Девочка для Маршала (СИ)

— Думаешь?
— Конечно! Вам нужно у моего тренера взять несколько занятий. Он быстро всему научит.
— Возьму на заметку, — я выпрямилась.
— А где тётя Нина? — Алекс вопросительно посмотрел на отца.
— Пока что в отъезде. Побудешь с нянями, — Кир сжал пальцы в замок. — Покажи все свои домашние задания. Ты сделал их?
— Да. Конечно. Еще вчера, — Алекс развернулся и побежал, должно быть, в свою комнату.
— Садись, — Кир указал жестом на кресло, что стояло рядом с его.
Я села. Несмотря на такой почти деловой формат взаимоотношений Маршала с сыном, в воздухе витала спокойная атмосфера. Отсутствовало напряжение или скованность. Алекс, кажется, отлично взаимодействовал со своим отцом и не выглядел несчастным.
Когда мальчик принес все свои тетради с домашним заданием, Кир принялся тщательно проверять каждое из них, внимательно слушая пояснения сына. Они удивительным образом отлично взаимодействовали друг с другом. Представить рядом с ним растрёпанную и дрожащую Алину совершенно не получалось. Но всё же… Она ведь мать мальчика.
Киру внезапно кто-то позвонил. Он отложил в сторону тетрадки, поднялся с кресла и ушел, чтобы ответить на звонок.
— Вы новая жена моего папы? — спросил Алекс, перебирая между пальцами карандаш.
Этот вопрос оглушил меня. Сразу дать ответ на него я не смогла.
— Нет. Не жена.
— Но, если он не с моей мамой, значит, у него появилась новая жена, правильно? — мальчик со всей серьезностью посмотрел на меня. Боже, как же он похож на Кира! Даже мурашки по коже пробежались от осознания этой простой истины.
— Иногда мамы и папы не живут вместе не потому, что у кого-то из них появились новые мужья или жены, — аккуратно ответила я.
— А почему тогда? — брови Алекса совсем чуть-чуть нахмурились.
— Не знаю, — я пожала плечами. — Так складываются обстоятельства. Бывает так, что жить по отдельности намного лучше. Тогда мамы и папы не ссорятся.
Мальчишка задал слишком сложный вопрос, чтобы я смогла дать достойный ответ. Поэтому пришлось судорожно подбирать слова.
— Мой папа никогда ни с кем не ссорится. Он никогда не кричит, — Алекс бездумно полистал одну из тетрадей.
— Ты любишь папу?
— Да, — не задумываясь, ответил мальчик. — Скучаю по нему. И по маме скучаю, — что-то в его голосе задрожало.
Я не хотела расстраивать ребенка, поэтому решила немедленно сменить тему:
— А чем ты еще занимаешь, кроме плавания?
— Уроками. Гуляю. Рисую.
— Рисуешь? И что именно ты рисуешь?
— Всякое. Машины, самолёты, — Алекс почесал затылок.
— Как замечательно! А покажешь что-нибудь из своих рисунков?
— Да, конечно, — охотно согласился мальчик.
Алекс принес целую стопку своих рисунков. Они были по-детски милыми. Пусть и неаккуратно разукрашенными, но прослеживалось старание, с которым ребенок вырисовывал все эти машинки и самолёты.
— Мне нравится. Очень красиво, — похвалила я Алекса, возвращая ему рисунки.
— Правда? Тогда возьмите один из них. Дарю.
— Спасибо.
Я выбрала рисунок маленькой красной машинки, рядом с которой, судя по всему, стояли отец, ребенок и чуть в сторонке мама.
Вернулся Кир. Он продолжил проверять домашнее задание. Позже Алекс рассказал ему о своих занятиях в бассейне. Я остро ощутила, что мальчик хотел добиться похвалы от отца, но Маршал был непоколебим.
Позже к нам пришла няня, чтобы забрать и уложить ребенка спать. Алекс не хотел уходить, это было заметно невооруженным глазом. Но он пожал на прощание отцу руку, попрощался со мной и послушно ушел.
— Твое мнение? — спросил меня Кир, когда мы остались наедине.
— По поводу?
— По поводу Алекса, — он взглянул на меня.
— Хороший мальчик. Очень похож на тебя. Между вами ощущается связь. Кажется, вы отлично понимаете друг друга.
— С ним легко, — Кир потёр подбородок. — Контактировать.
— Только ему тебя и матери не хватает.
— Присутствие расстояния между мной и Алексом пойдет ему исключительно на пользу, — твёрдо заявил Кир. — Мне захотелось, чтобы ты его увидела.
— Спасибо за доверие, — я заправила прядь волос за ухо и осмелилась опустить свою ладонь на ладонь Маршала. Он не возражал. — Думаю, ты несправедлив к себе. Ты не такой уж и плохо отец. Алекс тянется к тебе. И всё же подумай над тем, чтобы найти компромисс с женой.
 
