару целебных анекдотов и пощупал мои суставы. Окулист, приняв эстафету у хирурга, накинул ещё одну смешную историю. Невролог просто задала пару вопросов. А вот дерматолог разглядывала каждый участок моей кожи буквально под лупой.
Примерно час от общего времени обследования разговаривал с психологом. К моему удивлению, он не задал ни одного вопроса, связанного с самолетом и астероидом.
Разумеется, не обошлось без флюорографии. Без нее, мне кажется, в наших больницах вообще ничего не обходится.
Затем начались процедуры посложнее — сердце прослушали, через МРТ прогнали. А в финале целый час сканировали мой мозг с помощью датчиков, которыми облепили всю мою голову. Спасибо, что хоть налысо не постригли для этого.
В итоге весь медосмотр занял примерно четыре часа, после чего меня передали обратно в руки майора Кудрина.
Я ожидал, что майор меня отведет в какую-нибудь комнату допроса с хмурыми стенами и зеркалом Газзела, которое с одной стороны выглядит, как зеркало, а с другой обычное затемненное стекло, через которое всё видно.
Но я ошибся. Майор привел меня в комнату, которая напоминала скорее домашний кинотеатр. В центре стояли мягкий диван и два кресла рядом с ним. Напротив них всю стену занимал гигантский экран проектора. А позади дивана была оборудована барная стойка.
— Прошу прощения, — с легкой усмешкой проговорил майор Кудрин. — Пассажиров на самолёте было много. Комнат для допросов на всех не хватило. Чувствуйте себя, как дома.
— Ничего страшного, Сергей Петрович, я стерплю, — ответил я, осмотревшись. В дальнем углу заметил кофемашину и руки сами потянулись к ней. Очень уж захотелось выпить кофейку. — Могу я?.. — я указал на кофемашину.
— Разумеется, — пригласительным жестом указал он на барную стойку. — Я же сказал, будьте, как дома. Хоть и отпустить мы вас в данный момент не можем, но и задержанным вы не считаетесь. Думаю, вы проголодались? — он открыл один из шкафов, который был до отказа набит консервами и лапшой быстрого приготовления. — Изысканных блюд предложить не могу, но уж чем богаты…
А я уж думал в этом высокотехнологичном подземном комплексе совсем русского духа нет. Несмотря на съеденный перед выходом из дома бургер, желудок сводило от голода. Видимо перенервничал накануне. Почему бы и не съесть лапшу. Самое-то после четырехчасовых процедур у врачей.
Пока я стоял перед выбором какую лапшу взять, красненькую или зелёненькую, майор сдвинул одно кресло к белому полотну на стене, уселся в него, затем достал свой мобильник. Я искоса наблюдал за ним. Мужчина потыкал по экрану гаджета, а затем откинулся на кресле и вопросительно взглянул на меня, мол, готов?
Я кивнул усаживаясь в кресло напротив. Всё равно надо ждать, когда чайник вскипятится.
— Итак, начнём. Ларионов Максим Александрович 1996 года рождения. 27 лет. Холост. Детей нет. Родных нет. Проживаете один по адресу: город Москва, улица… — начал он по стандартному протоколу. Видимо, велась запись и это было необходимо. — Я всё правильно указал?
— Да, всё верно, — подтвердил я, подумав о том, насколько хорошо наши власти осведомлены о гражданах. Можно было бы возмутиться, сказать что-то из серии: «Вы следите за мной⁈», но решил пока не форсировать события. Нужно для начала разобраться в происходящем. А если начну качать права, скорее всего процесс затянется.