Астральный гамбит (СИ)

«Помочь вам с текстом, сударь?» — вызвался «паук».
«Нет, благодарю, — отказался я. — Потренируюсь буковки разбирать, раз уж повод подвалил».
«Ну, как знаете, сударь…»
Скользнув взглядом по газетному развороту, я выбрал заметку с шрифтом покрупнее — от столбца к столбцу его размер менялся — и углубился в чтение.
Статья оказалась репортажем из-за кордона. Да еще и не откуда-нибудь — а из Болгарии. Прям, привет Иванке! Я даже оторвался от газеты и покосился на Иванову — благо ее парта стояла прямо через проход. Девушка читала какую-то другую заметку — на первой полосе.
Ладно, духи с ней.
Я вернулся к газете. 
Речь в статье шла об инциденте, случившемся на днях в зимней резиденции болгарского царя Симеона VI. Пока сам престарелый монарх по случаю теплой погоды изволил пребывать на Черноморском побережье, наслаждаясь прелестями бархатного сезона (к репортажу прилагалась фотография поджарого дедули в плавках, гордо выходящего из моря), в его софийский дворец проникли неизвестные. Разленившаяся в отсутствие в столице государя царская охрана наглое вторжение, вроде как, проспала, обнаружив злоумышленников только уже чуть ли не в личных покоях Его болгарского Величества. В последовавшей стычке неизвестные положили двоих незадачливых секьюрити, прорвались к заранее приготовленному порталу и ушли, унеся с собой… А вот что именно унеся — здесь, по ходу, ясности не было. Подчеркивалось, что царские регалии целы. Казна, вроде как, тоже не пострадала. Пропали, якобы, какие-то документы из канцелярии Симеона VI — будто бы даже и не особо секретные. Ну да, конечно, именно за этим воры обычно и наведываются в царские дворцы!
Налетчики, кстати, остались неопознанными. Журналист, написавший заметку, высказал мнение, что это мог быть турецкий спецназ — его, будто бы, «почерк». Но официальных обвинений, как я понял, болгарами не выдвигалось — ни в адрес Османской империи, ни в чей-либо еще.
Мутная какая-то история, в общем.
А болгарам надо бы повнимательнее, конечно — а то в следующий раз у них самого Симеона VI из дворца унесут!
Статью про софийский инцидент я промучил до самого конца занятия — там после основного текста еще куча комментариев разного рода экспертов шла — и добил буквально за считанные секунды перед тем, как газета в моих руках растаяла — копии вышел срок. Почти сразу после этого Поклонская нас отпустила.
* * *
Дилемму, чем заняться после обеда — завалиться спать или пойти на полигон попрактиковаться — я разрешил в пользу боевой магии. Тереза снова составила мне компанию, но ничего заслуживающего упоминания на сей раз в ходе тренировки не произошло.
А после ужина я снова завернул к главному зданию — бросить взгляд на информационный щит с командными результатами. Хотя, впрочем, уже догадывался, что именно там увижу. 
Увы, мои не самые оптимистичные ожидания оправдались: лидер на курсе сменился. По полной выжав урожайную на баллы физподготовку, первое отделение вырвалось вперед со 180-ю очками. Мы же, вхолостую прошуршав урок газетами — и не срубив на нем даже символической полудюжины на всех — так и остановились на тех 156-и, что имели после духоведения. Замыкали рейтинг «ясухаровцы» — у них физра стояла в расписании только послезавтра, и пока они довольствовались скромными 72-мя баллами.
— Любуешься? — насмешливо раздалось у меня за спиной.
Я оглянулся: сзади стояла Воронцова.
— Надо поговорить, — проговорила она, кивнув на пенек в начале аллеи. — Присядем?
— Что, снова зовут на гонки? — усмехнулся я. — Я не против, кстати.
— Нет, хорошенького понемножку. Я еще после этих не отоспалась. 
— А что тогда?
— Расскажу — узнаешь, — она вновь выразительно показала глазами на пенек.
— Ладно… — шагнул я в указанном Миланой направлении.
— Подарок у меня для тебя, — проговорила молодая графиня, когда мы устроились на пне, в достаточном удалении от чужих ушей — к табло как раз подошла группа «ясухаровцев». — Будешь должен, кстати!
 
— Это мы еще посмотрим, — хмыкнул я, не спеша принимать на себя никаких обязательств.