Кир ничего не ответил. Но его тёплые длинные пальцы крепче сжали мою руку.
Этой ночью я осталась дома у Маршала. Он снова прижимался всем своим телом ко мне. Снова проникал так глубоко в меня, что казалось, будто хочет навечно остаться где-то под кожей. Один вдох на двоих. Одна секунда для падения. Серебро и зелень. Лёд и огонь. Мы были разными. Абсолютно. Но именно это притягивало нас друг к другу.
Я уснула, уткнувшись лбом в твёрдое плечо Кира. А проснулась, когда солнце уже давно зависло высоко в небе. В кровати я была одна. Это меня ни капли не удивило. Потянувшись, я нащупала пальцами свой телефон. Больше сотни непринятых запросов для видеозвонка. От мамы, Евы и даже дяди Егора. Сердце мгновенно тяжело толкнулось в груди и ускорило свой темп.
Я резко села. Так резко, что перед глазами затанцевали серебристые точки. Большой палец снял блокировку. Я увидела больше пятидесяти сообщений в мессенджере. Преимущественно писала Ева. Я быстро пролистала всю ленту и взгляд зацепился за слова, что тут же расплылись… Я не поверила. Мозг агрессивно отверг эти строчки. Но Ева бы так шутить уж точно не стала. Это не в ее стиле.
«Папа утонул».
  
Глава 38
 
Я издала нервный смешок. Он получился каким-то скрипучим и внезапным. В глотке запершило. Это была не совсем адекватная реакция. Пальцы еще несколько секунд судорожно сжимали телефон, затем я его выронила. По щекам скользнули слёзы, а в глотке уже не просто запершило, а словно всё разбухло. Стало нечем дышать.
Вскочив на ноги, я начала быстро собираться. Всё путалось: одежда в руках; мысли в голове. Кажется, прежде я никогда не одевалась настолько быстро. Из-за беззвучных слёз перед глазами постоянно плыли очертания спальни. Ни единого всхлипа. Лишь рваные вздохи и зубы, плотно сомкнутые на нижней губе. Я ощутила вкус собственной крови. Он ржавым металлом взорвался у меня во рту и… Я зарыдала. Ком в горле немного ослаб, но всё еще душил.
Прижав обе ладони ко рту, я замолчала, будто испугалась самой себя. Будто это стыдно и неприлично — рыдать. Мозг лихорадочно гнал от себя жуткую новость. Не подпускал ее даже на пушечный выстрел. Так не бывает, чтобы еще вчера ты говорила с человеком, а сегодня его уже… нет. На самом деле, бывает всё, только мы не всегда оказываемся готовы к этому.
Схватив телефон, я вылетела из спальни, спустилась в гостиную и едва не распласталась на полу, потому что споткнулась об собственные ноги. Мне нужно было двигаться, иначе… Если я застыну, то уже не оттаю.
Меня встретил один из молчаливых телохранителей Маршала. Неподвижный, спокойный. Это выглядело чудовищно, потому что такое понятие, как банальное спокойствие, теперь превратилось для меня в недостижимую цель.
— Где… Где Кир? — я быстро вытерла тыльной стороной ладони слёзы.
— Уехал. Деловая встреча.
— Мне… Мне нужно домой, — на последнем слове мой голос окончательно сел.
Пока мы находились в пути, я тщетно боролась с собственными мыслями. Может, нужно было сразу же в аэропорт ехать? Какой аэропорт?! Документы ведь в квартире остались! Сначала туда надо, а затем уже в аэропорт! А что, если не будет нужного рейса? Плевать! Будет. Всё будет.
В грудной клетке всё разрывалось на ошметки. Сердце билось с такой силой, будто я бежала марафон. Но на самом деле я сидела абсолютно неподвижно.
Утонул… Утонул… Утонул… Одно-единственное слово тяжелым раскаленным молотом било по внутренней стороне черепной коробки, доводя до безумия. Это не могло быть правдой. Эта правда. Это ложь. Это реальность. Мне казалось, что я схожу с ума.