Да пошло все к лешему (СИ)

— Не, это исключено, — перебила меня серая красавица, — Кощей еще в прошлом году приказал вырубить все кусты этих ягод. У нас случай смешной был, умора просто. Кот как-то их наелся, с цепи сорвался, и всю ночь ему сказки под балконом читал да песни заводил. С тех пор они под запретом в нашем царстве.
— Ну вот, точно мерещится. Пойду умоюсь и все пройдет, — встала на ноги и отправилась к выходу.
Вчера у дома я видела колодец, там и освежусь. Вышла на улицу, осмотрелась вокруг, увидела каменное сооружение с деревянной крышей, подбежала, покрутила ручку, достала ведро с ледяной водой и окатила себя с ног до головы. Стою дрожу.
— Ну как? Полегчало?
— Не совсем, — процокала зубами я.
— Идем в дом, простынешь, — улыбнулось животное и направилось ко входу.
Я последовала за ней, обдумывая на ходу происходящее. В голове всплывали обрывки фраз и картинки. Надпись на арке "Тридесятое царство", огромный бородатый мужчина, владеющий магией, иначе я это назвать не могу, говорящая волчица и ее рассказы о Кощее и коте… Нет, ну я точно спятила.
— Садись, приказала волчица и притащила в зубах плед.
Я укрылась им с головой и села на кресло.
— Нет, милочка, так не пойдет! Меня хозяин за мокрую мебель по голове не погладит. Снимай-ка ты платье.
Я округлила глаза и вылупилась на нее.
— Давай-давай. Быстрее согреешься и мебель не намочишь. Это любимое кресло хозяина. Сам делал, — гордо заявила она.
Я взялась за подол платья и остановилась.
— Не могу, когда на меня смотрят — призналась я.
— Вообще-то я тоже девочка, — фыркнула волчица, но все же отвернулась к стене.
Я быстро сняла платье, повесила его на спинку стула и замоталась в покрывало. Когда животное повернулось, я уже сидела в кресле завернутая в кокон.
— Где я? — уверенно спросила ее.
— Давай начнем со знакомства, — волчица присела на пол около меня и протянула лапу, — меня зовут Марта.
Я недоверчиво вскинула бровь.
— Что? — Возмутилась она, — родилась в этом месяце, так и назвали.
Я прыснула со смеху.
— Это еще что, — продолжила новая знакомая, — будь уверенна, что по лесу где-то бегают август и июль. У моей мамы скупая фантазия, знаешь ли.
Я улыбнулась и протянула руку в ответ.
— А меня Анисья, можно просто Ася.
— Анисья? — изменилась в лице Марта, — как ты раньше с таким именем к нам не попала?
— Уже познакомились? — Раздался низкий бас, хозяина дома.
Он обвел взглядом комнату, меня и остановился на моем мокром платье, с которого стекала вода прямо на пол. Он еще раз перевел глаза на меня, с интересом разглядывая, из-за чего мне захотелось раствориться в кресле и стечь лужицей на пол, исчезая в щелях между досок.
— Что случилось? — с трудом повернул голову в сторону Марты, отрывая взгляд от меня.
— Анисья решила душ принять, освежиться, так скажем, — волчица помигала своими волчьими бровями, зыркая то на меня, то на него.
— Анисья? — он удивленно повернулся в мою сторону.
Да, чем им имя мое не понравилось?
  
2.1
 
— Да, Анисья! А чем вам мое имя не угодило? — разозлилась я.
— Ничем, — недовольно буркнул мужчина, — все просто замечательно!
Он подошел к резному шкафу, достал оттуда безразмерную льняную рубаху и бросил ее мне, удаляясь в другую комнату.
— Оденься, — приказал он и вышел прочь.
У меня от его тона мурашки по коже бегут. Натянула со скоростью света одежду на еще влажное тело.
— Великовата, — верно подметила Марта.
Я оглянулась по сторонам в поисках чего-то, чем можно было бы подвязать все это дело. На столе лежала веревка, я схватила ее и быстро перевязала ею ткань, выделяя талию.
— Так-то лучше.
— Ты закончила? — донесся раздраженный, мужской голос.
— Да, — фыркнула я и рухнула на кресло.
Тяжелой походкой он преодолел, между нами, расстояние.
— На, держи, — втюхал мне в руки две окровавленные тушки птиц.
Я забыла, как разговаривать. Периодически открывала рот в попытке произнести хоть слово, но ничего не получалось. Хозяин дома заметил мою реакцию.
 
