Астральный гамбит (СИ)

— Ну, значит, просто ручки кривые, — пожала плечами молодая баронесса.
— А в Федоровку нашу эту царевишну каким ветром занесло? — спросила Муравьева.
— Обычное дело в европейских монарших домах — инкогнито отправлять младших отпрысков на учебу за границу, — пояснила Воронцова. — С ведома местных властей, разумеется — и под их гарантии.
— Сестра Златки Ванда в Англии учится, кузен Тодор с сего года — во Франции, — добавил Тоётоми. — А еще один двоюродный брат, Живко, несколько лет назад закончил Стамбульский Университет. От него, кстати, Златка и узнала о дымах. Но он так, по верхам нахватался в Турции, а она взялась за дело всерьез. При всей незажиточности династии, библиотека у болгарских царей на зависть — шутка ли: бывшее царьградское книжное собрание! Публику в хранилище не пускают, но Златка, понятно, имела туда свободный доступ. Вот и понабралась ближневосточной прелести…
— Это все, конечно, весьма занимательно, — хмыкнул я, — но я главного не понял. Граф Анатолий-то здесь каким боком? Похищение иностранной царевны — это же страшный скандал, разве не так? А Воронцов, вроде, верноподданного из себя строит, и небезуспешно — с какой радости он пошел на такое?!
— Все дело в этой духовой пыльце, — брезгливо поморщившись, проговорила Милана. — Сейчас у нашего графского дома на нее в России, считай, монополия: тридцать пять процентов — это солидная доля, крупнейший из конкурентов не контролирует и двенадцатой части того. Но если Империя получит доступ к залежам Стара-Загорской пещеры — все изменится. И, как я понимаю, к контролю над болгарским месторождением отчима не подпустили, предложив ему взамен карт-бланш в Москве. Должно быть, такой оборот Анатолия Глебовича не устроил.
— То есть граф таки печется об интересах семьи? — усмехнулась Муравьева.
— Скажу прямо, — заявила Воронцова. — Если бы мой дорогой отчим украл просто какую-то левую иностранную принцессу — я бы и пальцем о палец не ударила. Бизнес есть бизнес. Но Иванка — Златка, в смысле — моя однокурсница. И, к тому же, близкий человек одному из моих добрых друзей, — кивнула она на Ясухару. — И это уже совсем иной расклад. Дело чести, а не корысти. 
— А как граф Анатолий собирается использовать Златку? — спросил я. — Не станет же он тупо шантажировать Петрополис с Софией?
— Тупо — это, увы, не про него, — снова скривившись, кивнула Милана. — Но ходов у отчима в запасе — масса, и о некоторых вам, друзья мои, лучше не знать — крепче спать будете. А что именно задумал граф… Вот у самого у него и спросим! — сверкнула она очами. 
— И все-таки? — явно не устроил такой ответ Машу. — Какие есть варианты?
— Прошу прощения, что вмешиваюсь, — подал в этот момент голос Татарчук. — Но приближаемся к усадьбе! Мне заехать на территорию?
— Нет! — вскинулась Воронцова. — Коляску там сразу засекут! Остановитесь саженях в пятнадцати от въезда, сударь. Дальше пойдем своим ходом!
— Как скажете, молодая графиня, — откликнулся наш водитель.
Почти тут же электромобиль вильнул, съехал с тракта и замер на обочине. Мотор умолк. 
Впереди, в окружении темного ельника, нас поджидали, жадно распахнув створки, уже виданные мной однажды кованые ворота усадьбы Воронцовых.
  
Глава 29
 
в которой я заглядываю в платяной шкаф
— А пешком нас на территории не спалят? — вполголоса спросил я у Миланы, когда мы выгрузились из коляски.
— Конечно, спалят, — невозмутимо бросила она. — Но мы не пойдем пешком. Гроза закончилась, пробои либо ликвидированы, либо достаточно далеко отсюда — так что самое время для старого доброго портала. Я открою его отсюда — прямо в свою спальню. Вот этого люди отчима точно не засекут.
«Мудро, — незвано одобрил идею Фу. — Я бы еще только посоветовал…»
— Войти — полдела, важно продумать, как, если что, станем назад выбираться! — каким-то образом ухитрившись заглушить духа — хотя, может, тот просто сам решил умолкнуть, недоговорив — заявила фон Ливен.
— Так же, как и вошли, — пожала плечами Воронцова.
 