— Тут и смотреть нечего, — мотнула головой моя собеседница. — Ты же хотел вывести на чистую воду свою Иванову? Ну, по поводу ее подвигов в спортзале?
— Хотел, — не стал отрицать я. 
— Тогда слушай и запоминай, — качнулась ко мне еще ближе молодая графиня. — К полуночи ты должен прийти сюда, на аллею. Под одним из дубов застанешь Иванову. Прятаться она не будет — увидишь издали. Подойди к ней, сделай рожу кирпичом — ну, ты умеешь — и скажи: «Глаз вороны, убитой на дубу в полночь? А локон с головы старухи ты где собираешься брать, дорогуша?» Ну или «вы собираетесь» и без «дорогуши» — главное, глаз с локоном упомянуть. И все, она расколется. Только не перепутай ничего!
Закончив, Милана посмотрела на меня с таким видом, словно ждала аплодисментов.
— Что за бред? — обескураженно нахмурился я. — При чем тут ворона и ее глаз?
— При всем! Сделаешь, как я сказала — и получишь Иванку с потрохами! 
— Я не пойму, ты меня на посмешище хочешь выставить, что ли? — подозрительно прищурился я.
— Больно надо! — скривилась моя собеседница. — Вот когда Иванова в очередной раз уделает тебя в спарринге — это будет посмешище. Всем посмешищам посмешище! Так тебе больше по душе? Ну, тогда я пошла! — она и в самом деле дернулась подняться с пня.
— Погоди, — успел я поймать Воронцову за локоть. — Повтори-ка еще раз, что я, по-твоему, должен сделать! 
Милана картинно закатила глаза.
— Приходишь на аллею к полуночи. Подходишь к Ивановой. Говоришь: «Ищете глаз вороны, убитой на дубу в полночь, сударыня? А локон с головы старухи вы где собираетесь брать?» 
— Это заклинание какое-то, что ли? — недоуменно спросил я.
— Заклинания — бабушкины сказки! А это — духов секрет успеха Иванки! Пока мы ночью по Москве рассекали, кое-кто тут для меня его разведал!
— Тот самый «жандарм», что слил тебе про спортзал? — быстро спросил я.
— Нет, — мотнула головой Милана. — Другой человечек. Но это не важно. Источник надежный, и сведения верные.
— Да какие сведения?! — вспылил я. — Про ворону на дубу?! 
— Чухонец, не тупи, — поморщилась Милана. — Сведения о том, как Иванова обвела вокруг пальца Сиротина. 
— Да как она его обвела-то?! Ты прямо объяснить не можешь?
— А прямо не интересно, — усмехнулась молодая графиня. — Ну ладно, Ключ с тобой, объясняю, — смилостивилась-таки она. — Иванова использует особые курительные смеси. Ну, вроде как у нашего самурая, только у него все красиво, по-японски, а у Иванки система турецкая, ни в Европе, ни Восточной Азии почти не известная: маленькая колбочка — в карман можно засунуть — из той колбочки торчит стеклянная трубочка, трубочку суешь в рот — и пошла магия. И никаких следов использования техник! Правда, говорят, штука эта жутко вредная, но то уже не наша с тобой печаль. Так вот, сегодня ночью Иванова пойдет за недостающим ингредиентом для своих хитрых смесей. И нужно ей не что-нибудь, а глаз вороны, убитой на дубу в полночь. Волосы старухи тоже входят в рецепт, но их Иванка не то уже нашла, не то потом собирается как-то еще добывать. Сегодня в планах — вороний глаз.
— Понятно… — протянул я. — То есть нужно поймать ее с убитой вороной на руках?
— Так, наверное, будет лучше всего, — подумав секунду, кивнула Воронцова. — Но не обязательно. Достаточно дать понять, что тебе все известно. Запираться она не станет: глупо. Ну а с трупиком вороны — тем более. Но вообще, ты же не сам по себе ей страшен — а тем, что преподам можешь все раскрыть. Иванова не дура, это она сразу просечет. Щит, кстати, на всякий случай наготове держи… Но думаю, дергаться она не станет, начнет просить сохранить все в тайне. Можешь милостиво обещать: если что, по моей линии утечки не будет, гарантирую. А что уж там потребуешь с новенькой за молчание — сам придумай, мальчик взрослый! — подмигнула она мне.