Да пошло все к лешему (СИ)

С каждым его словом глаза предательски наполнялись слезами. Было так обидно. Хотела же как лучше, а получилось… как всегда.
— Я не пленница, чтобы сидеть в клетке, — попыталась сопротивляться, но мои попытки потерпели крах.
— Ты не была ею… — сказал и так посмотрел на меня, что стало слишком холодно, а потом добавил, — до сегодняшнего дня.
Этими словами, как ледяной водой окатил. Я даже немного протрезвела и посмотрела ему прямо в глаза. Что я там хочу увидеть? Сожаление о сказанном? Ложь? Всего этого в них нет. Только лед. Толстый слой непробиваемого льда.
— Даю тебе две минуты, чтобы ты привела себя в порядок, а после ты возвращаешься в Тридесятое.
— Я не пойду с тобой, — уверенно выдала свое решение, — я свободный человек и у меня есть свои права. Я имею право на свободу передвижения, я имею право на свое мнение и я, черт возьми, ИМЕЮ ПРАВО ПОСИДЕТЬ В КАФЕ С ПОДРУГОЙ, КОТОРУЮ НЕ ВИДЕЛА ЧЕРТ ЗНАЕТ СКОЛЬКО, — сорвалась на крик, — ты не можешь у меня это забрать.
— Пока ты со мной, Я буду решать, на что ты имеешь право, а на что нет, — сатанел мой непробиваемый осел.
— Значит я не с тобой, — вынесла вердикт и до крови прикусила губу.
Не думала, что произносить это бывает так больно. Больнее чем тогда, в своей квартире с двумя полуголыми телами на моей постели.
— Хочешь здесь остаться? ЗДЕСЬ? — демонстративно развел руками.
— Все лучше, чем у тебя в тюрьме.
— ПРЕКРАСНО, — выстрелил прямо в сердце своим колким словом, — счастливо оставаться, — бросил он напоследок и, стукнув посохом, исчез. Совсем исчез.
Магазинчик отмер, и Маша пришла в себя.
— Что случилось?
— Кажется, я совершила ошибку…
  
Глава 8
 
Я не знаю, что Маня подумала о Леше, и о том, что он ей продемонстрировал. Не знаю, что она подумала обо мне, когда я ее оставила со всем этим одну в магазине, на растерзание своим мыслям и невыносимому врожденному любопытству. Но я сбежала и не потому, что струсила обо всем ей рассказать, а потому, что мне жизненно необходимо было вернуться в Тридесятое.
Я пожалела о сказанном. Пожалела, что не пошла за ним. Пожалела, что вообще все это затеяла.
Чувство необратимой ошибки пожирало меня изнутри. Мне казалось, что этого не исправить, казалось, что я больше никогда его не увижу и от этого выть хотелось, так сильно и бешено, как Марта на Луну.
Ливень хлестал по голым плечам и спине, бил по голове, заставляя трезво мыслить. Он будто ругал меня за мою глупость, забирая слезы с собой, смывая их с моих продрогших щек. А я, не обращая внимания на обескураженные взгляды прохожих и сигналящие машины, бежала босиком по лужам, к тому месту, где оказалась, придя в этот мир.
Я не представляла, что мне делать, как вернуться обратно, но я все равно бежала.
Площадь была пустой. Я точно помнила, где появилась. Стала на то самое место и закрыла глаза в надежде на чудо, которого, конечно же, не произошло.
— Верни меня обратно, — приказала я невидимой силе, обращая свой взор к небу, — верни меня сейчас же, — психовала я и топала ногами.
Но все напрасно. Проход закрылся.
Я села на холодную плитку, которой вымощена вся площадь, и обхватила свои колени руками.
— Прошу тебя, — прошептала я, — мне очень жаль…
Прикрыв веки, я решила, что не сдвинусь с места, пока не вернусь.
— Какие люди? — послышался знакомый голос, от которого мое сердце забилось быстрее, не хотела поднимать глаз, чтобы не видеть его, но все же подняла, — я же правильно выразился? Люди? — я бросила небрежный взгляд на незваного гостя и вернулась в исходное положение.
Плевать на блондина, плевать на все вокруг, мне бы просто увидеть Лешего и сказать, как мне жаль.
— А я все думал, что-то тут не клеится, что-то не сходится. А вот оно в чем дело, ты не из нашего мира.
Он подошел ближе, присел на корточки и приподнял мое лицо за подбородок своими ледяными пальцами.
— И кто же обидел такого ангелочка? — не скрывая сарказма, издевался Бессмертный.
Я вырвала свое лицо из его рук и даже не собиралась отвечать на его вопрос.
 