— Нужна страховка, — покачала коротко стриженной головой Тереза. — На случай, если там, в усадьбе что-то пойдет не так! — кивнула она на зев кованых ворот впереди.
— Что вы предлагаете, сударыня? — спросил я у молодой баронессы.
— Подготовить запасной путь для отступления. Повесить еще один портал — отсроченный и привязанный к нам, а не к конкретному месту. Если попадем в ловушку — уйдем по нему!
«Что еще за отсроченный и привязанный?» — быстро спросил я у Фу.
«Как раз то, что я и собирался посоветовать, сударь. Портал, который автоматически откроется через некоторое время. И именно в той точке, где в сей условленный момент будет находиться человек, к коему оный портал привязан — обычно сие тот, кто его сотворил. Штабс-ротмистр Поклонская подробно разбирала данную тему на последнем занятии по проблемам магической практики — увы, сударь, вы на сем уроке отсутствовали, так как стояли на часах».
«Так и знал, что наверняка что-то важное пропущу с этим идиотским дежурством», — недовольно буркнул я.
— Если уж попадем в ловушку, такое нас едва ли спасет, — скептически заметила между тем Терезе Милана. — Только зря ману потратите!
— Ману можно взять мою, — вмешался я. — Делайте, сударыня, — протянул я руку фон Ливен. — Если, конечно, нет иных возражений, — повернулся я к Воронцовой.
— Делайте, хуже не будет, — махнула рукой та. — Только быстрее!
— Погодите, а если Златка окажется не в состоянии дать согласие на уход порталом? — вмешалась Муравьева. — Мало ли, что с ней там сделают?
— Пока ее просто обездвижили, — заметил Ясухару. — Но если что… — голос его слегка дрогнул, — формальное согласие она дает нам заранее.
— Кстати, куда ее поместили? — спросила Воронцова.
— Затащили в подвал. И я вот думаю: а почему бы нам основной портал не провесить прямо туда? Я опишу помещение.
— Нет, — покачала головой молодая графиня. — Так мы точно угодим прямиком в ловушку. Пойдем через спальню — это не столь быстро, но зато надежно.
— Как скажешь, — кивнул японец.
Тем временем Тереза аккуратно взяла меня за протянутую руку, и я почувствовал отток маны — мерлинов триста ушло, не меньше. 
«Триста сорок три, — подсказал “паук”. — Порталы — дело манозатратное, сударь!»
— Готово, — почти тут же заявила фон Ливен. Внешне вокруг нее ничего не изменилось — но оно и понятно: портал-то готовился отсроченный. — Ваш ход, молодая графиня, — коротко поклонилась Тереза Милане.
В следующий миг перед Воронцовой возник в воздухе уже не раз виденный мной мерцающий серебристый прямоугольник.
— Прошу, — указала она нам на него жестом. — Да, постарайтесь там не сильно топтаться грязными подошвами по моей кровати — выход пришлось сделать прямо над ней, это самая защищенная точка в комнате.
В портал я вошел третьим — после Ясухару и Муравьевой. Быстро пройдя прямым белостенным коридором шагов сорок, я нырнул в туманную завесу выхода, уже приготовившись вывалиться на мягкую пуховую перину — почему-то спальное ложе Миланы представилось мне гостеприимно расстеленным — но вместо этого с грохотом рухнул с аршинной высоты на жесткий паркетный пол. Не сдержав короткого восклицания, я поспешно откатился в сторону — следом за мной уже падала хозяйка кровати — оказавшейся почему-то доброй саженью в стороне, у стены. И аккуратно заправленной, к слову.
— Вот же духов сын! — выругалась Воронцова, в свою очередь торопливо убираясь из-под выхода из портала. — Никак, обыск у меня устраивал, сволочь!
 
— Тихо! — шикнул на нас с Миланой Тоётоми. — Вас услышат!
— Вот уж что нет, то нет, — хмыкнула молодая графиня. — Звукоизоляция здесь отменная. Сама делала.
Из портала вывалились фон Ливен и Татарчук — так же отметив свое появление емкими возгласами — и серебристый прямоугольник погас.
— «Сволочь» — это ты про графа Анатолия? — зачем-то спросил я Воронцову, исподволь оглядывая комнату.