— Это же женское дело, жрать готовить. Как видишь, женщина ты здесь одна! — наигранно развел руками
Я перевела взгляд на Марту, моля о помощи.
— А что ты на меня так смотришь? У меня лапки, — вильнула хвостом волчица и легла на пол, брюхом кверху.
— Вообще-то, — я резко вернула хозяину его добычу, вставая с кресла, — я обратилась к вам за помощью и работать домохозяйкой не нанималась. А, ввиду последних событий, у меня еще накопилось множество вопросов, — скрестила руки на груди.
Неотесанный мужлан медленно подошел ко мне, нагнулся так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне и прошипел подобно ядовитой гадюке.
— Поговорим за ужином!
Я невольно взглотнула.
— Который ты нам и приготовишь, — он грубо всучил мне мясо, которое, вероятно, несколько часов назад еще бегало и курлыкало. Представила, как он вылавливал их и убивал. Ужасная мысль промелькнула в моей голове.
— А они тоже разговаривали? — бросила я в след уходящему хозяину дома.
Мужчина серьезно взглянул на меня, но я готова поспорить, что его глаза улыбались.
— Нет, — смеялась Марта, — птицы здесь как во всех царствах, молчаливые. Ну, кроме жар-птиц, конечно. Те еще трындычихи. Заговорят до смерти.
— Принимайся за работу, — приказал мужлан, — я буду к ужину, — пробубнил и вышел вон.
Несколько часов ушло у меня на приготовление этих пернатых. Марта активно помогала мне, командуя, что к чему. Ощипав и обсмалив тушки, я запекла их в печи с яблоками, которые сорвала в саду. Больше из еды ничего не нашла. Накрыла на стол и уселась ждать хозяина.
Я могла давным-давно сбежать, скрыться с этого места и забыть все, как сказочный сон. Но мое любопытство не дает мне этого сделать. Слишком неоднозначная история получается. Хочу знать все.
Когда вернулся…
блин, я же даже имени его не узнала.
Когда мужлан вернулся и, устроившись в своем любимом кресле, принялся руками разрывать мясо, я решила, что пришла пора серьезного разговора.
— Я могу узнать ваше имя? — робко начала я.
— Накой? — чавкая, вскинул брось немногословный собеседник.
— Мне же нужно к вам как-то обращаться, — возмутилась я.
Тот посмотрел на меня внимательно, почесал бороду и принялся отвечать.
— Леш… — поперхнулся вдруг он, — Леха, зови меня Леха.
— Значит, Алексей, — задумалась я, — где я сейчас нахожусь, Леха?
Посмотрев на то, как он аппетитно поедает мясо, взяла руками кусочек крылышка, горячий сок капнул на руку, обжигая кожу. Я дернулась от боли и выронила птицу на стол. Хозяин, не задумываясь, схватил мою руку и подтянул к себе, оценивая масштаб повреждений. Потом поднялся из-за стола, достал из шкафа какую-то мазь и протянул мне. Я взяла ее, открутила крышку и понюхала. Пахло душистыми травами. Зачерпнула двумя пальцами вязкую субстанцию и повазюкала по руке.
— Эх ты, неумеха, — выхватил из рук баночку мужлан, — вот так надо, — он убрал излишки и размазал остальное, оставляя тонкий слой. Движения были уверенные и аккуратные, я бы сказала даже нежные. Почувствовала, как начал гореть румянец на щеках. Хозяин бросил на меня взгляд и на секунду замер, а потом будто очнулся от удара и резко отпустил руку.
— Все, готово.
Я заправила прядь рыжих волос за ухо и продолжила аккуратно расспрашивать.
— Вы не ответили, — напомнила ему.
— Ты в тридесятом царстве, — произнес он так, будто это очевидно.
— А это тридесятое царство где находится?
Он посмотрел на меня, как на дуру.
— Оно здесь, — откровенно насмехался мужлан.
 
— Здесь это где? — скрестила руки на груди.
— Там, где ты сейчас находишься! — улыбнулся во все свои тридцать два белых зуба.
— Понятно, — откровенно разозлилась я, — и с чего я решила, что такой невоспитанный мужлан, как вы, сможет мне что-то внятно объяснить? — поднялась со своего места, — с меня хватит, — рыкнула я и отбросила в сторону плед, которым все еще укрывалась, — я домой, — развернулась и вышла из дома.