— Неужели Хозяин леса оставил тебя здесь? Свое сокровище… Как можно? — продолжал свое развлечение Кощей, — я бы никогда, ни за что не бросил бы тебя, в таком… — он оглянулся, подбирая слова, — в таком сером месте.
Я осматривала своего нежеланного собеседника и удивлялась, как ему удается оставаться сухим под таким сильным дождем. Льет же, как из ведра, а этот нелюдь стоит передо мной и капли не словил своим кожаным плащом.
— Ну, ничего, мы все исправим…
— Мне просто нужно попасть в Тридесятое, — прохрипела я, чувствуя, что уже заболела.
— Ох-ох-ох, — наигранно выдохнул Кощей, — не имею права, ты же жительница этого мира, как я могу?
И чего я ждала? Что он мне поможет?
— Хотя, есть один способ…
— Какой? — перебила его я, в надежде на помощь.
— Ты можешь стать моей женой и быть полноправной жительницей Сказки, — оскалился нелюдь и протянул мне свою бледную руку.
Чувство тошноты подкатило к горлу. НИКОГДА я не стану его женой, НИКОГДА он не будет моим мужем.
— Иди к Лешему, — прорычала я.
Довольная ухмылка слезла с его лица, передавая очередь раздражению.
— К нему и отправлюсь, — выплюнул он, — прихвачу с собой лесных судей и пойду к Лешему.
Я непонимающе посмотрела на этого… Кощея. Что он задумал?
— Милая Анисья, ты же не думаешь, что ему это просто так сойдет с рук? Леший тайно укрывал в своем доме беженку. За что и будет наказан. А знаешь, какое у нас за это наказание?
Я отрицательно помахала головой.
— Нарушитель отправляется скитаться по заброшенным сказкам, навеки вечные. Ты же не хочешь, чтобы твой… друг подвергся такой пытке?
От одной мысли, что его сошлют в какое-то ужасное место, все органы внутри перевернулись вверх дном. Это я виновата, что нас засекли. Я виновата, мне и расхлебывать. За то он будет жив и… рядом.
— Нет, — произнесла я, предвкушая по-настоящему необратимые проблемы.
— Вот и молодец, — поднялся Бессмертный и протянул мне руку вновь, я нехотя в нее вложила свою.
Никогда не говори «Никогда»!
  
8.1
 
(Леший)
Звериный рык вырвался из груди, когда я пересек границу и оказался в Тридесятом.
Упрямая, несносная…
Ударил кулаком по рядом стоящей березе, та с треском повалилась на пол.
Я не на шутку разгорячился. Сам понимал, что переборщил, напугал малышку. Но она сводит с ума своим непослушанием. Заставляет мой организм отключать мозг и включать первобытные инстинкты: "За волосы и в пещеру…". Была бы моя воля, я бы привязал ее к кровати и запер на семь замков в своей комнате. Ни на секунду бы не отпускал от себя. Так что мне мешает это сделать? Все просто. Я хочу, чтобы она была со мной по своей воле. Но она упирается всеми четырьмя, не дает приблизиться. Глупая.
В груди жгло, будто вдохнул перемолотый красный перец. Жгло и выворачивало наизнанку от сожаления, что бросил ее там одну, сбежал, как трусливый гном. Нужно было закинуть на плечо и утащить с собой.
Не мог больше ждать ни секунды, ударил палкой о пол, переступил рубеж обратно и вновь оказался в магазине. Подруга Аси встретила меня недовольным лицом и скрещенными пальцами.
— А-ну пошел вон упырь, — причитала она, тыкая в меня вилкой, — это чистое серебро!
— Серьезно? — приподнял бровь, — ничего лучше придумать не могла?
Подруга разочарованно опустила руки и тяжело выдохнула.
— Не могла, — пожала плечами.
— Как звать тебя? — спросил у нее.
Эта девушка важна для Аси, придется подружиться, хоть мне не совсем нравится ее жизненная позиция. Алкоголю нет места в жизни моей будущей жены.
 
— Маша я, — вытирая нос рукавом, пробубнила она.
— Где твоя подруга, Маша?
— Она выбежала из магазина, как только ты исчез. Сказала, что ошиблась и бросилась за тобой.